Сын Гидры - Xisc

— Я помню все ваши уроки, учитель, и я даже думаю, а не от таких ли интенсивных занятий я мог потерять сознание.

— На меня ты это не повесишь. Я знаю, как заставить твоё тело запомнить урок, при этом оставляя ему возможность восстановиться после.

В его голосе явно прослеживалось сильное раздражение, хотя это и понятно: прошлый Раин был довольно пассивен в общении с Бруксом, хотя кто бы не был, если тебя с 12 лет три дня в неделю год за годом будет избивать один и тот же человек и ты не сможешь этого никак изменить. Маловероятно, что ты будешь особо перечить или хоть как-то возникать во время ваших «занятий».

— Закончим бесполезные разговоры, а то ты, похоже, уже забыл мои старательные наставления, и мне пора начать их вбивать в тебя снова.

После этого он быстро рванул в моём направлении и уже собирался схватить меня за руку, но в последний момент я увёл её в сторону и отступил, разорвав расстояние с ним до двух метров. По крайней мере так ему показалось, ведь в ускоренном состояние для меня он хоть и был довольно быстрым, но уклониться не составило большого труда.

— Как я вижу, отдых пошёл тебе на пользу и теперь это станет чуточку интересней.

Сорвавшись с места он уже не собирался хватать меня, он замахнулся правой рукой прямо мне в лицо, и этот удар точно «поправил» бы старому Раину нос или создал более удобные способы для свиста, но теперь за штурвалом я. Ускорившись, я решил проверить его тело на прочность: увернувшись от кулака справа, я наношу удар в живот и, как видно по его сначала недоумевающей физиономии, а после по гримасе боли такой силы, что он и не ожидал и даже не готовился принять удар. Не ослабляя натиск, я нанёс ещё три удара: два по почкам и один по печени. Тут-то мой тренер и понял, что что-то не так, и его взгляд стал серьёзным.

— Что за хрень с тобой случилась, откуда такая сила?!

— Вы ведь знаешь, что после комы люди иногда начинают рисовать, играть на музыкальных инструментах или говорить на неизвестных им ранее языках?

— И?

— Ну вот, я услышал голос, и он помог мне вернуться в этот мир чтобы надрать ваш зад.

— Слишком много дерзости для того, у кого на губах ещё молоко не обсохло.

Бой продолжился, и теперь я уже не мог так же легко нанести ему удар: у тренера, ставшего серьёзным, пропали слабые места, или, по крайней мере, я не смог их найти и моя скорость хоть и была выше его, но он подавлял меня мастерством. Проблемой стала выносливость, так как через некоторое время я стал замечать, что не могу уже так быстро уклоняться и наносить удары, а ему хоть бы хны — почти как огурчик. По моим ощущениям, его выносливость выше 60. Не имея возможности нанести нормальный удар и пытаться взять его измором, мне пришлось пустить в ход свой секретный приём. Я отключил ускорение и начал более демонстративно показывать усталость, и он не удержался, слишком сильно он привык к старому слабому Раину. Подставившись под его захват, я снова ускорился и, пока он не смог приспособиться к изменениям, я нанёс быстрый удар в пах и пока он хватал ртом воздух добавил левой в основание уха. Такой боли, мне кажется, его лицо не выдавало, даже когда он получал новые отверстия от свинца. Схватившись за своё, вроде целое сокровище, он упал и отключился. В этот момент я даже почувствовал, что здесь именно я плохой и издеваюсь над бедным мужчинкой, но, быстро отогнав эти мысли, я пошёл наверх.

Во время подъема я получил оповещение о поднятие уровня боевых искусств на 1. Похоже система оценила мой секретный приём.

После этого мои тренировки протекали на удивление спокойно, и хотя в защите Брукса я начал замечать появление мелких прорех, которые возникали, когда я делал удары ногами, но мне пока не хватало навыков воспользоваться этим.

На следующий день после тренировки я отправился снять деньги со счёта, и, сбросив с хвоста недопреследователей, которые как мне кажется даже особо не старались, я поднял 2 уровня скрытности. Отправился я в одно из самых криминальных, если не в самое криминальное место Нью-Йорка — «Адская кухня». Ведь где как не здесь легче всего купить нелегальное оружие. Но сначала надо выйти на контакты, и это было довольно просто. Пришлось только засветить бумажник полный налички в одном баре, и, уходя, я сразу заметил двух пацанов, старше меня максимум года на 3–4 идущих за мной. Я решил не усложнять парнишкам работу и свернул в первый попавшийся переулок, и, как я и ожидал, они свернули следом.

— Мальчик ты не потерялся? А то старшие братики могут помочь тебе добраться до дома, конечно, не бесплатно.

— Да, всего за 500 баксов ты попадёшь домой в целости и сохранности. Ну, как, согласен? — Сказали они с улыбкой, от которой так веяло угрозой с проблемами.

— Нет, спасибо, я знаю куда иду, и кажется мне, что я близко к месту назначения.

— Да он не понимает в какой ситуации оказался, братан!

— Так давай его просветим. — Он приподнял край футболки показав ствол, торчащий из-под пояса.

— Ну, что дружок, ты понял, что нельзя быть жадным и лучше воспользоваться нашими услугами? И так как по тебе видно, что ты нездешний и у меня сегодня хорошее настроение, то можешь оставить бумажник и уходить. Согласен?

— Я понял, что наконец-то мои поиски окончены.

Я включаю ускорение и кидаю кусок кирпича, который подобрал при повороте, в того, что засветил ствол. С максимально для меня возможной скоростью я подбегаю к ним и уклоняясь от позорища, что не назвал бы ударом даже 13-летний Раин, наношу удар в живот, от которого у него перехватывает дыхание. После быстро бью по коленям и перехожу к другому, который, видя то, что произошло с его другом, уже собирается уносить ноги. Но как он может быть быстрее меня? Я догоняю его и бью в сгиб ноги