Жиган против банды - Сергей Зверев

Весь день лил дождь. Возможно, поэтому все, что находилось за окном, казалось таким бездушным, холодным и мрачным.

Устав от скуки и бессмысленного созерцания увядающей природы, отец Василий, дабы не тратить время попусту, решил посвятить себя осмотру состоящего на балансе секты реквизита. Три часа он блуждал по комнатам и кладовкам, заглядывал в шкафы и ящики, доставал, считал, измерял…

Эта импровизированная ревизия показала, что запасов пищи осталось не более, чем на пять суток. Не лучше дело обстояло с непременными атрибутами всех культовых мероприятий. К отсутствию провианта отец Василий отнесся спокойно, даже безразлично. А вот иссякающие запасы благовоний заставили его изрядно поволноваться, особенно когда он представил, какие мрачные деньки ожидают его и подопечных, когда иссякнут последние запасы других «божественных снадобий».

Почувствовав неприятный озноб, отец Василий возвратился в свою конуру, подбросил в печку дров и, желая согреться, поставил на огонь чайник. Однако тревожные мысли не покидали его.

«Хоть и не время еще, но придется связаться с нашим благодетелем… – окончательно решил он. – Пусть подкинет еды да травки… А то, не дай бог, у паствы поедет крыша. Потом собирай трупы по деревням…»

Василий подошел к тумбочке, открыл дверцу и попытался нащупать хранившийся в дальнем углу сотовый телефон.

Но раскатистый низкий голос, внезапно прогремевший у самого окна, заставил его напрячь слух.

«Я же просил меня не беспокоить!» – с раздражением подумал он, одновременно пытаясь определить, кому принадлежит этот бесцеремонный голос.

Через пару секунд скрипнула парадная дверь, и в храм кто-то вошел. Громко ступая, он двинулся в направлении каморки. По четкому ритму шагов отец Василий догадался, что в гости пожаловал «шеф службы безопасности». Еще мгновение – и дверь резко распахнулась, а на пороге показался Романов собственной персоной. Среагировав с небольшим опозданием, отец Василий резко захлопнул дверцу тумбочки и вопросительно посмотрел на подчиненного.

– Если святой отец там прячет бабу или бомбу, то меня это интересует меньше всего, – грубо съязвил Романов, сорвал с плеч промокшую насквозь плащ-палатку и швырнул ее на стул.

Такой наглости отец Василий не ожидал.

– Что ты себе позволяешь! – с возмущением проговорил он и, упершись взглядом в комки глины, налипшие на сапоги инструктора, едва не сорвался на крик: – Во-первых, когда входишь в храм, обувь нужно снимать, а во-вторых, в следующий раз перед тем, как открывать дверь моей комнаты, не забудь постучать…

Однако Романов даже и не подумал попросить прощения.

– Послушай, батюшка, – с вызовом бросил он. – Устанавливай законы для своей паствы. А меня, пожалуйста, не впутывай в эти дела. И запомни, я здесь для того, чтобы охранять тебя и вправлять мозги твоим овечкам. Насчет всего остального уволь.

– Но обувь-то ты можешь снимать? – смягчил интонацию отец Василий.

Романов пренебрежительно шмыгнул носом и опустился на стул.

– Налей-ка лучше чаю, – уставшим голосом попросил он и ладонями смахнул с лица крупные капли. – Я уже три часа мокну под дождем. А ведь не май месяц.

– Хорошо, я приготовлю, – уступил отец Василий, догадавшись, что визит инструктора вызван каким-то чрезвычайным происшествием.

Он забросил в граненый стакан одноразовый пакетик «Брук-Бонда» и до краев наполнил стакан кипятком из вскипевшего чайника. Романов двумя ладонями обхватил стакан и попытался его поднять, но тот оказался настолько горячим, что, инструктор не удержав, выпустил стакан из рук. Тот грохнулся о стол, и треть содержимого выплеснулась.

Романов грязно выругался. Однако на этот раз отец Василий отнесся к кощунству инструктора неожиданно спокойно.

– Да ладно, я вытру, – подчеркнуто мягко проговорил он и, взяв несколько салфеткок, промокнул дымящуюся лужицу.

– Черт бы побрал эту погоду! – как бы оправдываясь, буркнул инструктор.

– Что стряслось? – не поднимая глаз от поверхности стола, поинтересовался отец Василий.

– Ну ты молодец, наконец-то понял! – выдохнул Романов.

– Я жду, – поторопил отец Василий.

Романов хитро прищурил глаза и как бы между прочим полюбопытствовал:

– А гостей ты сегодня не ждал?

Отец Василий недоуменно посмотрел на инструктора:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только что я нашел на берегу неподалеку от лагеря надувную резиновую лодку!

– Лодку?

– Да. Лежит себе у сосны. Целая и невредимая. Весла, мотор, бак наполовину заполнен… Короче, все как полагается, только садись и плыви.

Отец Василий на мгновение задумался:

– А хозяин где? Или ее просто прибило течением?

– А потом подняло в воздух и отнесло на три метра к ели? – подхватил Романов.

Чай немного остыл, и инструктор наконец-то сумел сделать глоток. Причмокнув от удовольствия, он многозначительно добавил:

– Так что готовься встречать гостей.

– Но я никого не жду.

– Я тоже.

– Понятно… – озадаченно протянул отец Василий. – Надеюсь, ты понимаешь, что просто так разгуливать здесь никому не позволено?

– Я свои обязанности знаю, – Романов громко отхлебнул из стакана. – Чтобы наш незваный гость не ушел так же незаметно, как и появился, я пропорол камеру ножом, а потом отправился искать его.

– Ну и?

– Никого.

Отец Василий недовольно покачал головой и с укоризной напомнил:

– Говорил же я, надо пса завести.

Проигнорировав замечание, Романов вновь приложился к стакану. Сделав несколько глотков, он помахал указательным пальцем перед носом у собеседника и с самодовольным видом заявил:

– Я еще не закончил. Короче, вернулся я в лагерь и взял четырех парней. Прочесали весь лес, и опять результат нулевой. Возвращаемся назад, и тут позади я слышу хруст веток.

– Значит, все-таки нашелся наш гость?! – повеселел отец Василий.

– Нашелся, – кивнул Романов. – Мужик с меня ростом, плотной комплекции. Потрепанная кожаная куртка, джинсы, за плечами вещмешок. На вид лет тридцать пять – сорок. Явно, человек не от плуга. И уж точно – не местный.

– А сам-то он что говорит?

– Говорит, что искал скит и заблудился.

– Он так и сказал «скит»? – с недоверием переспросил отец Василий.

– Так и сказал.

– Надеюсь, ты объяснил этому парню, что он ошибается и что в радиусе двадцати километров нет ни одного селения?

– Естественно, – Романов с хитринкой в глазах посмотрел на собеседника. – Но и это еще не все. Он утверждает, что искал не просто скит, а скит отца Василия.