Тайный фронт - Александр Александрович Тамоников

– Вот он, тот самый Шенон Питтс, о котором говорил Сосновский. – Шелестов тихо толкнул Буторина локтем.

Виктор только недовольно что-то проворчал и снова навел фотоаппарат на двух человек в отдалении. Щелчок затвора, еще щелчок. А на тихой улице, к которой примыкал разбитый снарядами ангар, стояли две машины. Англичанин, покручивая в пальцах пенсне, делал удивленное лицо и пытался поймать немецкого коллегу на несоответствии в словах. Диктофон крутил пленку, запись шла. Зауэру удалось подвести англичанина к тому месту, где был спрятан диктофон, но насколько хватит пленки, сколько удастся записать ценной информации? Поэтому Шелестов и предложил фотографировать встречу английского агента и немецкого. Причем должны быть зафиксированы такие детали, которые не оставляли бы сомнений в том, что немецкая разведка и британская сотрудничают. Причем против советской разведки.

– Вы мне не доверяете, Ульрих? – спросил англичанин и удивленно вскинул брови, став похожим на университетского профессора, перед которым на экзамене студент начал вдруг нести полную чушь, хотя еще вчера отличался удивительным прилежанием.

– А у меня нет другого выхода, Шенон, – ответил немец с ледяным спокойствием. – Сегодня вы здесь, а завтра? Вы понимаете, куда катится эта война, а мне нужны гарантии, я хочу жить и после окончания войны. Причем жить хорошо, а не прозябать черт знает где и просить милостыню.

– Я готов дать вам любые гарантии, дорогой друг, – заверил Питтс.

– Мне нужны гарантии, что после убийства русского генерала Платова вы вывезете меня из Румынии на свои острова и обеспечите мою старость.

– Что вы, Ульрих, – улыбнулся англичанин, – конечно! Это даже не обсуждается. Если вы успешно проведете эту акцию, то немедленно попадаете под нашу охрану, вас вывезут отсюда самолетом британских королевских ВВС. У вас будет дом, счет в банке. Только вот о покое, я думаю, вам рано говорить. Мы предлагаем вам службу в нашем ведомстве. Инструктором, куратором, советником. У вас бесценный опыт, вы знаете русских, знаете их разведку. Да вам и карты в руки. Думаю, через пару лет работы у нас вы получите чин бригадного генерала. А это достойная, весьма достойная пенсия. А, как вам такое предложение?

– Я бы хотел получить сейчас обещанную сумму, – тихо сказал Зауэр. – Мы договаривались!

– Конечно, раз договаривались, то я не меняю своих решений. – Англичанин подошел к машине, открыл багажник, порылся в нем, а потом извлек небольшой пакет, обернутый в целлофан и перетянутый бечевкой. – Вот ваши деньги. Вы сказали, что хотите оставить их в виде страховки на случай, если с вами что-то случится. Вы может взять их и распорядиться ими, как вам вздумается. Но я хочу предложить вам, Ульрих, если у вас есть близкий человек, которому вы хотите облегчить жизнь, помочь, то мы возьмем и этого человека на попечение. Соглашайтесь, у МИ-6 большие возможности!

Зауэр развязал бечевку, развернул пакет и наскоро пересчитал купюры в пачках. «Ну, вот и все, – подумал Шелестов. – Таким подтверждениям деятельности англичанина Платов будет рад». Он смотрел, как Зауэр снова упаковывает деньги, как англичанин протянул ему руку и после крепкого рукопожатия пошел к своей машине. Но сесть в машину Шенон Питтс не успел. Трое оперативников Платова, привезенных им из Москвы, мгновенно скрутили разведчика и, затолкав в другую машину, увезли в комендатуру.

Сосновский и майор Сиротин вышли из-за колонны. Михаил достал из трещины в колонне диктофон и с сожалением посмотрел на него.

– Не хватило пленки. Но думаю, и того, что записано и снято, хватит для дискредитации союзников. А еще документы, шифровки. А вы были молодец, Ульрих. Вы просто мастерски обвели этого спесивого британца вокруг пальца.

– Вы думаете, что я играл свою роль, о которой мы договаривались? – спросил он уныло. – Нет, я был искренним. Мне действительно хочется жить после войны, мне действительно хочется, чтобы мои близкие ни в чем не нуждались и были в безопасности.

– Ладно, хватит разговоров, – подал голос Шелестов, выходя к месту встречи. – Давайте документировать. Раскладывайте и снимаем…

Советским военным комендантом Бухареста был назначен заместитель начальника штаба 2-го Украинского фронта генерал-майор Иван Николаевич Буренин. Чем только не приходилось заниматься военным комендантам в освобожденных городах. Помимо решения военноадминистративных и хозяйственных вопросов военным комендантам приходилось заниматься и дипломатией. Совсем недавно Ивану Николаевичу пришлось организовывать освобождение из Плоешти группы американских военнопленных летчиков. Обязательным было участие советского коменданта в официальных мероприятиях, устраиваемых королевским двором. И это не просто присутствие, участие в таких мероприятиях предполагало и общение, и просьбы, и многое другое. И конечно же. генералу Буренину необходимо было поддерживать постоянный контакт с русской диаспорой в Румынии.

Сегодня вопрос тоже имел политический подтекст. И хотя на сам процесс комендант формально повлиять не мог, его присутствие было необходимо для веса, для подчеркивания официального статуса. Тем более что Платов был личным представителем Берии. А Союзная контрольная комиссия готовила Соглашение о перемирии с Румынией, которое должно было быть подписано уже в сентябре 1944 года, устанавливало, в частности, следующее:

«Статья 1. По истечении 24 августа 1944 года в 4 утра Румыния полностью прекращает военные действия против Союза Советских Социалистических Республик на всех театрах военных действий, выходит из войны против Объединенных Наций, прерывает отношения с Германией и ее сателлитами, вступает в войну и ведет военные действия на стороне союзных держав против Германии и Венгрии с целью восстановления румынской независимости и суверенитета, для чего она обеспечивает не менее двенадцати пехотных дивизий с войсками корпуса.

Статья 4. Государственная граница между Союзом Советских Социалистических Республик и Румынией, установленная советско-румынским соглашением от 8 июня 1940 года, восстанавливается.

Статья 18. До заключения мирного договора с целью контроля над соблюдением настоящих условий будет создана Союзная контрольная комиссия под общим руководством Союзного (Советского) Главнокомандования, действующего от имени Союзных держав».

В приложении к статье 18 было указано, что «правительство Румынии и его органы должны выполнять все указания Союзной контрольной комиссии, вытекающие из Соглашения о перемирии». Платов прекрасно знал обо всех этих нюансах. И сейчас на фоне подготовки международной мирной договоренности по Румынии, под которой подпишутся первые лица трех стран, действия английской разведки выглядят как минимум враждебно по отношению к одному из стратегических союзников.

В Большом зале для приемов генерал Буренин тихо о чем-то разговаривал с Платовым. Шелестову, чтобы не светить свое лицо, пришлось стоять в соседней комнате, откуда он,