Сокровище Джунаида - Михаил Шалаев

Мурад видел через боковое стекло, как на дорогу, ведущую от колодцев, вывернул могучий «мицубиси-паджеро», залив ослепительным светом барханы по сторонам дороги, большие камни и стоящие поперек пути две машины. Тут он ненадолго остановился, а потом опять тронулся вперед. Мурад еще немного помедлил, словно ожидая, что ситуация может разрешиться миром, но надежда была напрасной: когда «паджеро» вышел на финишную прямую, у кого-то — скорее всего, у Сердара — не выдержали нервы: прозвучал первый выстрел.

Тогда джип резко затормозил, фары погасли и из распахнувшихся дверей выскочили две едва заметные фигуры, которые залегли среди камней. В тот же момент Мурад завел «форд», резко сдал задом и вывернул на дорогу, ведущую к поселку.

— Стой! Стой, гад! — Сердар не ожидал такого коварства от всегда послушного интеллигента-пьяницы и лишь беспомощно глядел вслед уходящей машине. Потом он запоздало вскинул «маузер» и несколько раз пальнул вслед своему «форду», но это было уже бесполезно.

А события между тем развивались, и первый выстрел не остался без ответа, а уж потом стрельба пошла с обеих сторон, правда, не очень эффективно, потому что в потемках приходилось стрелять наугад. Однако по тому, как пули щелкали по металлу, можно было сделать вывод, что не все они бесцельно улетали в пустыню. Больше того, когда негромко вскрикнул Сапар, Аннанияз-Гурт понял, что последний его сын если не убит, то, как минимум, ранен.

— Сапар! — взревел он, но сын не откликнулся.

В бессильной ярости старый уголовник стал палить по машине — враги уже успели залечь за камни и были невидимы, а значит, неуязвимы. Тогда Аннанияз-Гурт вырвал кольцо из гранаты и швырнул ее сторону врага, укрывшись от осколков за камнем. Она взорвалась, не долетев до цели примерно половину пути. Отец выругался, но вспомнил, что у него есть дело поважнее.

— Сапар! — еще раз позвал Аннанияз и вновь не услышал ответа.

Тогда он метнулся к тому месту, где была позиция Сапара и увидел, что сын лежит на песке, прижимая руку к груди. Дышал он тяжело, с хрипом и бульканьем.

— Сапар! — осторожно потряс его за плечо отец.

Ответом ему был протяжный стон. Аннанияз осторожно отодвинул руку сына, которой он прикрывал рану, и увидел едва заметное в потемках пятно крови. У Сапара наверняка было пробито правое легкое, а об остальных органах судить трудно. Хорошо бы перебинтовать, обработать йодом. А вообще-то нужен специалист, врач-хирург. И тут отец спохватился: не рассуждать нужно, а действовать, и немедленно! Спасти сына можно было, только срочно доставив его в больницу.

Аннанияз подхватил Сапара и потащил к машине, не обращая на продолжавшие еще звучать выстрелы. На помощь ему пришел Порсы. Вдвоем они кое-как уложили раненого на заднем сидении, пристроив голову на коленях участкового. Аннанияз вскочил на водительское место, повернул ключ зажигания и начал разворачиваться.

— Эй, вы куда? — заорал Сердар, нелепо размахивая «маузером». — А как же золото?

— Пошел ты со своим золотом знаешь, куда? — Аннанияз высунулся из окна и плюнул ему под ноги.

Тогда Сердар в бешенстве вскинул револьвер и, целясь в упор, несколько раз нажал на курок, однако услышал только сухие щелчки. Старый Аннанияз резко развернулся, и «ниссан» ушел вслед за «фордом» в сторону поселка, светя красными габаритными огнями. Сердар плюхнулся задницей на обочину дороги, вскинул руки к небу и завыл, не имея сил поверить, что все это происходит с ним…

Они перенесли слитки в багажник («Кил сто пятьдесят — его семьдесят, а то и больше», — оценил Упырев), а мешочек с камнями Деревянко бросил в бардачок.

— Ну что, поехали? — Леха обернулся на Гульнару, сидящую на заднем сидении посредине, чтобы свободно смотреть в лобовое стекло.

— Поехали. А куда?

— Давай сначала отсюда выберемся, а потом решим.

Упырев завел машину и стал осторожно разворачиваться, опасаясь налететь на камни, которых было вокруг предостаточно. Наконец он вывернул на тропу, и тут Владимир схватил его за руку:

— Гляди!

Упырев, увидев, что проезд перегорожен двумя машинами, мигом тормознул и выскочил наружу. Он достал из багажника два автомата, один передал Деревянко, а другой пристроил около себя.

— Вы что, мальчики?! — ахнула Гульнара, увидев их арсенал. — Вы же говорили — игрушечный!…

— Ничего, ничего, Гуленька, — нервно заговорил Упырев. — Так надо. Ты, главное, сиди и не высовывайся. Если начнут стрелять — сразу ложись на сидушку и не вставай, пока я не скажу.

Гульнара не ответила, только тихонько всхлипнула. Легко представить потрясение девушки, когда она поняла, что оружие у них самое настоящее, и с кем ее свел случай: она доверилась двум преступникам, — конечно, а у кого еще могут быть автоматы? — и поехала с ними бог знает куда, спала на одном куске брезента… Хорошо еще, что не изнасиловали. Так ей и надо, дуре! Всегда всем верит…

Однако Упырев истолковал ее всхлип по-своему:

— Не бойся, Гуленька, отобьемся! Мы же крутые ребята! Особенно Вован! — он еще пытался шутить.

Она снова всхлипнула, и ничего не ответила. А Упырев уже вырулил на последний прямой участок, ведущий к двум камням, стоящим по сторонам дороги как часовые. Первый выстрел, слабый хлопок они почти не услышали, но пуля угодила в лобовое стекло, проделав в нем дырку и покрыв многочисленными трещинами. Упырев сразу же выключил фары и тормознул. Они с Владимиром, схватив автоматы, одновременно выскочили из джипа и залегли за камни. Прежде чем открыть огонь, успели увидеть, как один джип — в потемках трудно было разобрать, какой именно, — неожиданно развернулся и уехал, а вслед ему прозвучало несколько выстрелов.

«Это хорошо, — отметил про себя Деревянко, — значит, у них между собой согласия нет…»

Сначала перестрелка шла вяло, как бы неохотно. Потом то ли Упырев, то ли Деревянко попал в кого-то из тех, кто преградил им путь, — с той стороны раздался истошный крик:

— Сапар!

После этого огонь сразу стал злее, плотнее. Потом примерно посредине между их позициями раздался взрыв. Лимонка, определил про себя Упырев, и окликнул Деревянко:

— Вован, ты цел?

— Цел, цел, — откликнулся прапорщик. — Ты чего-нибудь видишь?

— Да ни хрена не вижу.

— Не вставай, подождем еще…

Едва Алексей успел это произнести, как со стороны засады вновь послышался крик:

— Сапар! — и еще какие-то невнятные крики, затем вторая машина, резко развернувшись, ушла вслед за первой. И кто-то, невидимый в темноте, завыл нечеловеческим голосом…

Ничего не понимая, они полежали еще немного, но, видимо, инцидент каким-то непонятным образом исчерпался сам собой. Сослуживцы встали, пытаясь углядеть что-то в темноте, но только габаритные огни уехавшей машины, быстро удаляясь, рубиновыми каплями прыгали в ночной пустыне.