Колония. Ключ - Константин Калбазов

Глухая комната, с оштукатуренными и выкрашенными в белый цвет стенами и потолком. И девственная чистота. Только железная кровать на которой он собственно и лежит. Поправочка, он не просто лежит, а прикован к ней. Взгляд на наручники. Стандартные, ничего сложного. Можно справиться и одной рукой, только бы иметь спичку, какую-нибудь тонкую веточку или скрепку. Подойдет все. Вот только проблемы это не решит.

Помимо наручников. Есть еще и бетонные стены. Именно бетонные, потому что Александр может с точностью до полуметра сказать сколько от него до потока. А значит держат его в том самом здании, устроенном прямо в расщелине над потоком. Далее, наличествует металлическая дверь и наверняка охрана за ней.

Более того, под потолком, как-то уж совсем демонстративно, устроилась видеокамера. Она неподвижна, хотя красный диод над объективом горит, значит работает и способна охватить все помещение. Мертвая зона разве только под ней. Но ты поди еще незаметно избавься от наручников и заберись в тот угол. А главное, туда и забираться незачем, потому что дверь находится на противоположной стене, и подобный маневр не даст никакого преимущества

Ладно. Похоже у него есть время, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Итак, что он имеет? Хм. В наличии имеется клинический идиот, посчитавший себя везунчиком. И впрямь везунчик. Это же сколько есть на земле народу, которые подобно Наталье способны помнить все, после впадения в транс?

А этот американец, чтоб ему опрокинуться, способен. Мало того, зная о способностях Александра он убедил производивших арест, действовать жестко, как с особо-опасным преступником. Что те и проделали. Сначала электрошокер, потом транквилизатор, и вот пленник приходит в себя на странной базе.

Обласкали себя любимого, теперь пора подумать, что им от него надо и как выбраться отсюда. С первым никаких проблем. Им нужен рабочий портал, и продолжение исследований природы портала. И то и другое целиком в руках Александра.

Хм. Поправочка. Все это находится в их руках. Они знают о его экстрасенсорных способностях и вполне смогут это компенсировать. Смогут ли они заставить его делать то, что им нужно? Еще как смогут. Нет такого человека, который рано или поздно не сломался. Вот и его сломают, а потом будут пользовать по своему усмотрению.

А поток… Поток примет его любого, в этом Александр не сомневался. Тут состояние воли ни при чем. Ясность мышления конечно же нужна. Но она может быть и у вздрагивающего от малейшего шороха существа, еще вчера бывшего Ладыгиным Александром Сергеевичем.

А вот в такого превращаться совсем даже не с руки. Потому в этом случае он обречен на жизнь в клетке. Александр же именно этого и не хотел. Иначе зачем бы он затевался с Колонией? Парадокс, от чего бегал, то и получил. Да еще и не на Родине, а где-то у черта на куличках. Но как там говорится в

Отсюда вывод — как ни противно, но придется идти на сотрудничество и постараться быть максимально откровенным. Ложь по настоящему хороша и имеет шансы на выживание только в том, случае, если в ней есть толика правды. А еще лучше, если этой правды побольше, тогда обман вообще может прижиться как родной.

Главное заручиться хотя бы малой толикой доверия, чтобы иметь возможность осмотреться. Иначе нечего и метать вырваться на свободу. А находиться взаперти ему ой как не нравилось. Да у него уже сейчас возникло к этому стойкое предубеждение. А казалось бы пробыл-то пленником всего-то ничего. Но вот не нравилось ему такое положение и все тут.

— Доброе утро, Александр.

А это еще что… Ага, вон она коробочка с динамиком, рядом с камерой. В том что Ладыгин ее не заметил раньше, виноваты ее белый цвет, в тон стенам, и его состояние, после воздействия транквилизаторов.

— Утро добрым не бывает. Если вы говорите на русском, то должны знать и это, — что же, он не партизан, чтобы отмалчиваться. И потом, решение уже принято.

— О-о, у вас присутствует чувство юмора. Это радует.

— Ну так может войдете в камеру и мы поговорим нормально, а не через эти железяки.

— Хитро. Но я знаете ли не настолько уверен в себе. Мало найдется людей, способных настолько противостоять гипнозу как Билл.

— Ваш Билл и не способен ему противостоять. Просто, после выпадения из транса он помнит все, что происходило с ним. Вот и все. Так что, пусть нос свой не больно-то задирает. И еще. Передайте ему, чтобы он держался от меня подальше. Это ему добрый совет.

— Вам не кажется, что угрожать в вашем положении несколько неуместно.

— Как вас зовут уважаемый?

— Фрэнк.

— Так вот Фрэнк, я не угрожаю, а только предупреждаю. И еще, скажите мне. Вы имеете, хоть какие-то полномочия? Можете принимать хотя бы маломальские решения? Если да, мы говорим дальше. Если нет, я буду говорить с тем, кто имеет хотя бы какой-то вес.

— Я имею полномочия на принятие решений. Разумеется, они ограничены, — поспешил поправиться невидимый собеседник.

Впрочем. Александр и не рассчитывал встретить здесь тех, кто может принимать действительно важные решения. Так, исполнители с определенными рамками. Но все же хотелось бы, чтобы эти рамки были бы по шире. Ведь чем они больше, тем у него выше шансы отсюда выбраться.

— Отлично. В таком случае вернемся немного назад. Вы что действительно полагаете, что у меня есть шансы загипнотизировать вас и сбежать? Подумайте сами, как отреагирует охрана на ваш приказ отпустить меня, зная о моих способностях. Они ведь уже знают?

— Разумеется знают и им запрещен всяческий контакт с вами.

— Вот видите. И еще. Когда пойдете ко мне, захватите пожалуйста ключи от наручников.