Гидроудар - Сергей Зверев

Впереди по «курсу» виднелось большое бревно. Шарджил, опираясь на подобранную на берегу палку, брел вперед, ощупывая дно. Провалившись в яму, он чертыхнулся, выбираясь наверх. В этот момент там, где только что лежало «бревно», вода закипела. На поверхности на мгновение показалось тело огромной рептилии — метра четыре, не меньше. Могучий хвост хлестнул по воде, и бенгалец увидел открывшуюся пасть, густо усаженную зубами.

— А-а-а! — Он заорал, что было мочи, бросившись назад.

Теперь он забыл обо всем — о бое, о неприятеле. В мозгу было одно — уйти от… Страшный удар хвостом сбил бенгальца с ног. В следующее мгновение рептилия, снова разинув рот, сомкнула его на плече Шарджила. Новый вопль захлебнулся в воде, забурлившей и поглотившей тело главаря банды мародеров.

* * *

Бой подходил к концу. По расчетам Батяни, впереди, в зарослях, оставалось человека три-четыре, не больше. Теперь надо было лишь грамотно «дожать» их. Десантники не спеша, огибая заросли кольцом, приближались к засевшим там бенгальцам. Все шло нормально. Однако внезапно случилось нечто странное — старлей Клюев, до этого действовавший грамотно и адекватно, вдруг поднялся в полный рост, стоя на месте и не говоря ни слова.

— Какого черта? Клюев! — заорал Батяня, глядя на нелепо стоящего десантника. — Ты что ж делаешь? Ложись!

Но тот словно не слышал его слов. Дальнейшее было вполне предсказуемо. Став идеальной мишенью, Клюев рухнул на землю, истекая кровью, хлещущей из пробитой двумя пулями шеи.

— Иван, ты что же это, а? — склонился над ним Пластырь.

Впрочем, помощь военврача уже ничего не могла изменить. С первого взгляда было понятно: так нелепо подставивший себя десантник — уже не жилец. Жизнь уходила в землю с каждой каплей крови, бившей из ран. Клюев захрипел и поднял руку, словно пытаясь зажать рану, но ослабевшая рука бессильно упала на землю.

— Все. Отходит старлей, — произнес Чернышов в ответ на немой взгляд майора.

— Да что же это такое? — сжал кулаки Батяня.

Внезапно он поднял голову. Он понял, в чем дело.

— И это его работа, профессора, — произнес Лавров, — система у него сработала. Со сбоем…

Тем временем Баринов скосил мародера, расстрелявшего Клюева. Последующие десять минут боя завершили дело. Еще парочка любителей легкой жизни получила свое. Остров был очищен.

Теперь надо было вызволять пленников. Осторожно, во избежание неожиданностей, десантники двинулись вперед.

Со стороны группы деревьев донесся протяжный хрип, и десантники подошли туда. У корней лежал один из мародеров, доживавший последние мгновения. Пуля, попавшая в голову, сделала дело — виднелась лужа крови. Конвульсивно дернувшись, бенгалец замер, устремив в небо мертвый немигающий взгляд.

— Вот ведь смотришь на него и удивляешься, — произнес Пластырь, — у него, может, и семья, и дети есть, а он подыхает в собственной крови.

— Сам виноват, — жестко заявил Саныч.

— Да это понятно…

Десантники подбежали к хижине, стоявшей на небольшом пригорке. Открыв дверь, они увидели сидевших в углу пленников. Русские специалисты были связаны по рукам и ногам.

— Вот и все, ребята, — произнес Батяня, — мучения ваши окончились.

В мгновения ока веревки были перерезаны и бывшие пленники бросились обнимать своих спасителей.

— Мы думали, что все: каюк нам, — возбужденно говорил назвавшийся Петром заросший рыжей щетиной мужик, — это ж просто какие-то отморозки! Им же голову живому человеку отрезать — что глазом моргнуть.

Он кивнул на лежавшее неподалеку тело мародера.

— Я немного по-бенгальски понимаю, — вступил в разговор худой длинный парень с перевязанной рукой, — так из их разговоров было понятно, что на совести… этих — десятки трупов.

— Все нормально! — похлопал его по плечу Саныч. — Теперь их земные проблемы закончились.

Освобожденные специалисты словно еще не верили своему счастью. По их внешнему виду было понятно, что обращение с ними было далеким от «вежливости». Всех украшали синяки и кровоподтеки, а с троих мародеры даже сняли обувь.

Выйдя к противоположному берегу, десантники увидели показавшийся впереди катер.

— «Выплывают расписные Стеньки Разина челны», — прокомментировал Саныч появление группы Чижова.

— Убью! — пробормотал Батяня, думая о другом.

— Ты о Беляеве?

— О нем, родимом…