Гнев ликвидатора - Александр Тамоников

Молоканов махнул рукой:

– Менты твои ерунда. Мне Барсук звонил!

– Барсук? Почему тебе?

– А потому, что ты недоступен был!

– Не ври, Юра, я с ментом по городскому разговаривал, а Барсук звонит по мобиле.

– Тогда проверь свою мобилу! Барсук сказал, что не может выйти на тебя. Поэтому разговаривал со мной, пока ты общался с ментами!

– Да? Поглядим!

Хозяин «Каравана» извлек из кармана сотовый телефон. Чертыхнулся:

– Черт, действительно вырублен. Почему? Я не выключал его!

– А кто мог выключить?

Лученков почесал макушку:

– Наверное, случайно отрубился. Но ладно, хрен с ним, говори, о чем с Барсуком базарил?

Молоканов опять вздохнул:

– Базарил он, Боря, я все больше слушал. И чем дольше слушал, тем отчетливее понимал, что и на этот раз Барсук кинул нас, как последних лохов.

– И с чьей же подачи, Юрик?

Молоканов, сжав и так тонкие губы, спросил:

– Ты на что намекаешь, Боря? На то, что я пашу на Барсука? Давай в открытую! Ведь ты подозреваешь меня, так?

Лученков вздохнул:

– Кончаем этот разговор, нам не хватало между собой перегрызться.

– Так ты к этому подстрекаешь!

– Я сказал, закончили. Давай думать, что делать дальше. Но сначала скажи, что говорил Барсук.

– Барсук, Боря, обвинил нас в том, что мы решили подставить его. Спросил, что за игру ты затеял? Он считает, что нападение на «КамАЗ» дело наших с тобой рук. Мол, специально запустили на Партизан пустую фуру и спалили ее, да еще водителя прибили, чтобы менты начали шерстить Партизан и его фирму в том числе. Короче, перевел стрелки, не глядя. И… потребовал в трехдневный срок вернуть ему деньги, проплаченные за молдавское вино. Но это еще не все! Если менты наедут на него и он понесет убытки в результате этого наезда, то и их мы должны будем компенсировать!

Лученков возмутился. Ударил левой рукой по согнутой в локте правой руке, изображая характерный жест:

– А вот этого он не видел? Достал, козел! Фирму забрать захотел? Подавится.

Владелец «Каравана» поднялся, прошел к мебельной стенке. Из бара извлек бутылку водки, сорвал пробку, налил полный фужер. Выпил спиртное. Успокоился. Вернулся к столу. Наклонился к заместителю:

– У нас с тобой, Юра, один выход остался.

Молоканов кивнул:

– Да, наверное, иначе не выжить.

– Вот именно! Надо валить Барсука с Коростой! И чем быстрее, тем лучше! И твоя задача, Юра, срочно найти человека, который смог бы сделать это! Есть кто на примете?

Молоканов солгал:

– Есть один мужик, с войны чеченской крышей повернутый. Десантник, офицер. Из боевых, естественно. Жить не на что, бухает. Ему человека убить, как муху прихлопнуть.

Лученков отрицательно покачал головой:

– Бухарик не подойдет! Нажрется и все дело провалит!

Молоканов ответил:

– Этот не провалит.

– Почему ты так уверен?

– Потому что деньги нужны и потому что он профессионал. А профи, Боря, когда надо, перевоплощаются, да так, что не узнать. Ты о том, как магазин у Дворца спорта ломанули, слышал?

– Слышал, ну и что?

– А то, что его этот десантник и ломанул! И чем взял? Дерзостью и хладнокровием. Рядом палаток море, где по продавцу одному, а он пошел на магазин, с охраной в три рыла, сигнализацией и двумя продавцами-мужиками в ночную смену. И всех, если тебе известно, как щенят сделал. Не убил, вырубил. Да так, что потом его никто и описать толком не смог. И ни отпечатка своего нигде не оставил. Кассу взял! А ушел перед самым приездом ментов.

Лученков удивился:

– Ты-то откуда такие подробности знаешь?

– Разве это важно, Боря? Не спрашивай, не скажу! Но мужик на работу, думаю, согласится, если сумму нормальную предложить да вооружить так, как он затребует!

– Ты это все серьезно, Юра?

– Серьезней не бывает!

Лученков повеселел:

– Тогда вот что. Я дам тебе тридцатку. Двадцать на оплату работы, червонец на оружие. Не хватит, свои доплатишь, потом разберемся. И давай к этому профи. Договаривайся.

Молоканов встал:

– Так ничего не получится.

– Почему?

– Меня он всерьез не принимает. Я для него… в общем, не тот человек, который пошел бы на подобное дело. А вот ты другое дело. В тебе он увидит заказчика. Поэтому, если хочешь, чтобы все сложилось как надо, тебе необходимо встретиться с ним. Лучше здесь и вечером, часов в десять! Так, чтобы никто не знал о встрече!

– А охрана? Она же контролирует весь офис!

– Не весь, Боря. Если зайти с торца, пройдя калитку старых выездных ворот, за машинами, да через пожарную лестницу в открытый люк, то свободно окажешься здесь не замеченным охранниками. Надо только калитку и люк открыть. Ключи от них, насколько знаю, в твоем сейфе валяются.

– Есть комплект. Запасной. Основной на доске контрольно-технического пункта висит.

Молоканов протянул руку:

– Давай запасные ключи и в 22.00 будь здесь, Боря. Я открою и люк, и ворота сейчас. Через них и ты пройдешь в здание. Охрана ничего не должна видеть. Ты уезжал, как всегда, в 18.00, и больше тебя здесь никто не видел. Уйдем вместе тем же запасным путем!

Лученков взглянул на заместителя:

– А почему встречаться здесь, а не где-нибудь в другом месте?

– Ты не понимаешь?

– Нет!

– Чтобы тебе спокойней было. А то в голове мысли нехорошие. Подумаешь еще, что тебя специально выманивают куда-нибудь в укромное местечко, ведь мы не можем втроем светиться на людях.

– Все, все! Понял! Страхуешься зря, конечно, я тебе верю, но в принципе делаешь правильно.

Лученков открыл сейф, бросил Молоканову связку ключей, попросил:

– Да, вот еще, Юра! Загляни к жене Куприянова, скажи ей, что… ну, ты знаешь, что сказать. Я не смогу!

– Хорошо! Заеду! Похороны на себя берем?

– Конечно! И материальную помощь!

– Добро! Это, понятно, не успокоит семью, но хоть что-то! Ладно я пошел. До вечера. И не нажрись, пожалуйста. Потом с десантником обмоете сделку.

– Иди!

Молоканов, пройдя тем маршрутом, который он выбрал для проникновения в здание вечером, открыв по пути запоры люка и калитки, вышел на улицу. Прошел до стоянки. Сел в свой синий «Опель». Вздохнул. Встреча с женой Андрея Куприянова не сулила ничего хорошего, но сообщить женщине о гибели мужа надо. К тому же не мешает посмотреть, что представляет собой уже бывшая супруга Андрюши и их квартира. Насчет последней у Молоканова зародился неплохой план. С умом его можно претворить в жизнь. Хата ему нужна! А раз нужна, то он ее получит. Небольшая махинация с участием убитой горем женщины, и дело сделано. Но сначала надо посмотреть, насколько ударит по жене Куприянова известие о смерти мужа.