Агент Север - Сергей Евгеньевич Журавлев

Раздраженный и вымотанный, Карлос вернулся в самолет.

– Алжирцы нас обманули, – сообщил он Ахмеду. – Им мало освобождения их министра. Вместо того чтобы, как мы договаривались, заправить самолет и отпустить нас дальше, они хотят, чтобы мы освободили всех заложников.

– Ублюдки, – сразу озлобился палестинец. – Хотят услужить саудовцам. Те наверняка им что-то пообещали. Но Ямани и Амузегар должны умереть, как приказал Вадей. – Он с подозрением посмотрел на Шакала.

– Конечно, – ответил тот, но предательски отвел глаза в сторону. Чтобы побыстрее уйти от щекотливой темы, он спросил: – Кляйна отправили в госпиталь?

– Да, почти сразу.

Ильич не стал рассказывать, что министр иностранных дел Алжира в разговоре с глазу на глаз убеждал его принять выкуп за обоих министров.

– Саудиты предлагают вам двадцать пять миллионов за Ямани, – возбужденно предлагал алжирец. – Уверен, иранцы дадут не меньше. На революцию надо много денег. Они понимают щекотливость момента и предлагают перевести деньги частями на разные указанные вами счета. О конкретных суммах не будет знать никто, тем более Вадей Хаддад.

Это был прямой подкуп и предложение предательства, но у торговцев Востока так было принято. Шакал решил, что Ахмеду знать этого не надо. Он и так смотрит на него с подозрением. Но мысли о сумме в пятьдесят миллионов долларов постоянно всплывали в голове, порождая разные предположения.

– Карлос, мне кажется, мы в ловушке, надо отсюда улетать. – Было очевидно, что палестинец едва сдерживается от раздражения. – Надо улетать в Ливию, к Каддафи.

– Ты прав, это ловушка. Нас отсюда не выпустят, пока мы не отдадим им хотя бы часть заложников. Иначе алжирцы будут выглядеть как наши сообщники, а не как спасители. Им нужен успех перед всем миром. Думаю, надо отдать всех заложников неарабского происхождения.

– Тогда чем мы будем торговаться в следующей стране? Так мы растеряем все, – вспылил Ахмед.

Шакал мрачно молчал. Через час он по рации сообщил условия, на которые согласились террористы. Задний люк самолета открылся, и по лестнице на бетонку аэропорта Дар-эль-Бейда спустились два десятка граждан из Азии, Африки, Латинской Америки. Последним спустился министр из Венесуэлы. Несмотря на тяжесть перелета, он выглядел подтянуто. Немного помявшись, он подошел к Ильичу.

– Карлос, скажите, вы правда бы убили меня?

– Доктор Эрнандес, я бы берег вас до последнего, – услышал он в ответ совершенно спокойный голос.

Венесуэлец в тяжелой задумчивости пошел нагонять товарищей по несчастью, направляющихся в сторону здания аэровокзала.

Больше оставаться в Алжире не было никакого смысла, надо продолжать задуманный вояж по другим странам, делать публичные заявления о борьбе палестинского народа против оккупантов-израильтян и по одному выпускать заложников. Однако время было упущено. Саудовцы где шантажом, где подкупом заставили большинство стран отказаться принять самолет по тем или иным причинам. Они зависли в прямом и переносном смысле в воздухе.

Прямого рейса из Вены в Дар-эль-Бейда не было. Пришлось лететь с пересадкой в Риме. Когда Батый наконец сошел с трапа лайнера, наступил поздний вечер. Первым делом, пройдя паспортный контроль, он нашел телефон-автомат.

– Это Батый, – назвал он пароль.

– Это Матильда, – ответили на том конце.

– Я прилетел, мои действия?

– Ожидайте, – ответил спокойный голос.

– Чего? – раздражаясь, удивился разведчик. Он ожидал хоть какой-то информации или распоряжения, а не такого непонятного ответа.

– Ожидайте, – снова повторила трубка, и связь разъединилась.

Батый мысленно выругался. «Ожидайте» означало, что никуда ехать не надо. Надо просто находиться на этом месте и тупо ждать. Тут напомнил о себе голод. Мужчина отправился на поиски ресторана или кафе. На втором этаже аэровокзала располагался бар, туда-то он и направился. За низкими по-восточному столиками на оттоманках, так называют мягкие без ножек диваны с подушками, заменяющими спинку, и с валиками по бокам, расположились наряду с местными пассажирами гомонящие европейцы. В них Батый безошибочно узнал журналистскую братию. Он подошел к одной шумной компании, расположившейся у большого панорамного окна, через которое хорошо просматривалось все летное поле.

– Привет, коллеги. Меня зовут Удо, я из Германии, тоже журналист. К сожалению, застрял на пересадке и, очевидно, пропустил все самое интересное. Не дайте своему немецкому коллеге умереть от любопытства. Поведайте, где самолет с заложниками?

Его довольно доброжелательно приняли и сообщили последние новости.

– Среди тех, кого освободили, была молодая женщина? В заложниках Карлос держал мою немецкую коллегу.

– Возрадуйся, друг, выпустили твою соотечественницу.

«Ну слава богу, хотя бы за эту дуру я теперь спокоен», – с облегчением подумал разведчик.

– Так чего нам теперь ожидать? – нетерпеливо поинтересовался гость.

Журналисты переглянулись.

– Ты знаешь, Удо, – с хитрым прищуром заговорил один из мужчин. – У нас, испанцев, есть такая поговорка: «Живи, веселись, с друзьями делись». Нам уже этот чай поперек горла стоит.

– Все понял, коллеги, – Батый резво подскочил.

Намек был достаточно прозрачным. Журналисты явно обладали какой-то информацией и не зря торчали в этой дыре. Надо было наладить с ними отношения. В Алжире, как и любой мусульманской стране, алкоголь был под запретом, но Батый хорошо знал местные нравы. Он подошел к бармену и заговорил с ним по-арабски.

– Послушай, Саид, – прочитал он имя на бейдже, – мой друг только что освободился из лап террористов. Его едва не расстреляли, и теперь надо снять стресс. Я надеюсь, ты нам поможешь.

Удо положил на стойку крупную купюру. Бармен опасливо посмотрел по сторонам.

– Саид, я не хочу, чтобы ты пострадал, поэтому принеси нам чайник, вместимостью не меньше литра, нас же много, с выдержанным шотландским…

– Чаем, – тут же добавил, понятливо улыбаясь, Саид. Банкнота стремительно пропала со стойки. – Подождите, я принесу.

Араб скрылся в подсобке, а Батый вернулся к компании.

– Друзья, сейчас будет особый чай, заваренный по старинному шотландскому рецепту.

Журналисты оживились. Саид принес большой чайник и сразу удалился. Теперь он ни за что не отвечал. Мужчины, оживленно переговариваясь, подливали себе крепкий напиток.

– Ты хороший парень, Удо. Как тебе это удалось? – довольный испанец широко улыбнулся. – Открою тебе секрет. У нашего местного коллеги нашелся знакомый диспетчер в башне, откуда управляют полетами. Он сообщил, что самолет с террористами направился в Ливию. Так что следим за новостями и ждем.

«Центр велел делать то же самое».

Ильич никогда не признавался, что не очень любит летать. Не то чтобы он боялся, но определенно опасался. В декабрьском небе даже над Северной Африкой погода становилась непредсказуемой: сильные ветра и грозы шли чередой, создавая сложные условия для полета. DC-9 здорово болтало, и это доставляло немало неприятных ощущений. Особенно когда лайнер проваливался в воздушную яму,