Русский полковник - Максим Шахов

– Мы думали над этим. Но это вряд ли сработает. Террористы, судя по всему, достаточно подготовлены, чтобы отличить настоящий модуль от муляжа. Поэтому пусть лучше в руках террористов окажется настоящий модуль, но его местоположение мы сможем контролировать. Так что давайте перейдем к деталям…

11

 Лос-Анджелес, Калифорния, США

На этот раз Лиза с Джимми находились с Ольшански в комнате для интервью одни. Выглядел Ольшански не лучшим образом, но особой фотогеничности от него и не требовалось.

– Итак, Анджей, – сказала Лиза, – у меня для тебя хорошие новости…

– Что-то стало известно о моей семье? – быстро спросил Ольшански.

– Нет. Наш агент уже прибыл в Тампико, но пока не смог установить, где находятся твои близкие. Для их же безопасности он действует автономно, без информирования местных властей. Но я думаю, с ними все будет в порядке. Для их освобождения мы готовы удовлетворить требования похитителей. Твоя задача – передать им модуль. Если ты согласен, то тебе придется подписать вот эти бумаги…

На стол перед Ольшански лег файл с несколькими отпечатанными на принтере листами с логотипом МНБ США. Поляк моргнул на них:

– Что это?

– Обязательство о неразглашении и согласие на добровольное сотрудничество.

Ольшански заколебался. Как и любой американец, без присутствия своего юриста он не привык подписывать никаких документов.

– Ты можешь, конечно, отказаться, – сказала Лиза. – Но тогда мы ничем не сможем тебе помочь…

Говоря это, Лиза испытывала искреннюю жалость к сидящему перед ней человеку и отвращение к себе, но таковы были правила игры.

Ольшански несколько секунд поколебался, но решился, быстро подписал бумаги и превратился в игрушку в руках спецслужб. Теперь ни он, ни его родственники не могли предъявить никаких претензий ни МНБ, ни федеральному правительству США при любом исходе операции.

– Ну что же, Анджей, – сказала Лиза, быстро забирая бумаги, – теперь мы работаем вместе.

12

 Ларедо, Техас, США

Жаркой лунной ночью Ольшански въехал на пограничный мост. Внизу тускло блестела Рио-Гранде. Взятый напрокат «Форд» покатил к расположенной на середине моста американской таможне. Руки у Ольшански стали мокрыми от пота. Безумно длинный день вконец измотал его, и держался поляк из последних сил.

Когда Ольшански направлялся с модулем домой, в Лонг-Бич, ему позвонил утренний незнакомец. Следуя его инструкциям, Анджей оставил свою машину в укромном месте, вернулся на такси в аэропорт и вылетел первым самолетом в Сан-Антонио. Здесь вскоре после прилета ему снова позвонили на мобильный, велели взять напрокат машину и направляться к границе. И вот после почти трехсоткилометрового пути Ольшански оказался в Ларедо. До границы осталось всего несколько десятков метров…

И тут у поляка зазвонил мобильный.

– Анджей, это я! – произнесла из трубки Лиза Камански. – Ты как?

– Нормально, – ответил поляк.

– Я звоню тебе сказать, что у нас все под контролем. Маяк и микрофон работают, на таможне тебя пропустят без проблем, наши люди уже в Нуэво-Ларедо. Помни об этом и ничего не бойся.

– Хорошо, я понял, – вздохнул Анджей.

– Тогда удачи. И не забудь стереть с мобильного мой звонок, – напоследок напомнила Лиза.

– Да-да, – ответил Ольшански.

Нажав кнопки на телефоне, он бросил его на сиденье и глубоко вздохнул. Как и обещала Лиза, американские таможенники ограничились приветствием и парой формальных вопросов, после чего «Форд» пропустили. Впрочем, так же осматривали и другие машины. На мексиканской стороне Ольшански вообще не стали останавливать.

И вот «Форд» оказался в Нуэво-Ларедо, приграничном мексиканском городе, который каждые выходные посещают тысячи и тысячи американских туристов с той стороны Рио-Гранде, в основном техасцев. Они жаждут приключений и находят их в Нуэво-Ларедо. Именно толпы хмельных американцев кормят жителей города – владельцев гостиниц, кафе, ресторанчиков, проституток и мелких воришек.

Пару раз повернув, Ольшански припарковал машину у тротуара. Вокруг, несмотря на позднее время, сновали толпы подвыпивших людей. Нуэво-Ларедо жил праздником. И от этого Ольшански было еще тяжелее.

Чтобы хоть как-то отвлечься от тягостных мыслей, Анджей оглянулся по сторонам. В многоликой хмельной толпе, оккупировавшей с наступлением темноты улицы Нуэво-Ларедо, он попытался высмотреть кого-то из похитителей, но вскоре отказался от этой мысли.

Негромкая трель мобильного резанула поляка по нервам. Он поспешно схватил трубку и поднес ее к уху:

– Алло!

– Ты где, Анджей? – послышался в телефоне голос утреннего незнакомца.

– В Нуэво-Ларедо.

– Молодец. То, что ты вез, с тобой?

– Да.

– Ну что же. Отлично, Анджей. Еще немного, и твои близкие будут на свободе. Слушай, что надо сделать. Только ничего не перепутай. Сделаешь все как надо, и скоро все закончится…

– Да-да. Я слушаю, – торопливо проговорил Ольшански.

13

 Нуэво-Ларедо, Мексика

Лиза Камански в разговоре с Анджеем покривила душой. Ситуация не была под контролем МНБ, хотя ее агенты и пытались сделать все возможное.

Сотрудники оперативного отдела так и не смогли засечь «хвоста» за «Шевроле» Ольшански, когда он ехал из лос-анджелесского международного аэропорта домой. Не удалось обнаружить и наблюдения за такси, на котором поляк вернулся в аэропорт. Его же неожиданный вылет в Сан-Антонио вообще серьезно спутал карты МНБ.

На рейс успели подсадить только одного сотрудника оперативного отдела. Остальным участникам операции во главе с Лизой пришлось вылететь в Техас частным самолетом…

В настоящий момент в Нуэво-Ларедо находилось всего четверо сотрудников МНБ – две пары на спешно арендованных машинах с техасскими номерами. Лиза и Джимми проследовали через границу на джипе уже после Ольшански.

Едва Джимми въехал в Нуэво-Ларедо, Лиза связалась с сотрудниками оперативного отдела:

– Кондор-три, как обстановка?

– Под контролем. Объект наблюдаю визуально. Припарковался на центральной улице.

– «Маяк» и микрофон в порядке?

– Да. Работает, сигнал устойчивый…

Еще в комнате для интервью лос-анджелесского аэропорта сотрудники технического отдела спрятали в одежде Ольшански два микроскопических устройства – микрофон и радиомаяк. Именно благодаря этому передвижения Ольшански пока удавалось отслеживать. Что касается импульсного радиомаяка, установленного в модуле, то он должен был активироваться только при включении модуля в работу.