Тень легионера - Максим Шахов

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Выйдя из экскурсионного автобуса, Иван Сахно неспешно перешел через проезжую часть и приблизился к огромному торговому центру, выстроенному на Греческой площади сравнительно недавно.

– Черт! – вздохнул Виктор. – Там выходов много?

– Два или три, – сказал Козуб. – Но они его не потеряют…

– Да потерять-то не потеряют, но мгновенную встречу просмотреть могут.

– На то она и мгновенная встреча…

Тем временем из «Мазды» «топтунов» выбрался оперативник. Он был одет в светлые брюки и светлую рубашку с коротким рукавом, а также светлые туфли. Однако все это было каким-то невыразительным, как и сама внешность «топтуна». При взгляде на него ничто не приковывало к себе внимания.

«Топтун» двинулся за Иваном Сахно. «Мазда» тронулась и начала неспешно огибать площадь. Сахно приблизился к торговому центру и вошел в него. «Мазда» скрылась за углом.

– Сейчас кого-то запустят с другого входа, – сказал Козуб, – так что никуда он не денется. Наружка свое дело знает…

Логинов кивнул и вытащил сигареты. Он был убежденным сторонником принципа, что всякий должен заниматься своим делом. Следователи – трактовать законы и писать бумажки, оперативники – осуществлять розыск, наружка – производить наблюдение за подозреваемыми. Однако сейчас Виктор с большим трудом сдерживался, чтобы не устремиться за Иваном Сахно в торговый центр самому.

Закурив, он чуть опустил окошко и открыл пепельницу. Козуб тоже потянулся за сигаретами. Примерно через две минуты у Виктора зазвонил телефон.

– Да! – быстро ответил он старшему группы «топтунов».

– Он спустился на нулевой этаж, в продуктовый супермаркет.

– Понял! Его сколько людей ведут?

– Уже два.

– Хорошо! – сказал Виктор. – Тогда ждем…

Ему очень хотелось сказать, чтобы «топтуны» были максимально внимательными и постарались не пропустить мгновенного контакта Ивана, но он не стал этого делать. Во-первых, для передачи подобных инструкций пришлось бы отвлекать «топтунов» от работы, а во-вторых, они были профи, так что напоминать им об азах было абсолютно излишне. И Виктор продолжил курить.

Минуты через три старший сообщил, что Иван купил в супермаркете пол-литровую бутылку сока, а потом – что он вышел через другой вход и направляется к Дерибасовской.

– Ясно! – сказал Виктор. Отключившись, он передал информацию Козубу, после чего спросил: – На Дерибасовской пешеходная зона, правильно?

– Да, движение транспорта перекрыто! – кивнул Козуб.

– Тогда давай как-нибудь в объезд к ней! Оставим машину и тоже слегка прогуляемся!

Козуб запустил двигатель и тронулся с места. Покинув площадь, он обогнул небольшой квартал старых домов и минуты полторы спустя подкатил по переулку к Дерибасовской.

Время было около шести вечера – для променадов еще рановато, но народа на Дерибасовской было очень много. Логинов с Козубом вышли из машины и нырнули в толпу. Старший группы сообщил, что Иван направляется в их сторону. Виктор с Козубом пересекли Дерибасовскую и остановились у расположенного чуть наискось переулка. Там стояла палатка, в которой раздетый до пояса мускулистый парень «набивал» вручную всем желающим оригинальные временные татуировки.

У палатки собралась приличная толпа. Затерявшись в ней, Логинов с Козубом дождались приближения Ивана Сахно. Тот шел очень медленно, останавливаясь у торговцев, фотографов и прочих мелких предпринимателей, изобретавших все новые способы отъема денег у отдыхающих. В руке Сахно небрежно нес запотевшую пластиковую бутылку сока.

Такую можно было купить в любой из многочисленных торговых точек на Дерибасовской. Правда, втридорога, и не факт, что не с испорченным содержимым. Однако Виктор увидел, что Сахно даже не открыл бутылку. Вот что было странно.

Подавшись к Козубу, он сказал:

– У него бутылка непочатая, соображаешь?..

– Думаешь, проверялся?

– Похоже…

В этот момент Сахно поднял руку к груди, после чего что-то сказал.

– Ему звонят! – сообщил Виктор.

Козуб, смотревший на мастера тату, оглянулся и сказал:

– Эта тетка из бригады. Зинка-Невидимка.

Логинов не сразу понял, о ком говорит Козуб. А когда понял, немало удивился. За Сахно шла худощавая женщина лет сорока с заколотыми на затылке русыми волосами. Одета она была в легкую длинную юбку и такую же легкую блузку. На ногах – сандалии. Женщина была очень загорелой, что для коренных одесситов являлось абсолютно нетипичным, так что Логинов обязательно принял бы ее за одну из отдыхающих.

Зинка-Невидимка, заметив, что Сахно позвонили, начала вроде бы невзначай приближаться к нему. Однако телефонный разговор длился недолго, так что услышать из сказанного Сахно сотрудница наружки ничего так и не успела. Увидев, что объект закончил разговор, Зинка-Невидимка остановилась у фотографа с крокодилом. Сахно же после звонка на ходу открыл бутылку с соком и сделал несколько глотков.

– Ну вот, – негромко сказал Козуб Логинову. – А ты боялся… Продукт куплен для потребления. Что, двигаем за ним?

– Да нет… – сказал Виктор.

В этот самый момент Сахно огляделся по сторонам и вдруг развернулся, направившись обратно – в сторону Преображенской.

– Упс! – сказал Козуб, отворачиваясь к татуировочных дел мастеру.

Зинка-Невидимка, не предпринимая неосторожных действий, разминулась с Сахно и продолжила двигаться в сторону Екатерининской. Минуту спустя Сахно принял тот самый неприметный оперативник, которого Виктор видел на Греческой.

Сахно свернул в городской сад, одна из аллей которого была полностью оккупирована художниками. Однако Ивана интересовали не картины, а расположенный в дальнем конце горсада туалет. Он направился к нему. Неприметный оперативник входить следом не стал. Виктор с Козубом заняли позицию у беседки в стороне Зеленого театра.

Иван Сахно вышел из туалета, держа бутылку с соком под мышкой и отряхивая свежепомытые руки. Очки у него висели на груди, зацепленные дужкой за верх майки. Потерев ладонью о ладонь, Сахно взял бутылку в руку и снова направился к Дерибасовской. Очки он так и не надел…