Притворщик - Александр Шувалов

– Занят.

– Нормальный мужик, – заметил Олег, доставая из ящика очередного «Джонни Уокера». – Кстати, последняя.

– Жлобяра, – сообщил мне Котов, – халявщик.

– Могу сбегать, – с готовностью отозвался я, застыдившись.

– А, – махнул рукой Саня и вышел из комнаты. Буквально тут же вернулся с двумя литровыми «Гранте». – Что бы вы все без меня делали...

– Страдали, – предположил Сергей. – Недопив, он завсегда хуже перелива.

– Не так бы нажрались, – уточнил Володя.

– Да ладно, – отмахнулся от него Котов, – что тут пить.

– Верно, – охотно согласился Олег, – наливай!

Из второй экспедиции на кухню он приволок три бутылки джина «Гордонз».

– Прощай, печень, – горестно молвил Олег, сворачивая пробку. В воздухе повис аромат хвойного леса.

– Такое дело, Стас, – сказал Сергей, запив джин минералкой. – Пока мы еще трезвые...

– Трезвые? – удивился я, цепляя на вилку ломтик форели, хотя, точно помню, собирался взять шоколадку.

– Ну, не в дрова же, – уточнил Володя, откидываясь на стуле.

– Точно, – согласился Сергей. – Не в дрова. Так вот, пока мы еще не в дрова... Короче, мы тут с ребятами посовещались...

– Серьезно посовещались, – уточнил Олег, стряхивая пепел в кофейную чашку.

– Попрошу не перебивать докладчика, – сурово осадил его тот. – Короче, бери своего Толю и идите к нам работать.

– А не много ли у вас директоров будет?

– В самый раз, – успокоил меня Котов.

– Мы подумаем, – пообещал я. Днем ранее олигарх Крупин (на момент разговора просто Петя) тоже зазывал меня на работу. Вместе с командой.

– А за это надо выпить, – тут же предложил Володя.

Еще через пару часов Олег, Сергей и Володя собрались по домам, сдаваться любимым женщинам. Ожидая во дворе вызванные такси, мы добивали из горлышка последнюю бутылку джина. Обе машины подошли почти одновременно (Олег и Володя жили по соседству), народ загрузился внутрь. Машины тронулись. Из последнего выезжающего со двора экипажа высунулась лохматая голова Олега.

– Спартак – чемпион!

– Кто не прыгает, тот – «мясо»! – ни с того ни с сего заорал я и сам подпрыгнул. Невысоко. Приземлился на пятую точку и остался сидеть.

– И только Раменский «Сатурн», Раменский «Сатурн»! – заголосил на все Черемушки Котов, колотя себя в грудь кулачищами, как съехавший с катушек самец гориллы.

На пятом этаже зажегся свет. Какой-то интеллигентный человек вышел на балкон и вежливо попросил нас соблюдать тишину, почему-то обозвав при этом «уродами».

– Не пойму, что это ты так раскричался, – подал мне руку Саня, помогая встать на ноги. – У меня ночуешь?

– Куда же я в таком виде поеду?

– Вот и славно. Сейчас чаю попьем и баиньки.

С высунутым от усердия языком, изо всех сил стараясь не промахнуться, я наливал в заварочный чайник кипяток, когда в комнату вошел Котов.

– Очень полезно с чаем, – авторитетно заявил он, ставя на стол бутылку рома.

– Стас, подъем! – ударил в уши чей-то пронзительный голос и отдался колокольным звоном в голове.

– Пшш жпсптхч!

– Что ты сказал?

– Пошел, говорю; в жопу! Спать хочу! – знали бы, каких трудов мне стоило выговорить это.

– Между прочим, сам просил разбудить в девять.

– А? – ресницы разлепились не сразу и с огромным трудом. Лучше бы я этого не делал. Ударивший в глаза свет сразу же отозвался резкой болью в затылке. – О-о-о, ух-х-х, ой, бля...

Неуверенно перебирая вялыми конечностями, я приподнялся и сел на кровати. Свернувшийся в комок желудок немедленно двинулся вверх и замер у горла. Да-а, последняя бутылка рома перед сном была явно лишней, или это меня так накрыло от предпоследней? Я вскочил на ноги и, зажимая ладонью рот, рванул с низкого старта в туалет.

Потом я почти час отмокал под душем, пытаясь реанимировать утомленный вчерашним пьянством организм. Под занавес водных процедур я попробовал «шотландский душ» – кипяток, потом сразу холодная вода и так несколько раз. Немного помогло.

С полотенцем на голове я неуверенным шагом проследовал на кухню. Вид суетящегося по хозяйству свежего и бодрого Котова едва не вызвал у меня еще один приступ тошноты.

– Ну как? – участливо поинтересовался хозяин дома, ставя передо мной на стол здоровенную кружку с кофе. – Отведай «нового дня глоток», должно помочь.

Я послушно попытался глотнуть из кружки. Не пошло.

– Стас, ну что ты мучаешься? Давай я за пивом сгоняю, сразу полегчает.

Пиво... При одном напоминании о нем перед глазами встали пять, нет семь бутылок ледяного пенного. Значит так, первую – залпом, а вторую, уже не торопясь, нет, тоже залпом. Третью можно будет уже по глоточку. И спать, спать до вечера. Оставшиеся четыре, пусть даже семь бутылок – под соленую рыбку, и снова спать. Ага, щас вам.

– Если б я мог... Дела, блин.

– Да ну их на хрен, такие дела!

– Не могу. Скажи-ка, у тебя есть аптечка?

– Вроде есть.

– Что в ней?

– Ну, бинт есть, йод, презервативы должны быть, – без особой уверенности в наличии последнего молвил Саня и вдруг просиял улыбкой. – Погоди, мне же Оксана целый мешок какой-то хрени приперла!

– Тащи сюда все.

– Понял.

Он приволок на кухню здоровенный пакет. Вывалив его содержимое на стол, я начал поиски. Так, «Фервекс» – на фиг, «Антифлу» туда же, это нам не надо, это тоже, презервативы... разве что на голову, чтобы все видели, каково мне. А вот это подойдет. И это тоже.

– Будь другом, чаю завари. Покрепче.

Я заглотнул сразу три таблетки, запил водичкой и «отполировал» их еще двумя. Минут через пять стало вроде полегче. Потом меня бросило в жар.

После третьей поллитровой кружки чаю туман в голове немного рассеялся, и я решил уточнить, «что же было вчера», потому что сам помнил далеко не все.

– Как я вчера?

– Нормально. Перед тем как вырубиться, все кому-то названивал.

– Дозвонился?

– Может, еще раз попробуешь? Держи, – и протянул мне переключатель кондиционера.

– С этим ясно. А что потом было?

– А потом ты вырубился.

– Даже до кровати не дошел?

– Почему, дошел и даже сам штаны снял, только на автопилоте. Да не парься ты, все прошло как в лучших домах.

Приняв по второму разу душ, я кое-как оделся, распрощался с Саней и, неуверенно переступая ватными ножонками, вышел наружу. Вчерашняя пьянка случилась и закончилась, нужно было как-то жить дальше. За семь оставшихся до отлета часов предстояло помотаться по городу и кое-что сделать.