Убитые голоса - Александр Тамоников

— Нам нужна информация.

— А потом что, оставим?

— Оставим. С «хвостом»!

— Значит, кому-то из нас придется контролировать его, — проговорил Лазарев.

— У тебя, Гена, машина почти новая, тебе и контролировать.

— Это и без машины было ясно. Я же не майор, не капитан и даже не лейтенант, на мне можно пахать. Шучу.

Группа прошла к дому. Домофон преградой не стал, к нему приставили специальный прибор, и замок открылся.

Офицеры пешком — использовать лифт, шум от которого ночью слышен отчетливо, не стали — поднялись на четвертый этаж.

Уланов указал на дверь с табличкой «14».

— Наша. Отойдем на пролет, чтобы какой-нибудь пенсионер, страдающий бессонницей, не увидел нас в «глазок» и не вызвал полицию. Те подъедут с таким шумом, что Дабиев успеет по балконам уйти. Или перелезть к соседям и захватить заложников.

Демко взглянул на Уланова:

— По-моему, ты сильно утрируешь, Рома.

— Не утрирую, а страхуюсь. Разболтались вы без меня.

— Так возвращайся быстрей, на Буленко приказ уже подписан, он под следствием.

— Нужен приказ Габранова, а его нет, ладно, оставим пустые разговоры. Отходим, Лазарь, выставляй «Сферу», послушаем, что в хате.

Офицеры поднялись на пролет. Лазарев установил небольшую тарелку с антенной, направленной на дверь квартиры Дабиева. Все надели наушники.

Система дистанционного прослушивания способна уловить не только речь, но и любые шорохи, в том числе издаваемые человеком во сне.

Слушали полчаса.

Уланов снял наушники. То же сделали и Демко с Лазаревым.

— Похоже, в хате никого нет, — с досадой проговорил Уланов.

— Проверим? — посмотрел на него Демко.

— Конечно. Займись этим, Костя.

Капитан подошел к двери, вставил универсальный ключ. Открыл замок, достал пистолет и фонарь направленного действия, шагнул в прихожую. Уланов с Лазаревым приготовили пистолеты. Но Демко вскоре вышел, закрыл дверь, поднялся к друзьям.

— Пусто, судя по кухне, здесь никого не было, по крайней мере, весь день.

— И где может быть этот урод? — спросил Лазарев.

— Черт его знает, может быть где угодно. В борделе каком-нибудь или на хате у женщины. Так, едем по другому адресу.

— Скоро светать начнет, — напомнил Демко.

— Значит, следует поторопиться, — ответил Уланов.

Лазарев снял аппаратуру, и группа быстрым шагом покинула подъезд, прошла к машинам. В 4.20 колонна начала движение, через полчаса выехала на улицу Павлова. Это была небольшая улочка с пятиэтажными домами, стоявшими торцами к дороге. Строили их еще в семидесятых годах прошлого века. У торца дома номер 28, сразу за школой, Уланов остановил «Рено». Сзади встал кроссовер.

На улице Уланов указал на «брежневку»:

— Дом номер двадцать восемь, нам нужен первый подъезд, он отсюда крайний, далее частный сектор, дороги нет, только тротуар. Ну, что, войско, пошли?

— Как идем? — спросил Лазарев.

— Вдоль подъездов и тихо. Впрочем, между домами темно. Здесь мутный район, не до такой степени, как «Подшипник», есть такой поселок в Переславе, но тоже бардака хватает.

Офицеры дошли до первого подъезда, вскрыли домофон. Поднялись на площадку между первым и вторым этажами. Они торопились. Нередко владельцы собак в это время уже прогуливали своих питомцев.

Лазарев настроил прослушивающее устройство, и тут же в наушниках спецназовцы услышали ворчливый голос женщины:

— Что ж ты, Чары, так беспокойно спишь? Второй раз уже встаешь в туалет.

— Не твое дело, — ответил мужчина.

— Спать не даешь.

— Выспишься. Хотя уже, наверное, нет.

— Сейчас не дам, и не лезь.

— Ладно. Но перед тем, как встать окончательно, час мой.

— Иди, а то намочишь свои эротические трусы. И где ты их взял? Это же умора, на мужчине и такие трусы.

— Отвали.

Уланов кивнул:

— Ясно. Господин Дабиев развлекается с госпожой Котенко. Сладкая парочка под боком Кубарина.

Лазарев пожал плечами:

— А чего молодой бабе не оседлать жеребца, если старый конь не пашет?

— Собирай аппаратуру, знаток.

Прапорщик сложил аппаратуру, офицеры вышли из подъезда, прошли до улицы Павлова.

— Что делаем? — спросил Демко.

— Вы останетесь здесь. Смотрите за Дабиевым и Котенко.

— У нас одна машина.

— Наверняка банда имеет приказ сидеть тихо по норам. Случка Дабиева с Котенко — исключение. Мужик должен свалить к себе, а вот женщина остаться. Но если уйдут из хаты оба, смотреть за Котенко.

Демко посмотрел на Уланова:

— Ты считаешь, что Котенко останется дома?

— По крайней мере, надеюсь на это. Я вызвал всю группу, часам к десяти подойдет Чернов с остальными ребятами и техникой. Тогда мы сможем контролировать большее количество боевиков.

— Я понял.

— Все. Работайте, парни.

— А ты далеко?

— Попытаюсь посмотреть за другом Кубарина, депутатом Дуганским. Что-то мне подсказывает, он играет хоть и второстепенную, но важную роль в подлой схеме Кубарина и его босса.

— Ты знаешь, где он живет?

— Нет.

Уланов вздохнул.

— Придется будить Гарина. Представляю, сколько ласковых слов услышу от Бориса, но не впервой.

Лазарев с Демко отъехали на пространство к соседнему дому, развернулись, встали так, чтобы видеть первый подъезд дома номер 28. «Прослушку» забрал Уланов. Он, оказавшись в салоне своего «Рено», набрал номер Гарина. Уже заметно посветлело, но на улице по-прежнему было пусто.

Роман слушал длинные гудки довольно долго. Наконец:

— Рома, ты, честное слово, совсем охренел. Мы только…

— Меня не интересует, что вы только, мне нужен адрес Дуганского, марка его машины и номера.

— Да он, наверное, еще спит.

— Так это хорошо, пусть спит, пока спится. В камере спать не дадут.

— Ты его уже посадил?

— А куда он денется? Все, кто участвовал в поджоге клуба Дома отдыха, окажутся за решеткой или на том свете. Иначе грош цена нашей правоохранительной системе.

— Ты мне с утра лекцию не читай! Запоминай: Дуганский Виктор Алексеевич проживает в коттеджном поселке «Луч», там же, где и Кубарин, у него есть еще квартира в городе, но ею он пользуется редко. Адрес квартиры — Березовая, 6 — 178.