Проклятие чужого золота - Борис Бабкин

– И рад бы, но не в курсе дела. Поэтому не смею вас больше задерживать. – Поднявшись, Удав длинной для своего тела мускулистой рукой показал на дверь.

– Все-таки у тебя еще есть шанс остаться живым, – засмеялся Рудик. – Вот телефон, – он положил на стол листок с номером сотового, – позвони, если надумаешь говорить. И на всякий случай начинай отсчет дней. У тебя их три. Время пошло. Запомни: ровно через трое суток в это время ты умрешь.

Удав метнул в него табуретку. Рудик увернулся и отскочил к двери.

– Время пошло, – повторил он и, открыв дверь, выпустил из квартиры Анжелику. Затем, кивнув Удаву, вышел сам. Удав криво улыбнулся и посмотрел на календарь. Взял сотовый и набрал номер.

– Во, блин, времена пошли, – голосуя на дороге, ворчал Дровосек. – Две тачки проехали. Никому, видно, бабки не нужны. Земеля, выручай! – Он подскочил к открытому окну остановившейся «семерки». – Хотя не надо, – увидел он «Ниву» Рябого.

– Нашли сыскаря, – заворчал остановивший машину Рябой. – Что я вам, частный сыщик, что ли? Запоминай, Оружейная, десять. – Он посмотрел на Дровосека и завел машину.

– Думаешь, понял? – стоя у окна, спросил генерал-лейтенант.

– Вряд ли, – ответил Ильин. – Любит он и жену, и детишек. Его же Гуськов подставил…

– Как бы дров не наломал. Так… Установить за ним круглосуточное наблюдение. Докладывать лично мне. Что со стрелявшим в Славина?

– Ищем. Пока никаких зацепок.

– О розыске по трупу азербайджанца я уже и не спрашиваю, – повысил голос генерал. – И по взрыву кафе и убитым там тоже не спрашиваю. Мне что, надо просить помощи у соседей или в Москву ехать кланяться? Привлеките, пожалуйста, сотрудников, которые могут искать преступников. За последние два месяца не раскрыто ни одного серьезного преступления. А показатель раскрываемости ползет вверх. В общем, так, – он отошел от окна и вернулся к креслу, – мне нужны результаты по убийствам.

– Тебя домой? – завел машину Рыбкин.

– Сначала в больницу к Славину, – ответил Виктор. – А потом не знаю. Я дома, наверное, с ума сойду. Черт возьми, их нет уже почти неделю, и ничего не известно. Давай к свидетельнице. Я должен с ней поговорить.

– Перестань, Витька, тебе приказали не соваться в это…

– А если бы похитили твою мать?

Рыбкин завел машину.

– Зря ты это делаешь.

– Я только хочу поговорить с ней, вдруг она мужу и отцу похищенных скажет больше.

– Что? – Ташкент вскочил. – И какого хрена ты молчал раньше?

– А что ты так нервничаешь? – усмехнулся Буржуй. – Что она им может сказать? Про Руку и его приятелей менты и так уже знают. Кстати, тебя дергали?

– Да, два раза. Но так, на понт брали.

– Ледяной вышел, – сказал Буржуй. – И похоже, у тебя начнутся неприятности. Ледяной только по фамилии холодный, а дважды был в Чечне и еще просился. Боевой мужик, что и говорить.

– Да я хрен на него забил! – процедил Ташкент. – Видал я таких боевых знаешь где?

– Догадываюсь. В общем, я тебя предупредил, что Ледяной на свободе. А насчет этой шкуры не ломай уши. О нас она сказать ничего не может. Тут кто-то кафе на двенадцатом километре взорвал. Надо бы выяснить кто. Не твои придурки?

– Нет, конечно. Базар идет, что те на московской тачке были. Вроде как от Мухомора приезжали, искали кого-то. Вот и нашли, видно.

* * *

– Я уже много раз говорила об этом, – недовольно вздохнула женщина в домашнем халате. – И ничего нового сказать не могу.

– Я муж той женщины, – глухо произнес стоявший у двери Виктор, – и отец мальчика и девочки. Я хотел бы знать все.

– Но я обо всем рассказала в милиции, – помолчав, тихо ответила она. – Я, ей-богу, больше ничего не знаю.

– Извините…

Виктор спустился по лестнице и вышел из подъезда. Остановился и посмотрел на окна третьего этажа. У раскрытого окна стояла женщина.

– Спасибо! Большое спасибо! – крикнул он и приветливо махнул рукой. Удивленная женщина тоже помахала. – Остается надеяться, – садясь в машину, пробормотал Виктор, – что похитители знают, что меня освободили, и пасут свидетелей. Ты говорил о каком-то частном детективе, – посмотрел он на Рыбкина.

– Славин нашел кого-то. А за что это ты ее благодарил? Сказала что?

– Это называется ловля на живца.

– Ты сдурел! – Рыбкин резко вжал тормоз. – Ты же ее подставил! Ты совсем…

– Поэтому мне и нужен частный сыщик! – отрезал Виктор.

– Ты думаешь, ее пасут?

– Уверен.

– А ты думаешь, они не знают, что тебя выпустили? Наверняка уже все знают. Да, непонятное что-то происходит. Вчера вечером автослесари все втроем вприпрыжку прискакали и с ходу начали давать показания. Мол, купила их Гуськова. Перепуганы были до крайности. Кто-то на них здорово жути нагнал. Правда, говорят, что деньги пообещала, но не дала. Сейчас сидят. Хотели их под подписку отпустить, так они уперлись, скандал устроили – желают понести заслуженное наказание. – Рыбкин засмеялся. – Наши высказали предположение, что они узнали о том, что ты вышел. Но где-то они пять дней пропадали и об этом ни слова не говорят.

– Понятно! – Виктор усмехнулся. – А я на тебя думал. Выходит, ошибся. Впрочем, ты на такую подлянку не пошел бы.

– Что? – не понял Рыбкин.

– Давай к Славину, – напомнил Виктор.

– Что? – спросил в сотовый Ташкент.

– Он ей спасибо сказал, – услышал он женский голос. – И довольный такой в машину сел. Там еще какой-то мужик был.

– Ладно, следи дальше. Бабки тебе привезут. – Ташкент отключил телефон. – Похоже, Буржуй прав, – пробормотал он. – Ледяной свое следствие начал. Но что ему эта сучка сказала? Ледяной просто так благодарить не будет. – Ташкент быстро набрал номер.

– Мужик он нормальный, – сказал Славин, – даже денег не взял, хотя они и влипнуть из-за нас могли. – Он взглянул на Рыбкина.

– Это точно, – подтвердил тот.

– А ты, значит, подставил Уткину, – посмотрел Славин на Виктора. – Она действительно ничего не знает. Ох уж эти олухи из ДПС, мать их! Когда она их позвала, они стали все там осматривать и вызвали группу только минут через двадцать. Ну разумеется, город закрыли уже поздно. У похитителей фора была минут двадцать пять – тридцать. Однако кто они, так и непонятно. Вроде как заступились, спасли от Руки. Но странно, ничего больше не слышно. Зачем похитили Вику с детьми, если ты сидел? Может, сейчас что-нибудь потребуют?

– Может, и так, – кивнул Ледов.

Все трое помолчали. Потом Виктор вскочил:

– Я домой. – Он выбежал из палаты.

– Дуй к Алтунину, – сказал Рыбкину Славин. – И объясни ситуацию. Потом заедешь к Сомову. Хотя нет, ему я сам позвоню. Дуй к Алтунину.