Волк среди воров - Борис Седов

Еще час она прохаживалась от стенки до двери, и с каждой минутой хмель из нее улетучивался. Можно было только завидовать такой способности организма к восстановлению.

- Тебя за что загребли? - спросил Хитрый.

Она усмехнулась:

- Самому не догадаться?

- Только за пьянку? Ничего больше? Значит, скоро отпустят?

- Должны…

Наиль смотрел на нее и думал: рискнуть? Или не торопить события, пусть все идет своим чередом? Решившись, шлепнул ладонью по скамейке рядом с собой:

- Садись, подруга, дело есть. Хочешь подзаработать?

- Кто ж не хочет! Сколько?

- Сотку бакинских.

- Смотря что надо делать. Если отсосать, то я и за бесплатно готова, красавчик.

Наиль чуть не заехал ей в рожу. Взяв себя в руки, спокойно продолжил:

- Когда отпустят, позвонишь по одному телефону. Номер запомнишь? Человек с тобой встретится, и ты ему скажешь… - Хитрый дважды повторил текст, заставил женщину пересказать и, убедившись, что она усвоила наставления, закончил: - Хорошо! Он с тобой и расплатится…

- А не обманет? Стремно как-то…

- Стремно получится, если ты подсадная или по дурости перед ментами распустишь язык. Будешь сосать у дохлой макаки, пока не издохнешь сама, отвечаю!

- Да я с легавыми отродясь дел не имела!

- Короче, ты меня поняла? Если что - из-под земли тебя достану!

Прошло полчаса, и ее отпустили. Покидая дежурную часть, она задержалась в дверях, обернулась и подмигнула Наилю.

Хитрый надеялся, что она не обманет и что у нее хватит ума не перепутать инструкции.

Она должна была позвонить адвокату, специализирующемуся на скользких делах. Адвокат не станет поднимать шум и не заявится в отделение, чтобы громогласно потребовать освобождения подзащитного, но встретится с кем-нибудь из руководителей районного управления, которые и дадут указание выпустить Хитрого. Все должно выглядеть так, будто Наиль ничего не предпринимал, а тихо сидел в ожидании Сивакова и не дождался не по своей воле.

Все сроки, которые Хитрый отводил на осуществление своего плана, давно миновали. Он чувствовал себя идиотом из-за того, что доверился залетной пьянчуге. В лучшем случае она просто не смогла ничего объяснить, и адвокат бросил трубку, устав слушать ее бессвязную речь. Или набухалась, решив, что рюмка в руке лучше ста долларов в перспективе. А могла и операм его сдать. В этом случае ему грозил разве что неприятный разговор с Сиваковым: дескать, нарушил условия джентльменского соглашения; более серьезных неприятностей не возникнет. Но обидно, что расквитаться с ней не получится - если не подвернется случайно, так и останется безнаказанной, не станет же он тратить время, чтобы отыскать ее и пристыдить жесткими методами…

Занятый своими невеселыми мыслями, Хитрый и не заметил, как в дежурной части появился милицейский подполковник. С недовольным видом он выслушал доклад флегматичного капитана и потребовал книгу учета задержанных. Она лежала не около пульта, за которым сидел капитан, а ближе к камерам, так что офицеры приблизились, разговор их стал слышен, и Наиль поднял голову.

Подполковник, ведя пальцем по строчкам, изучил список и подчеркнул ногтем фамилию Хитрого:

- С какого времени он здесь находится? Ты что, Иваныч, охренел его столько в клетке держать?

- С ним из главка работают…

- Вот пусть к себе забирают - там и работают. Три часа когда кончились? Иваныч, ты же опытный мужик! Давно в прокуратуре не бывал?

Дежурный попытался что-то объяснить, понизив голос, но подполковник доводам не внял. Кроме превышения срока содержания Хитрого он нашел еще какие-то нарушения, и капитану досталось по полной программе, так что к концу разноса он уже не выглядел флегматичным. Как только подполковник ушел, капитан со злостью посмотрел через стеклянную дверь на невозмутимого Хитрого и взялся за телефон. Отдельные слова долетали до уха Наиля, и он догадался, что капитан разыскивает Сивакова. Успехом эти поиски не увенчались. Выругавшись, дежурный громыхнул трубкой по пульту, постоял в задумчивой позе и решительно подошел к камере.

Через три минуты Наиль уже сидел в своем «БМВ», поставленном во внутренний двор отделения, и придирчиво смотрел, не пропало ли у него что-нибудь из салона. Звонок на мобильник прервал это занятие. Звонил адвокат:

- Раз включил трубку - значит, освободился?

- Ага, спасибо!

- Спасибо скажешь, когда я счет выставлю. Что за шмару ты мне подослал?

- Она разве не в твоем вкусе?

- В моем. Но мне впадлу драть любовницу дорогого клиента, так что пришлось завязать болт на узел… Ты куда сейчас?

- Как раз вот сижу и думаю. Надо бы кое-что обсудить, но лучше, наверное, завтра. Так что - домой!

- Ну, удачи! А завтра созвонимся.

Пока добирался до дома, жутко разболелась голова. Загонять машину на стоянку Наиль поленился, поставил на газоне прямо под окнами. Старушка с первого этажа, сидевшая на скамейке, посмотрела на этот маневр неодобрительно, но высказаться побоялась, только недовольно губы поджала. Проходя мимо нее, Наиль смачно харкнул мимо урны, что, с учетом габаритов сухонькой бабки, могло быть расценено как угроза убийством.

Жены дома не было. К зеркалу была приколота записка, из которой следовало, что она с подружкой поехала в клуб. Видать, решила характер продемонстрировать: типа, если ему можно пропадать неизвестно где по полсуток кряду, то и она имеет право на развлечения. В другой раз Хитрый или так бы накрутил ей хвост по телефону, что она на полусогнутых примчалась бы домой и долго вымаливала прощение, или не поленился бы лично отправиться в этот клуб… Но сейчас он слишком устал, да и головная боль прогрессировала с такой скоростью, что отбивала всякую охоту к выяснению отношений. Хитрый ограничился тем, что разорвал записульку в лапшу и обругал супругу по матушке. Прошел на кухню, взял из холодильника два яйца и выпил их сырыми. С бутылочкой пива «Тинькофф» добрался до спальни, включил телевизор и заснул, не раздеваясь.

Пока он спал, телефоны звонили несколько раз - и домашний, и сотовый. В числе прочих, искала его и супруга. Поскольку он не отвечал, она сделала вывод, что благоверный все еще где-то шляется, и приняла предложение подружки продолжить веселье у нее на квартире, тем более что в клубе к ним прицепились два совсем молодых паренька, не имевших денег даже на пиво, но обладавших большой сексуальной привлекательностью. Возьми Хитрый трубку, и жена не наставила бы ему в очередной раз рога. Да и сам он, скорее всего, остался бы живым, по крайней мере еще на какое-то время! Но он спал и телефонов не слышал…

Проснулся он ровно в полдень, сжимая в руке пульт управления телевизором. Комната была залита солнечным светом, в воздухе кружились пылинки. На душе было тревожно и мерзко, и этому внутреннему ощущению соответствовали ощущения во рту. Нашарив у кровати бутылку теплого «Тинькоффа», Наиль одним махом ее осушил. Стало полегче. Потянувшись, он стал вспоминать события вчерашнего дня. Кто же его подставил ментам? Кандидатур было несколько, и все казались одинаково вероятными. Слишком многие знали, что он пользуется хатой возле юрфака, чтобы встречаться там с бабами. И про Ларису он как-то трепался по пьянке. Фамилии, правда, не называл и вообще говорил, что встречи с ней - дело прошлого, но кому надо, могли догадаться. Не говоря уж о том, чтоб проследить, проконтролировать встречу. Хотя бы из тех соображений, что не помешает знать о товарище лишнюю гадость. Вот кому-то и не помешало! Обидно, что не удастся достоверно вычислить паскуду. Подозрения так и останутся подозрениями. Может, все-таки получится разговорить Сивакова? Если отвалить ему тысяч пять, он расскажет? А десять?