Милицейский спецназ - Александр Тамоников

Из дома вышла Катя. Она видела, как к дому подъехали две иномарки, и с недоумением и немного с испугом смотрела на них через занавеску окна.

Успокоилась лишь, когда увидела лицо улыбающегося мужа.

Заметив супругу, Кузьмич указал на нее:

– А вон, Слава, и моя вторая половина. Идем, познакомлю!

– Черт, хоть бы цветов купили! Совсем из головы вылетело, и ты не подсказал. А так неудобно получается.

– Ничего! Все нормально. Следуй за мной, десантура.

Они вошли во двор.

Кузьмич представил гостя:

– Знакомься, Катя, перед тобой Вячеслав Коренев.

Женщина протянула руку:

– Катя.

Коренев нагнулся, галантно поцеловал руку, представившись:

– Слава.

– Мне муж рассказывал о вас.

Вячеслав смутился, повернувшись к Кузьмичеву:

– И о злополучном «Шарпе» тоже?

Катя удивилась:

– О каком «Шарпе»? Володя говорил, что вы тот страшный бой, когда его ранило, вместе принимали. Плечом к плечу.

– Да. Было такое дело.

– Ну, что ж мы тут стоим? Идемте в хату! Тесновато у нас, но, как говорится, – в тесноте, да не в обиде. Да, Володь, с лекарством получилось что?

– Получилось! И только благодаря связям Вячеслава. Вот возьми, надо узнать у врача, на сколько хватит этих запасов.

– Ой, как много. Откуда у тебя столько денег взялось?

– Не у меня, Кать, а у Славы!

Коренев, поняв, что разговор опять возвращается к деньгам, взял женщину под руку:

– И это, уважаемая Катюша, обсуждению не подлежит. Я жизнью обязан вашему мужу, так какие могут быть меж нас расчеты? Вам нужен препарат? Он у вас! И прошу вас, как ранее просил вашего мужа, к финансовой теме не возвращаться. А желание гостя, как известно, закон для хозяев. Правда, это больше практикуется на Востоке, но, думаю, что и нам неплохо было бы следовать ему. Как вы думаете?

Екатерине не осталось ничего, кроме как согласиться.

Через час Владимир уже провожал своего боевого товарища.

– Ну, вот, Слава, и ты посмотрел, как я живу.

– Посмотрел. И скажу, недолго тебе тут кантоваться. Снесем на хрен барак, а на его месте дом нормальный поставим. Слово! Будешь жить по-людски, так, как заслужил.

– Не удивляешься, почему офицер-гаишник, и вдруг в такой нищете живет?

Коренев ответил серьезно:

– Зная тебя, нет, не удивляюсь! Иначе ты не мог. В смысле, пачкаться в воровстве и мздоимстве. Честь для тебя превыше любых материальных благ. И я знаю это. Ну, ладно! Все, о чем говорили, остается в силе. Номера своих телефонов я тебе оставил. Если что, звони в любое время. Помогу немедленно, чем только смогу, и чем не смогу, тоже помогу. А вообще, хорошо у тебя, старшина! Нет, честное слово, аура положительная, что ли? Побыл немного в доме и душой отдохнул. На самом деле. Ты, как выйдешь на пенсию, позвонить не забудь. Начнем дело! Надеюсь, не передумаешь?

– Не передумаю.

– Вот и отлично. Очень рад был тебя встретить! Теперь не дам скрыться, даже если захочешь. Денег не предлагаю, знаю, не возьмешь. Кузьмичев есть Кузьмичев. А в остальном – до встречи?

– До встречи, Слава!

Иномарки отъехали от дома, взяв курс на выезд из Горинска.

Кузьмич же начал готовиться в наряд. Встреча встречей, перспективы перспективами, а служба службой. И нести ее следовало как положено. До уже обозначенного ему начальством срока!