Морской бой - Максим Шахов

Ломашевский еще раз посмотрел на часы, выждал еще тридцать секунд, а потом включил бритву и принялся старательно бриться перед зеркалом. В дверь постучали, а потом в проеме появилось уверенное улыбающееся лицо Никитина.

– Разрешите? – обронил он дежурную фразу и сразу же вошел.

От Ломашевского не укрылось, насколько профессиональным взглядом гость обвел каюту.

– А! Рад приветствовать вас! – расплылся в улыбке Ломашевский, протягивая руку. – Секундочку подождите. Сами понимаете, внешний вид прежде всего.

– А я… – Никитин развел руками. – Пожалуйста, пожалуйста.

Гость уселся на шконку возле стола, небрежно перевернул пару страниц журнала «Дача». Ломашевский брился и наблюдал за гостем в зеркало.

– Ну, вот! – хлопая себя по щекам ладонями, смоченными лосьоном, сказал Ломашевский. – Теперь полный порядок. Теперь офицер похож на офицера. Ну, давайте, рассказывайте… Простите, а зовут вас как?

– Иван Сергеевич!

– Ага, – кивнул спецназовец, – хорошо. А я полковник Ломашевский. Ведомственная принадлежность, сами понимаете. Груз, так сказать, под моей полной охраной. Был! А теперь это и ваша головная боль. Вы ведь представляете службу безопасности «Газпрома»?

– Собственно, да. Но мои функции несколько шире. Я обязан подготовить все для приезда наших инженеров. Включая проживание и привлечение местных специалистов. Значит, с транспортировкой оборудования я договорился. Железнодорожные вагоны загружаются уже сейчас. Часть груза, особенно приборная база, пойдут автотранспортом и в сопровождении полицейского эскорта. Под видом, сами понимаете, не охраны груза, а именно сопровождения для беспрепятственного прохождения груза по территории страны.

– Охрана железнодорожного состава?

– Ну какая там охрана, – рассмеялся Никитин. – И самое главное, зачем. Там же насадки, обсадные трубы, электромоторы. Металл, одним словом. Смысла нет что-то предпринимать. В крайнем случае, все это можно купить и здесь.

– А зачем тогда везли, если можно купить и здесь?

– Качество, товарищ полковник, мы везли материалы и оборудование того качества, которое нас устраивает…

– Тогда почему вы не приняли мер к охране груза, переправляемого железнодорожным транспортом? Или вы не верите, что кто-то может пустить под откос состав? Думаете, это прерогатива лишь белорусских партизан? В Южной Америке партизанство чуть ли не национальная черта, любимое развлечение местных «камарадос». Что сделано в рамках охраны имущества на территории порта?

– Помилуйте, – напряженно улыбнулся Никтин. – А чужой порт-то я как буду охранять? Тут своя охрана, тут закрытая территория. Доступ к терминалам имеет ограниченный круг должностных лиц. Это большой современный порт…

– Ну, понятно, – постным голосом закончил Ломашевский. – Свое мнение я в Москву доложу. Имейте в виду, что попытки остановить судно и не дать ему дойти до Парагвая предпринимались. А поскольку они не удались, то могут продолжиться здесь. В этом вы отдаете себе отчет, Иван Сергеевич? То-то! Свяжитесь с транспортной полицией и сообщите о наших подозрениях. Пусть будет шум, пусть об этом узнает как можно больше народа. Зато никто не рискнет чинить препятствия прохождению груза. Я со своими ребятами выезжаю в Кампо-Сильва и буду встречать груз там. Местная полиция Департамента Альто-Парагвай предупреждена?

– Разумеется, – язвительно ответил Никитин, недовольный таким отношением к себе со стороны спецназовского командира.

– Ну и отлично. Отправляйтесь в Кампо-Сильва, занимайтесь своими делами. Мы выезжаем по мере отправки груза. Постараемся нивелировать ваши недоработки, Иван Сергеевич. Благо, у нас документы специалистов «Газпрома», сопровождающих оборудование своей компании. Кстати, запомните это, если что.

– Что «если что»? А сколько вас вообще прибыло? Все-таки и железная дорога, и автотранспорт. Хранение опять же.

– Сколько? – переспросил Ломашевский. – Не помню точно. Что-то около ста двадцати человек. Ну, естественно, четыре бронетранспортера, рота средних танков и вертолеты поддержки.

Никитин вытаращился на военного, не понимая, что этот полковник несет. Ломашевский на половине фразы вдруг замолчал и строго посмотрел на Никитина:

– Мне кажется, что вы некогда тоже носили форму. Вы существенно расслабились на своей новой сытой работе и задаете неуместные вопросы. Это секретная операция, и сведения о ней никоим образом не разглашаются. Вы что, не знаете правил проведения спецопераций?

Уязвленный Никитин поднялся и сумбурно принялся извиняться и оправдываться. Якобы им двигали лишь интересы общего дела и желание быть полностью в курсе, чтобы принести максимальную пользу. Весь этот поток правильных слов был Ломашевскому прекрасно знаком по многим кабинетам в различных военных ведомствах. Он сделал постное лицо, намекая, что гость свободен. Никитин выскочил из каюты с облегчением.

Через три минуты к Ломашевскому вошли и вытянулись столбами, подпирая потолок, Ветров и Истомин.

– Значит, так, герои. Газпромовского безопасника я выпроводил. Имейте в виду, что за ним нужен глаз да глаз. Либо дурак, либо что похуже. Это помните всегда. Дальше! Проверить его деятельность нам не помешает, чтобы знать уровень здешней полиции, ее расторопность и градус желания нам помогать. Для этого приказываю! Провести провокационную имитацию нападения бандитов на имущество российской компании. Имуществу не вредить, мирных граждан и сотрудников местной полиции по их прибытии не калечить. Разумеется, самим не подставляться и не попасть под задержание. Вижу определенные сложности с вашим вызволением. Могут найтись лица, заинтересованные в скандале с русскими. Все понятно, орлы?

– Сколько человек задействовать в операции? – привычно спросил Ветров.

– Вы двое. Ветров – старший. Готовность к двадцати двум ноль-ноль. Доклад по плану операции по мере готовности. Свободны.

Офицеры четко повернулись на каблуках кроссовок и вышли, соблюдая субординацию. Раз Ветров старший, значит, он первый и выходит. И только в коридоре все представления о дисциплине полетели к черту! Андрей взвился в прыжке и имитировал удар теменем в плафон освещения коридора. Как он и целился, голова прошла в паре миллиметров от плафона.

– Корабль потопишь, лосяра! – хмыкнул Ветров и гулко ударил друга кулаком в спину. – Идеи есть?

– А то! – воровато оглянувшись по сторонам, заявил Андрей. – Идей море! Готовим с десяток муляжей взрывных устройств, распределяем их по пути возможного следования прибывших нарядов полиции. А сами взламываем таможенный терминал, машем руками перед датчиками движения, если такие у них есть. Прибегают местные пацаны…

– Ты че, – остановил друга Сашка, – остынь! Какие муляжи? У нас же все должно быть натурально. Какие злоумышленники с муляжами.

– Объясняю для бестолковых, – самозабвенно пылая глазами, пояснил Андрей. – Муляжи не для того, чтобы имитировать взрывные устройства, а для того, чтобы сигнализировать о приближении полиции. А еще для того, чтобы их смущать и наводить на мысли о возможном наличии настоящих гранат и мин. Теперь понял?