Победитель должен умереть - Андрей Ильин

— Чуешь, чем пахнет? Плохо пахнет. Перерасход — полбеды. Перерасход при отсутствии видимого результата — вот беда!

— Что думаешь?

— А это уже не важно. Уже за нас думают. Там начинают подозревать, что это не случайность. Слишком всё печально и слишком глобально. Случай, помноженный на масштабы, — уже не случай. И тут они правы. Что-то в Регионе изменилось. Мы увязаем и пробуксовываем. Раньше всё было просто, как одноцентовик. Регион угрожал, пугал, наступал, наши союзники просились под нашу защиту. Теперь они заняты своими кровавыми разборками и им дела нет до неверных. Мы нанимаем боевиков, ссужая их деньгами, а им не до нас. Какой-то паралич и импотенция.

— И что делать?

— Искать альтернативных исполнителей наших заказов. Нельзя ходить в одну и ту же лавку. Должна быть конкуренция. Как учил Карл Маркс.

— Простите, кто?

— Майкл, надо знать своих противников. Хотя бы по именам.

— А он наш противник? Он иранец? Кореец?

— Он не противник. Он — оружие. В руках «красных». Идите и думайте, кого можно привлечь к нашим делам. Пока нас не привлекли…

* * *

Серёга был улыбчив. Как всегда. Но это ничего не значило. Чем шире улыбка, тем поганее информация.

— У меня две новости. Дерьмовая. И совсем дерьмовая. С запахом. С какой начать?

— Давай с той, что «совсем».

— Твой протеже уже не твой.

— Галиб?

— Он самый. Распоясался твой дрессированный рукоруб, с поводка рвётся.

— Откуда знаешь?

— Он ищет встречу с дядей Джоном. Минуя тебя! Этот бледный юноша полез через твою голову. Нахрапом.

— Зачем?

— Откуда мне знать? Может, хочет кока-колы на халяву испить или Мадонне любовное письмо передать для налаживания извращённых сексуальных отношений, а может, в сенаторы от штата Техас свою кандидатуру выдвинуть. Чужая душа — потёмки. А здесь, на юге, совсем темно, как у негров… в шевелюре. Хочет кинуть тебя твой Галиб! Ты ему карьеру, славу, деньги, а он на сторону гульнуть решил. Изменщик…

А вот это плохо. Судя по всему, Галиб решил соскочить. Надорвался первый террорист Региона. Извёлся, желает уйти на покой. Надеется, что его заокеанские покровители помогут ему, переправят на свою родину. Наивный…

— Хорошо, с этим понятно.

Хотя и ни черта не понятно. Но как минимум здесь не горит. Галиб живет под колпаком, из-под которого ему легко не выбраться. С этим можно погодить…

— А вторая новость? Та, что лучше прочих.

— Вторая?.. Да так, пустяки… — Сергей выдержал паузу, подмигнул. — Вторая новость — лично для тебя. Персональная. Пушной зверёк к тебе подкрался, отец родной. На мягких, мохнатых лапках. С чем я тебя и поздравляю!

— С чем? Не тяни ишака за хвост.

Серёга расплылся в широкой белоснежной улыбке.

— Тебя заказали. И жить тебе по всему осталось всего ничего, потому что заказали тебя очень серьёзным людям.

— Кому?

— Джандалю. То есть, считай, мне!

* * *

— Галиб, Галиб… Что это значит в переводе? Кажется, победитель?

— Так точно — победитель.

— Человек, который побеждает. Почти всегда. Просто как Геракл. Редкое совпадение имени персонажа и его деяний. Что у нас есть по нему?

— Минуточку…

Открыли папку с файлами. Порылись. Нашли… Странно, почти ничего — ни кто он такой, ни откуда, ни кто папа-мама, ни какого рода-племени, ни где учился, ни на ком женился. Никаких зацепок!

А разве возможно, чтобы человек был, а людей возле него — не было? Причём на Востоке, где никакой секрет за зубами не держится, где каждый каждого знает, как облупленного, с младых ногтей до смерти. А тут даже фото нет!

— Интересно, он и дома, в кругу сподвижников, с себя намордник не снимает? И с дамой сердца? Ну, не может же он быть без дамы! Он что, к ней в постель, как есть, лезет и милуется через платочек? Ну, должен же кто-то знать его в лицо — помощники, любовницы, обслуга, водитель… Поговорите со всеми, узнайте, завербуйте кого-нибудь из ближнего окружения. Этот тип может представлять серьёзную опасность для нашей страны. Он ведь не где-то там, он рядом. Так что не выпускаем его из виду. Поверьте моему чутью: от этого персонажа можно ждать больших сюрпризов! Или, как говорил мой дядюшка Исаак: «Если тебе кто-нибудь не нравится — познакомься с ним поближе. И, возможно, ты изменишь своё мнение… на ещё более худшее…»

* * *

— Кто?! Кто меня заказал?

Серёга пожал плечами.

— Ну откуда мне знать? Знал бы прикуп, жил бы в Монте-Карло с Николь Кидман, а не здесь с тобой! К моему приятелю Джандалю пришёл человек и сделал на тебя заказ. Предложил хорошую цену.

— И ты, конечно, согласился?

— Не я — Джандаль. Что он, дурак такие деньги упускать? Между прочим, баксы. Вот… — показал Серёга пачку долларов. — Аванс. Ты хорошо стоишь. Может, тебя размножать начать, а потом шлёпать — неплохой бизнес получится.

— Доллары?.. Значит, это не местные. Местные платили бы своей валютой. Кто бы это мог быть?

— Тебе виднее…

— Погоди-погоди!.. Как могли заказать, когда меня никто здесь не знает?

— Вот так… — Сергей бросил на стол пачку фотографий. — Посмотри, какой ты красивый — профиль, анфас, грустный, весёлый, сидя, стоя… Ах да, лёжа нет и сидя на горшке. А так — полный набор. Любо-дорого… Сказали найти тебя, опознать и того… Чтобы последняя карточка — в гробу и ручки в пучок.

А ведь точно — и стоя, и сидя, и крупным планом…

— Чёрт подери!

— Что такое?

— Фотографии… Ты же понимаешь, я лицом на каждом перекрёстке не торгую.

Это Сергей понимал лучше многих. В их благословенном Учреждении любителей фотоссесий нет и быть не может! По определению! Засветивший свою физиономию выбывает из игры. Как в детских салочках — «баш» и в «консервы» года на три. И это в лучшем случае. А в худшем…

— Ну и где ты позировал? Ладно хоть не ню.

— Лучше бы ню. Но не там! Где угодно, только не там!

— Ну-ну, колись!

Сергей перестал хохмить, потому что засветка агента — это более чем серьёзно.

— Где тебя подловили?

— Не подловили. Я сам пришёл под объективы. Это фото с камер наблюдения в резиденции Первого.

— Да ты что?! Это же не фотостудия на Арбате. Как твоё изображение оттуда утекло?

— Так и утекло! Если система дырявая, как дуршлаг, чему удивляться. Слив дырочку найдёт.

— Ну-ну, — покачал головой Серёга. — Только для этого надо знать, к кому обратиться.