Магнат. Люди войны - Николай Соболев

— В чем дело, Родригес?

И тут же замер, разглядев высокого.

— Я вижу, сеньор Ирригеньо, вы меня не забыли, — растянул губы в змеиной улыбке адвокат. — Будьте так добры, объясните, на каком основании вы задерживаете двух известных парижских журналистов и сеньора Хемингуэя, знаменитого писателя?

Начальник дернул подбородком на подчиненного, и Родригес, давясь каждым словом, промямлил:

— У сеньора Эренбурга нашли масонскую книгу.

Я чуть не икнул, Илья сделал вид «Ну что с дураков взять», а высокий, почуяв добычу, хищной птицей навис над Родригесом:

— Масонскую? Или просто книгу о масонах?

— Прошу прощения, — на пограничника было больно смотреть, — одну секунду…

Он полез под стол, покопался и вытащил томик:

— Эммануэль Реболд, «Общая история франкмасонства в Европе».

— Я пишу эссе о тайных обществах, — вежливо улыбаясь, объяснил Эренбург.

— А сеньор Хемингуэй, — добавил адвокат, — пишет роман об Аргентине, которая, уверен, войдёт в него как образец гостеприимства.

— Прошу прощения, сеньоры, это недоразумение, — начальник подал паспорта, держа их кончиками пальцев, словно боясь обжечься.

Разобраться с задержанным грузом таким же быстрым налетом не получилось, ближе к вечеру мы собрались в номере гостиницы «Альвеар» на диванах зеленого плюша и принесенных из соседних комнат креслах.

— Вполне цивилизованное место, — удовлетворенно заметил Хемингуэй, потягивая коктейль.

— А какие у вас критерии, Эрнест?

— Наличие трех вещей, мистер Грандер: чистых простыней, сухого мартини и рожка для обуви.

— Насчет рожка смешно.

— Зато удобно.

Первым докладывали резиденты Оси и Панчо.

— Три статьи в La Nacion, по две в La Razon и El Mundo, в деловой El Cronista серия статей, все на одну тему: поддержка парагвайского режима масонами, евреями и коммунистами.

— Так, казусы с Ильей и книгой о масонах, а также «агентов Коминтерна» это хоть как-то объясняет, но при чем здесь наши грузы?

— Мистер Грандер, — замялся резидент, — видите ли…

Но Панчо не дал ему дотелиться и рубанул с плеча:

— Короче, Джонни, ты — масон.

— Чего-о???

— Сам читай, — он перекинул мне одну из поименованных газет.

Я быстро просмотрел ее, а потом и все остальные. Три интервью с неким американцем Уолтером Айрой и парочка подписанных им же опусов, все об одном и том же, о масонских связях Джона Грандера-младшего. Ссылки на испанскую АВС, перечисление заведомых масонов, с которыми я встречался или имел дела в Нью-Йорке… Блин, да масонство в Штатах — карго-культ, игрушка для провинциалов! Все равно как некоторые, вроде основателя KFC Сандерса, числятся почетными полковниками, главное, чтобы на визитной карточке смотрелось посолидней! Смысл газетной кампании понятен — американцы (читай: Рокфеллеры) пытаются настропалить общественное мнение Аргентины против помощи Парагваю и выбрали для этого обвинения в масонстве.

— Панчо, отправь запрос в Нью-Йорк, узнай, кто такой Уолтер Айра.

— Уже. Ответ ждем.

— Что с волонтерами?

Высокий адвокат, которому его более низкий товарищ раз и навсегда уступил право высказываться, деловито ответил:

— Арестованы как агенты Коминтерна, доказательств у властей никаких. Насколько мне удалось выяснить, единственное, что им могут предъявить, романы Луи Арагона и Анри Барбюса, которые двое везли с собой.

— Другие книги у них были?

— Да, книг полно, но к ним никаких претензий.

— Что думаете делать?

— Требовать освобождения, — вежливо улыбнулся высокий. — У нас свободная страна, чтение романов не запрещено.

— Груз?

— Задержан в рамках выборочной проверки, стандартная процедура.

За вечер мы выработали тактику и стратегию: адвокаты угрожают газетам исками за клевету, я отправляюсь к американскому послу, чтобы он повлиял на таможенные власти, Панчо роет землю, а Эренбург, Кольцов и Хемингуэй пишут статьи в поддержку героической борьбы Парагвая. Зря что ли я писателей и журналистов через пол-мира вез? А с публикацией посмотрим — может, за деньги пропихнем, а может, вообще не потребуется.

Визит к американскому послу Уэдделу, карьерному дипломату, прошел впустую. Седой джентльмен с благообразным лицом, украшенным серебряным пенсне, мягко отказал в помощи:

— Сейчас крайне неудачное время для таких демаршей, мистер Грандер. После заметного охлаждения между нами и Аргентиной, вплоть до обвинений в экономической войне, президент Рузвельт провозгласил политику «доброго соседа». Однако, нужно время, чтобы настроения в аргентинском обществе переменились, и совершать резкие действия — значит поставить улучшение политического климата под угрозу.

Я позволил себе гримаску неудовольствия.

— Вы зря кривитесь, мистер Грандер. У нас на руках отношения не только с Аргентиной, но и со всем континентом. Недавно министр Сааведра Ламас предложил антивоенный пакт, который подписали почти все латиноамериканские страны, и он мог быть направлен против США. Только мудрая позиция госсекретаря Халла позволила избежать этого. Сами понимаете, я просто не могу рисковать.

Блин, да ему лет шестьдесят, скоро в отставку, вот и опасается под конец влипнуть в скандальчик.

Тем временем Панчо нанял местных детективов и раскрутил, откуда растут ноги у «агентов Коминтерна». Аргентинская полиция за драку арестовала пробиравшегося из Парагвая испанца, как следует тряхнула… и выгнанный из отряда Хосе нарушитель по злобе наплел три короба. Анархисты уже перестали быть таким пугалом, как десять или двадцать лет назад, сейчас в моду вошел как раз Коминтерн, вот под него и подверстали волонтеров, едущих в Парагвай.

Ренегат попытался отпереться, да только тут не Европа, ноги вырвут и скажут, что так и было. Впрочем, и в большей части Европы сейчас точно такое же отношение. Панчо буквально выкупил его, в присутствии нотариуса взял у него письменные объяснения, заверил и запихнул на первый же пароход в Испанию.

Юристы прошлись по газетам, предлагая опубликовать опровержение, но везде получили одинаковый ответ — если автор откажется от своих слов, то легко. А так опровергать написанное другим неэтично. Блин, где они раньше со своей этикой были?

К вечеру пришел ответ из Нью-Йорка, нашелся Уолтер Айра. Точнее, нашелся Уолтер Эзра Дьюк, писавший корреспонденции из Латинской америки под этим псевдонимом.

— Кролик… — ахнул я, когда вспомнил своего школьного врага. — Блин, а что он делает в Аргентине? У него же семейный бизнес?

— Уолтер замазан в гангстерские дела, с кланом Беннини.

— И Маццарино, — добавил я.

— И Маццарино, — с удивлением повторил Панчо. — Откуда знаешь?

— Да так, старый знакомый.

— Вот он и предпочел свалить куда подальше, чтобы Лаки Лучано его случайно не достал.

— Лаки Лучано, говоришь…

Кролика мы застукали в