Адская смесь - Александр Тамоников

– Понял тебя, Саня. Работаю!

В 7.20 из «зеленки» начали выходить бойцы «Ирбиса», прикрывавшие действия «Ориона» в Тарвале. Они подходили к бывшему южному посту охранения талибов, где Тимохин организовал своеобразный командный пункт. Бойцов интересовало, как прошел штурм, нет ли в отряде потерь, заминированы ли склады; но больше всего вопросов было по причине отказа в приеме на плато вертолета эвакуации. На вопросы американцев отвечали российские спецназовцы и те бойцы «Ирбиса», что принимали участие в штурме базы боевиков совместно с «Орионом», – главным образом полковник Дак. Вышел из «зеленки» и Харсон в сопровождении связиста лейтенанта Кроша. Генерал тут же подошел к Тимохину:

– Что тут у нас?

– Необходимо принять план дальнейших действий.

– Вы по-прежнему считаете, что отряду необходимо уходить за перевал, а не попытаться прорваться на юг – скажем, к Хайрабскому ущелью? Это, думаю, стало бы для дикарей большим сюрпризом.

Александр, стараясь соблюдать такт и субординацию, ответил:

– Вы заблуждаетесь, мистер Харсон. Для «духов» было бы предпочтительнее, если бы мы заняли оборону у Тарвала, но поверьте, и вариант с прорывом на юг они просчитали. Мы имеем дело не с племенем дикарей, как вы называете афганцев, а с хорошо подготовленным, организованным, управляемым противником. Сто против одного, что банды Омара и Моджарина, решись мы на прорыв в южном направлении, не стали бы особо препятствовать этому, потому что в Хайрабе нас наверняка ждут другие отряды талибов.

– Но нас также наверняка дожидаются хорошо подготовленные воины «Талибана» и на северном направлении.

– Естественно, мистер Харсон.

– Так в чем же разница?

– Разница, генерал, в том, что нам необходимо очень быстро принять единственно верное решение, чтобы переиграть «духов». И решение это – за перевалом.

– Но почему вы уверены в этом?

– Взгляните на карту.

Тимохин развернул карту района. В это время его радиостанция издала сигнал вызова.

– Извините, генерал, мне надо ответить… «Орион»! – бросил в эфир Александр.

– Шестой на связи. Проверили тропу, замеченную Соловьевым, – доложил майор Каменев.

– Ну и?..

– Она действительно тянется только до середины склона, но обрывается у террасы, от которой идет вверх другая тропа. В общем, здесь подняться можно.

– Ты на вершине?

– Нет, я на террасе, а на вершине Шепель.

– Хорошо! Тебе отбой. – Тимохин вызвал на связь Михаила: – Четвертый, ответь Первому!

– На связи, командир.

– Поднялся на вершину без проблем?

– Нормально поднялся, – ответил Шепель.

– Что видишь?

– Плато, почти такое же, что и внизу. Здесь, как и там, сначала лежит открытое пространство, разделяемое оврагами, далее слева и справа небольшие «зеленки». За ними – то ли большие овраги, то ли каньоны, а еще дальше еще два лесных массива.

– «Духи»?

– Не наблюдаю.

– Ближайшая от тебя балка на каком расстоянии от вершины?

– Три километра с небольшим. Или тебе нужно точнее?

– Обойдемся. Сколько до левой «зеленки»?

– Около семи километров.

– Ясно! Оставайся на вершине и продолжай наблюдение.

– Принял!

Тимохин отключил станцию.

– Вы уже выслали разведку на перевал? – спросил Харсон.

– Да.

Тимохин свернул карту под недоуменным взглядом американского бригадного генерала.

– Что вы делаете? – нахмурился Харсон.

– Объясню позже. Мы потеряли полчаса, следовательно, передовые отряды «духов» из Дихухеля и Кульдака на данный момент где-то в полутора километрах марша от нас. Это те же полчаса. Через тридцать, максимум сорок минут боевики Омара и Моджарина выйдут к Тарвалу. Поэтому что-либо обсуждать, генерал, будем на вершине перевала. А сейчас следует быстро уходить отсюда. У нас на подъем не более двадцати минут. Командуйте!

– Я должен знать, что вы планируете, полковник.

– Вытащить отряд из капкана, который ставят «духи», не более того. Повторяю, подробности наверху.

– О’кей! Я послушаю вас и на этот раз.

Харсон отдал команду сводному подразделению на выдвижение к перевалу и подъему по тропе на верх горного хребта Джикунзи.

– Она пригодна для подъема?

– И для подъема, и для отсечения преследования, которое непременно будет организовано людьми Омара.

– Почему Омара, а не Омара и Моджарина?

– Мы теряем драгоценное время, генерал.

– Отряд уже пошел к тропе. Проведем подрыв складов и догоним его.

– Подрыв проведем со склона.

– Что? Я не могу согласиться с этим.

– А придется! Вы хотите вернуться живым домой к семье, детям?

– Странный вопрос.

– Тогда, уважаемый мистер Харсон, прошу делать то, что скажу я. Это противоречит субординации, но здравый смысл превыше всяких формальностей. Я не претендую на ваше место, поэтому, если мой замысел удастся, лавры победителя будете пожинать вы, как командир отряда.

– Мне не нужны лавры. Мне необходимо убедиться, что задача, поставленная вышестоящим командованием – кстати, нашим общим, – выполнена в полном объеме.

– Вы получите такую возможность.

– О’кей! Уходим.

Харсон оценил прозорливость командира российской группы спецназа, когда стало ясно, что отряд не укладывается в график подъема на вершину перевала. Бойцы «Марса» оказались частью на втором этапе пути, частью на террасе, когда из западной «зеленки» появились душманы. И вышли они отрядом численностью в тридцать человек. Полевой командир Омар быстро оценил обстановку. Он увидел разгромленную базу и нетронутые склады, заметил людей на склоне. За боевиками с террасы в свою очередь следили генерал Харсон, полковник Тимохин и саперы обеих групп, капитан Ким и сержант Копански.

– Так, «духи» нас увидели, – произнес Александр.

– У них русские снайперские винтовки «СВД», – воскликнул бригадный генерал, – и они сейчас перестреляют нас всех как куропаток!

– Ну, уж такого подарка мы им не преподнесем. – Тимохин повернулся к саперам: – Внимание! Подрыв!

Ким и Копански одновременно нажали на красные клавиши пультов дистанционного управления радиовзрывателями мин направленного действия, установленных в пещерах. Хребет вздрогнул от сильного внутреннего удара, словно прошел толчок землетрясения; следом из пещер вырвался огненный смерч, прогремел оглушительный раскат, покатившийся эхом по горам. Хребет вздрогнул еще раз, и скала, у подножия которой когда-то была база вооружений талибов, рухнула, накрыв обломками камня весь кишлак. Это означало, что пещеры обрушились. Плато от перевала до «зеленок» накрыло темное облако пыли и пороховой гари.