Шаг до трибунала - Сергей Иванович Зверев

В-третьих, он может бояться полевого командира Бахтияра, который взял всю власть в этих местах в свои руки? Но это опять же всего лишь версия.

А может, Азад раскусил их? Что ни говори, а Тохир не местный человек. Он не знает Афганистана, приехал сюда из другой страны, с совершенно иным укладом жизни.

Нет, навряд ли. Зачем тогда Азад пошел по кругу, прямо как заяц, за которым гонятся легавые? Хорошее сравнение: заяц, легавые. Так кто же для него эти псы? Люди Москалева или местного командира Бахтияра?

Азад пошел на север. Почему не на восток, где хребет не такой высокий, как перед долиной, в которой расположился Кабул? Этот вопрос подталкивал Федора к новой мысли. Вернее, к нескольким. Первая…

Толчок Гоги в локоть прервал размышления Москалева и заставил его сбавить ход.

– Нужно остановиться, – проговорил снайпер.

– Кофур, вы с этим парнем отойдите от нас метров на тридцать вперед и остановитесь. Положи его на землю, лицом вниз. Я тебе махну, когда дальше пойдем.

– Хорошо, – ответил Ниязов и побежал вперед.

Что ни говори, а у Гоги нюх на врага хороший, собачий. Да и глаз зоркий. Змейку длиной сантиметра три он увидел на расстоянии в километр. Да не одну, похоже.

– Три группы вижу, – сказал Грибов.

– Что делают? – спросил Скриталев.

– Две сюда топают, третья – в противоположную сторону, – ответил снайпер и добавил: – Но похоже на то, что все они идут из одного места.

– Нас окружают? – спросил сержант Скриталев и усмехнулся.

– Тихо! – цыкнул на него Москалев.

«Выходит, душманам уже кто-то сообщил об армейской операции, которая будет проведена в этом районе, – размышлял Москалев. – Или они идут сюда затем, чтобы сменить какую-то группу, организовать где-то здесь огневую точку, усилить ее. Нужно подождать, чтобы разобраться в этом вопросе».

Время шло очень медленно. Вершина хребта, на которой находились бойцы в данный момент, оказалась самой высокой в окрестностях. С нее можно было рассмотреть ближайшие окраины Кабула.

– Скорее всего, они идут в то место, – сказал Гога и ткнул стволом винтовки в сторону хребта, за которым находилось узкое ущелье с арыком.

– Ты рассмотрел его? – спросил Федор.

– Да. Там густо торчат обломки скал, среди которых можно надежно спрятаться и вести огонь.

Москалев взял у Игоря винтовку и стал всматриваться в то место, на которое показывал Игорь Грибов.

– Ты прав, – сказал командир взвода, подозвал к себе сержанта Иванько и проговорил: – Николай, похоже, я здесь тебя оставлю, а сам двинусь за той группой, которая идет дальше.

– Может, они идут к нашему блокпосту, который в низине за горами, куда мы в прошлый раз приезжали, чтобы разведать то ущелье с арыком? – спросил Иванько.

– А может, у них тут находятся огневые точки, – заявил Москалев.

– Как та пещера, в которой вы побывали в тот раз, товарищ старший лейтенант.

– Да, помню, конечно, – ответил Федор. – Надеюсь, что все именно так и есть. Хотя они что-то с собой тащат. Похоже на «ДШК» и миномет. Ну да ладно, с этим разберемся. Меня сейчас больше вот что интересует. Где мы с вами встретимся? Давай подумаем. Я иду со своими ребятами вперед, постараюсь незаметно пробраться за той группой, выяснить, куда и зачем она движется. Ты встречаешь другую группу и убираешь ее тихо, но без рукопашки. Смотри мне! – Москалев не сводил глаз с Иванько.

– Товарищ старший лейтенант, вы же знаете, что у всех нас на стволы одеты глушители.

– Это хорошо. Но не забывайте, что здесь есть эхо, а оно может и слабый хлопок донести до чужих ушей.

– Товарищ старший лейтенант! – К Москалеву подбежал Кофур. – Асад попытался убежать, но Тохир его догнал и…

– Убил? – Москалев напрягся.

– Нет. Хорошенько приложил прикладом. Тот вроде потерял сознание.

– Вот так пироги печеные! Иванько! – Федор посмотрел на сержанта. – Иди за мной! Остальным рассредоточиться, наблюдать и быть готовыми к бою! – приказал он и направился за Кофуром.

Асад пришел в себя, вытер кровь со лба. Он с дрожью смотрел на руку Тохира, державшую перед его глазами удавку, и что-то быстро говорил.

Москалев подошел вплотную к ним и показал Ниязову, чтобы тот шагнул поближе к нему и переводил.

– Асад со своей группой моджахедов нес здесь дежурство на наблюдательном посту, – начал Кофур. – Смена им должна прийти послезавтра. Они были голодными, решили выйти к тому ущелью и поживиться. Вы сами знаете, что с его группой произошло, когда они напали на караван.

– Спроси, чего он боится и где находится этот наблюдательный пост, – шепнул Москалев на ухо Кофуру.

Выслушав вопрос Ниязова, Асад показал подбородком в сторону гор и ответил с дрожью в голосе:

– К нам уже идет смена. На день раньше. Почему, не знаю. Наверное, командир узнал о нашем нападении на караван. За это Аллах меня накажет.

– Узнай, где их пост, – напомнил Кофуру Москалев.

– Вот он, – ответил Асад и указал рукой себе за спину.

«Надо же! Прошел бы мимо и не заметил его», – подумал Москалев, рассматривая плоский камень размером метр на метр, плотно прижатый к скале.

– Там кто-то есть?

Афганец отрицательно помотал головой.

– Пусть откроет нам его.

Асад снова помотал головой и сказал, что Алим, сапер, здесь перед уходом все заминировал. Мол, я его секрета не знаю и вообще ничего не понимаю в этих делах.

– Группа душманов от нас в двухстах метрах, – доложил Москалеву сержант Скриталев, подползший к ним.

– Готовьтесь! Только тихо, – сказал ему старший лейтенант, посмотрел на Кофура и спросил: – А чего же Асад боится? Эти люди его знают?

– Да, – ответил Ниязов. – Он боится их командира. Этот Сарбуланд очень жесткий человек. Он его сейчас же повесит, делает так со всеми, кто его не слушает. И еще у них в группе нет сапера, так что открывать вход в пещеру они заставят Асада. Он просит, чтобы мы не дали ему это сделать, хочет жить.

– Но нам нужно идти на базу душманов. Спроси, он нас отведет туда?

– Да, если мы его спасем. Поведет по той дороге, по которой сейчас идет сюда смена.

– Значит, Асад боится, что Сарбуланд накажет его за то, что он вместе с другими моджахедами бросил свой боевой пост? – спросил Москалев.

– Если вы не скажете, где он был, то ничего плохого с ним не случится, – ответил Кофур, выслушав Асада. – Пусть Сарбуланд думает, что он один оставался на посту. Мы заставили его идти с нами.