Заговор - Май Цзя

Хуан Ии ответила:

– А почему нет? Во-первых, много времени на это не надо, это вот такая же простая установка, вон даже наш мастер-плотник создал что-то похожее. Во-вторых, ценность того, что этот аппарат делает, велика, ведь можно несколько лет не повторять ключи к кодам. А это очень, очень сложно! Даже если бы они сделали подобную таблицу ключей, то она заняла бы всю стену! К тому же я практически уверена, что они не стали бы специально делать такую таблицу, потому что это нереально – могли быть последствия в процессе применения, так как трудно ее использовать во время фактических контактов. А без таблицы, если ключ поместить в саму шифровку, ограничений было бы слишком много, получились бы какие-нибудь первые две группы кодов, первые три группы, последние две группы, последние три группы, средняя одна, три группы и так далее. Невозможно сделать такую огромную таблицу. В-третьих, принцип работы такого аппарата придуман самой Скинской. Вы, возможно, гадаете, почему я думаю, что Скинская могла разработать такой аппарат? Потому что у нее еще в ранние годы была такая математическая задумка. В-четвертых, я увидела во многих ее трудах и в некоторых действиях, что она не самый глубокий человек, она – не «черная дыра»; но она странная, хитрая, непостоянная, переменчивая, словно хамелеон, умеет ввести в заблуждение. Так как она не отличается глубиной, то придуманный ею код по степени трудности и глубине, скорее всего, не слишком далеко ушел. А так как возможность усложнить сам код ограничена, то ей пришлось восполнить это вспомогательными средствами, например увеличив запутанность ключей к коду.

Чэнь спросил меня:

– Заместитель Ань, а вы что думаете? Существует ли такая вероятность, что был специально разработан аппарат для ключей к кодам?

Я не ответил ему, а спросил Хуан Ии:

– Сейчас я полагаю, что ваше предположение правильно. У противника действительно есть такой аппарат. Значит, следующим нашим шагом должно быть создание копии. Но эта копия тоже будет лишь догадкой; им было легко создавать такой аппарат, но вот повторить его будет трудно – нельзя допустить расхождения в размерах, высоте, габаритах. Малейшая ошибка приведет к огромному провалу. Естественно, я понимаю, что это лишь копирование цифровых данных. Так каков сейчас объем вычислений по этим данным?

Она протянула мне папку:

– Я тут написала формулы для вычислений и объем вычислений.

Я взял папку, она была наполнена толстой пачкой листов, исписанных формулами и цифрами. Формулы все были сложные, а цифры огромные, от них рябило в глазах. Я сказал:

– Ого, да тут огромный объем вычислений!

Она ответила:

– Естественно, огромный! Рейка, поднос, источник света – это все подвижные детали, могут передвигаться вверх-вниз, вправо-влево, да еще и количество реек может меняться. Естественно, объем вычислений будет не маленьким!

Я передал папку начальнику отдела математических вычислений Цзяну:

– Взгляните, сколько на это уйдет времени?

Тот посмотрел и дал ответ:

– Если все наши люди будут работать в три смены, то все равно понадобится не меньше месяца.

Даже Хуан Ии вскрикнула от изумления:

– Ого! Так долго?!

– Да, наши условия работы и людские ресурсы именно таковы.

Она сказала:

– Вот было бы замечательно, если бы у нас была вычислительная машина.

Чэнь спросил:

– Ну, а если догадка неверна? То это будет напрасная трата ресурсов!

Смелые слова Чэня ошеломили всех, люди стали переглядываться, а потом все взгляды, включая и Хуан Ии, сошлись на мне в ожидании, что я приму решение. Говоря по правде, в тот момент я не был готов с легкостью сказать итоговое слово: это же колоссальный объем вычислений, для которого требуется столько времени и людских ресурсов! А вдруг это неверная догадка? Ущерб будет слишком велик! Но я подумал, что взлом кодов – это изначально поиск одного верного решения из тысяч, не может быть такого, чтобы сразу угадать. Не забравшись в логово тигра, не поймаешь тигренка. Если не провести эти вычисления, как тогда узнать, что они неверные? Поэтому я поразмышлял немного, а потом решительно хлопнул рукой по столу:

– Если эта догадка верна, это будет означать, что дверь к коду «Возродим былую славу № 1» будет открыта. Месяц борьбы с этим искушением стоит того!

Вы можете представить, как прошел следующий месяц. Все помыслы и взгляды сотрудников нашей особой группы были сконцентрированы на отделе вычислений. Хотя мы работали в кабинетах, но мысли были в другом месте, все были как в тумане, представляя, как там стучат счеты, словно бобы на раскаленной сковородке. В то время я, всегда спокойный и основательный, стал проявлять нетерпение, каждый день по нескольку раз подходил к окну и, словно в оцепенении, смотрел на безмолвные дома, в которых сотрудники занимались вычислениями. С такой же надеждой смотрит человек, упавший в воду и выплывший на необитаемый остров, на появившийся вдали корабль, который спасет его.

Естественно, больше всех мучилась Хуан Ии. Она не могла ни спать, ни думать о еде и каждый день бегала в отдел вычислений, чтобы узнать результаты. Она пребывала в таком напряжении, что почти перестала смеяться, иногда я пытался ее развеселить, но она не реагировала, лишь слегка дергались уголки рта. Она напоминала лунатика, у которого душа рассталась с телом. Глядя, как она худеет с каждым днем, я был тронут и испытывал стыд. Однажды мы вместе поднимались по лестнице, и вдруг ноги у нее ослабли и она осела на пол. Я подхватил ее, помог подняться и, поддерживая, отвел к себе в кабинет. Я уговаривал ее отдохнуть, не придавать такое огромное значение результатам вычислений. Она уставилась на меня, зарыдала, а потом, словно во время ссоры, закричала:

– Я разве могу не придавать этому такое значение? Это первая догадка, которую я высказала после приезда в подразделение 701! И если Чэнь прав и я ошиблась, я же стану для всех посмешищем, у людей от хохота коренные зубы повыпадают!

В тот день у меня впервые возник порыв прижать ее к груди, обнять, успокоить. Естественно, я сразу же осознал, что это нелепо. Благодаря шпионской работе и любви к Сяо Юй, мой разум был крепче стали, в любое время и в любом месте мой мозг непоколебимо защищал меня. Я знал, что в мире нет совершенства и мы всегда должны быть готовы к боли и мучениям.

На двадцать девятый день вычисления вошли в заключительную стадию. Все сотрудники нашей особой группы столпились в отделе вычислений, ожидая результата. Бумаги, исписанные цифрами, высились уже на два-три чи[45], а люди все подносили новые данные. Прямо как на фондовом рынке, непрерывно доносилось: «1234567890, 0187654321, 2345678901»…

После того как все данные были собраны вместе, начальник Цзян начал производить единые вычисления. Когда он под пристальными взглядами всех сотрудников сел за длинные и огромные счеты, мое и Хуан Ии напряжение достигло своего пика. Взоры всех были прикованы к его рукам, безотрывно следя за их быстрыми движениями. В огромной комнате стояла мертвая тишина, слышен был лишь стук костяшек счетов. Хотя это был очень тихий звук, но он словно, удары гири, отдавался в наших сердцах.