Шаг до трибунала - Сергей Иванович Зверев

– Товарищ полковник, я договаривался о предоставлении этого автобуса с нашими афганскими соседями, – раздался голос начальника разведки дивизии, сидевшего в первом ряду.

– Да-да. – Москалев почувствовал поддержку, глубоко вздохнул и продолжил свой доклад: – Мы остановились в полутора километрах от перекрестка дорог. Я отправил автобус назад. Потом мы по зеленке пешим порядком добрались до ущелья, по которому проходит шоссейная дорога, и двинулись по ее обочине, метрах в тридцати-сорока от трассы. Авангардная и арьергардная наблюдательные группы двигались метрах в ста впереди и сзади нас. Скальные пороги в этих местах отвесные, по ним не пройти.

Через тридцать минут хода мы услышали шум, остановились и пропустили вперед караван, двигающийся со стороны Кабула. Он оказался небольшим, однако под его прикрытием можно было пройти эту часть ущелья и выдвинуться к запланированному участку. Но бойцы, шедшие впереди нас, вышли к сужению ущелья. Мне нужно было принять решение, как двигаться по нему дальше, по обочине рядом с караваном, делая вид, что мы находимся в его сопровождении, или самим по себе, как и прежде. И то, и то опасно. Если душманам известно о скором начале войсковой операции, то весь этот участок, не считая полосы шоссе, может быть заминирован. Нам нигде не удастся пройти через него.

– Понятно. А караван был слишком мал для того, чтобы вы могли идти не рядом с ним, а внутри него, – перебил Москалева полковник Ялыгин.

– Так точно! Но в этот момент открылась стрельба, караван попал в засаду местного бандформирования. Я решил защитить этих мирных людей, уничтожить противника.

– Вам было разрешено это сделать? – осведомился командир полка и в который уже раз стукнул кулаком по столу.

– Это оперативное решение, товарищ полковник. Оно было правильным, так как позволяло нам получить при необходимости поддержку караванщиков. Это были пуштуны, идущие из Индии. Два моих бойца-таджика очень неплохо знали этот язык. Но перед принятием этого решения я еще раз хотел удостовериться в том, что душманы, напавшие на караван, могли оставить каких-то своих людей в засаде. Я не ошибся. Одного мы убрали, второго взяли в плен и дали ему понять, что мы не русские, а их друзья-иностранцы, идущие на базу моджахедов.

Афганец по имени Асад согласился нас сопровождать, но искал возможность не идти в сторону базы. Причину этому мы узнали чуть позже. Оказалось, что эти моджахеды, напавшие на караван, нарушили дисциплину. Они не имели такого приказа, однако бросили свою огневую точку и решили поживиться чужим добром.

Мы припугнули Асада, и он нам обо всем рассказал. Доказательство его правоты мы получили тотчас же. В сторону той самой огневой точки двигались две группы душманов с крупнокалиберными пулеметами.

С помощью Асада мы вышли на их точку, дождались первую группу, шедшую на смену, и уничтожили ее. Мною было принято решение немедленно, не теряя времени, догнать вторую группу моджахедов. Они были так же вооружены и тоже несли с собою «ДШК». Потом я хотел двинуться по их следам к базе душманов. Но гибель Асада меня заставила отказаться от этой мысли, так как без его сопровождения мы обязательно наткнулись бы на противника, его минные заграждения, засады, наблюдательные и огневые посты.

– Вторую группу противника вы тоже уничтожили? – спросил полковник Ялыгин.

– Так точно! Но сперва мы дали ей возможность выйти на свою точку и расположиться там.

– А стрельба, которую вы подняли, уничтожая первую группу, не заставила их ввести вас в заблуждение, выбрать другую огневую точку? – спросил командир полка.

– Мы уничтожили первую группу тихо, товарищ полковник, используя глушители, – ответил Москалев.

– Товарищ подполковник, Максим Максимович! – обратился полковник Ялыгин к Саврасову. – Я не понял, почему разведвзвод, направленный на этот участок, задержался до начала наступления. Объясните мне этот момент.

– Они выдвигались к ущелью со стороны Кабула, сперва наткнулись на минные поля, товарищ полковник, а потом и на засаду в зеленке.

– Ясно. А почему разведрота не продолжила движение к восточной стороне ущелья?

– Там могли находиться засады.

– Так почему вы, товарищ подполковник, досконально не разработали пути их передвижения? – Командир полка повысил голос.

Решение Москалева захватить с собою душманский крупнокалиберный пулемет «ДШК» вместе со станком, на котором он устанавливался, и пятью лентами солдаты приняли спокойно. Они всего лишь переглянулись. Никто из них не осуждал командира, все понимали, что им придется идти в открытую. Группа моджахедов, вооруженная одними только автоматами, точно бы привлекла к себе совершенно нежелательное внимание. А если герой, воюющий с неверными, тащит с собой такое грозное оружие, то это значит, что где-то оно очень нужно.

Федор решил не приближаться к огневой точке моджахедов с туннелем. Его бойцы свернули с этой дороги раньше, перебрались через хребет, спустились до его середины и двинулись по нему дальше.

Свежий утренний воздух быстро нагревался. К тому времени, когда они добрались до лощины, его температура поднялась минимум до двадцати пяти градусов.

Арык, бегущий по камням, притягивал к себе внимание всех бойцов. Они хотели окунуться в его прохладу, напиться и наполнить фляги свежей водой. Но Федору об этом никто не говорил. Солдаты прекрасно понимали, что он это знает не хуже них.

До начала операции оставалось шестнадцать часов. Без воды и нормального питания этого времени вполне хватит на то, чтобы их силы иссякли. Этого никак нельзя допускать.

– Скрип! – Федор подозвал к себе сержанта, идущего третьим за ним. – Здесь вроде чисто, духов нет, но останавливаться пока не будем, лишь замедлим шаг.

– Вы насчет арыка?

– Правильно думаешь. Иди справа от меня.

– Хорошо, – сказал сержант, догнал командира и пошел наравне с ним.

– Так вот, Витя, сейчас перед лощиной спустимся к арыку.

– Понял вас. Какая моя задача?

– Вон там выемка небольшая, со Скобелевым в ней ляжешь. Можешь еще кого-то взять к себе, будешь охранять нас. Да и рацию не забудь. А потом я пришлю вам смену. Выполняй!

Вкус воды было трудно определить, так как она оказалась слишком уж холодной. А вот песок скрипел на зубах солдат. Купаться в арыке Федор им запретил, как и мочить обувь.

Это распоряжение командира бойцы снова приняли молча. Да, что ни говори, а все они понимали, что в мокрой обуви им будет не только скользко идти. Она в любой момент может просто порваться.

Иванько со своим снайпером сменили Скриталева и Скобелева.

Через полчаса все они снова отправились в путь, поднялись примерно до середины хребта.

В лощине лежало много сколотых камней, по