Страсть по понятиям - Владимир Колычев

Ну а потом мы снова оказались в моей постели. Тихо вокруг, слышно только, как сверчки за окном заливаются. Может, это они нас на бис так вызывают. Что ж, я бы не отказался от повторения. Только сначала в себя надо прийти…

— Ну и кто из нас победил? — пьяненько хихикнула Настя.

Она лежала на спине, даже не пытаясь прикрыться простыней.

— А разве кто-то должен был победить?

— Ну, мы же по разные стороны баррикад.

— Да, но я не пытался тебя убить…

— И я не пыталась… Это все Жмыхов… Только не думай, что я пыталась ему отомстить. Поверь, он этого недостоин… Он мне никогда не нравился… Это Эдик пытался мне его навязать… Не могу поверить, что его больше нет, — всхлипнула вдруг Настя.

— Не верь.

— И не верю. Зато верю, что все еще наладится.

— Наладится.

— Ты мне поможешь?

— А ты мне?

— Ты хочешь знать, где Альберт?

— Да, я хочу это знать.

— Нет его больше. Давно уже нет… Я знаю, ты мне не поверишь. Ты же упертый, ты и дальше будешь его искать.

— Что с ним случилось?

— Случилось… Да, это правда, Альберт не за мной сюда приехал, а за Эдиком… Ну, первой с ним я познакомилась. В Кирове, в ночном клубе. Корпоратив был, нализались мы там, в ночной клуб нас понесло. Что там было, уже не помню.

Проснулась в постели с Альбертом. Ну, он решил, что как честный мужчина должен на мне жениться, предложил руку и сердце. А я не замужем, и возраст уже, в общем, задумалась я. А потом Эдик его увидел… Ну, и началось.

— Что началось?

— Что-что. Обхаживать он его начал У Альберта наклонности были, так Эдик его по этим наклонностям вниз и опустил. Альберту понравилось, роман у них закрутился. А я прикрытием для них была, как будто Альберт со мной. Ты потому и подумал, что Альберт за мной сюда уехал. Нет, он за Эдиком уехал…

— А потом что случилось?

— Что случилось? То и случилось… Пропал Альберт. Был и исчез.

— Куда исчез?

— Эдик думал, что он домой уехал, к родителям, мы с ним в Киров поехали. Только не было его там…

— Когда это было?

— Когда… В декабре две тысячи шестого. Три с половиной года прошло.

— А я слышал, Эдик вместе с Альбертом куда-то уехал.

— Не вместе, а за ним.

— Около недели его не было.

— Правильно, около недели. Мы его в Кирове целую неделю искали… Слушай, там я у тебя душ видела. Душ можно принять?

— Можно, только воду греть надо.

— Ну, она же не ледяная?

— Вряд ли.

День сегодня не дождливый, солнца было много, крыша у автобуса нагревалась под солнцем, а сразу под ней бак с водой… Нет, не будет душ ледяным.

Настя быстро оделась, но в душ отправилась не сразу. Сначала она занесла в спальню чемодан свой и сумку. Распаковывать все вещи не стала, но достала халат, белье, полотенце.

— Воды не очень много, — предупредил я.

— Хорошо, экономить буду, — правильно поняла меня Настя. — Там еще Алина на очереди…

— Она что, уже проснулась?

— Да, лежит никакая, в потолок смотрит. Ваня там, распинается передней… Он что, в нее влюбился?

— А что, похоже?

— Он на нее как на богиню смотрит.

— Завидуешь?

— Ну, если бы ты на нее так смотрел… Ты ее сейчас ни о чем не спрашивай. Она у нас натура чувствительная, от шока долго будет отходить.

— А ты у нас какая натура?

— Я натура жесткая и циничная, — честно призналась Настя. — Но, поверь, женщины во мне много, на тебя хватит. И жену потом не захочешь… Жди, я сейчас!

Я оделся, вышел из спальни, сел за стол, по другую сторону которого расположился Ваня. Он сидел боком ко мне, лицом к лежащей на диване Алине. Судя по ее пустому отрешенному взгляду, она действительно еще не оправилась от потрясения. Ваня что-то тихонько говорил ей, но она едва реагировала на него. Зато хоть и слегка, но все-таки улыбнулась, когда я спросил у нее, как настроение. Дескать, у меня у самого настроение должно быть прекрасным — после того, как в спальне у меня побывала Настя. Да и Ваня заулыбался, давая понять, что слышал, как мы зажигали.

Я сам приготовил кофе — для себя и для Насти. Я еще только собирался уносить чашечки в спальню, когда она выскочила из душа.

В халате Настя была, но в постель под одеяло легла без ничего.

— Кофе? Надеюсь, не отравленный? — пошутила она, трясущейся рукой принимая чашечку.

— Пока нет… Как водичка?

— Отличная, — дрожащим голосом сказала она. И будто в оправдание добавила:-Я люблю такую. Каждое утро контрастный душ… А ночью-холодная постель…

— А как же Игорь?

— А кто его туда впускал?.. Лучше без него, чем с ним… Не нравился он мне… Как чувствовала, что сволочью окажется…

— Мы так и не договорили. Что с Альбертом случилось?

— Ты не думай, это не Игорь… Он хоть и сволочь, но в этом я обвинить его не могу… Хотя… — задумалась вдруг она.

— Что хотя? — поторопил я.

— Понимаешь, мы долго не могли понять, куда делся Альберт. А потом Игорь все узнал…

— Что узнал?

— Ты знаешь, что на свадьбе у Эдика была драка. Шептулин на него с кулаками набросился. Он его к Алине приревновал…

— Я так почему-то и подумал.

— Он пить вообще не умеет.

— Я так и понял.

— Но как говорится, что у трезвого на уме, то у пьяного на кулаках… Жмыхов разыгрывал из себя ревностного служаку, поэтому он взялся за Шептулина. Взял его за шкирку и вытряхнул из него всю правду. А правда заключалась в том, что это Шептулин убил Альберта.

— Шептулин? Убил Альберта?

Однажды у меня шевельнулась подобная мысль, но она тут же затихла. Потому что в это верилось с очень большим трудом… Но ведь не на пустом же месте возникла эта мысль.

— Эдик давно этим страдал. Ну, ты понимаешь, о чем я… С женщинами у него не складывалось, а с мужчинами он очень стеснялся. А потом он с Юрой сошелся. Сначала просто друзья, потом не просто. В общем, ты все понимаешь… Потом Эдик в Киров уехал, Юра здесь остался. Но Эдик иногда приезжал, в гости к нему заходил, ну, ты понимаешь… А когда четыре года назад вернулся, в гости к Юре заходить не стал. Юра все понял. И принял меры. Он водителем в лесхозе работал, часто по Крайней улице проезжал. Альберт в магазин отправился, ну, он его и подвез. И с концами.

— Это у него Игорь выпытал?

— В том-то и дело, что Игорь… А Юра действительно в лесхозе водителем работал, мог Альберта в лес завезти…