Привет от талибана - Андрей Бадин

В кабинет вошел старший криминалист отдела Андрей Алексеевич Бутко.

— Ну что? — вопросительно посмотрел на него Семенов.

Тот открыл папку и начал читать:

— Было использовано оружие: автомат Калашникова и «узи», калибр 5,45 и 9. Выпущено десять пуль, все точно в цель. Семь из них в охранников, три в телекамеры на стенах. Пули стандартные. Оружие в нашей картотеке не значится. При просмотре видеозаписей установлено, что в дверь вошли двое мужчин в масках. Далее запись не производилась — камеры испорчены. На дверных ручках, косяках, стенах и прочее никаких следов нет. Нет даже отпечатков подошв ботинок — бойцы ВОХРа затоптали. Во дворе сняли отпечаток протектора шины, но она российского производства и принадлежать может машине любой марки, как нашей, так и импортной. На полу найдена чека от гранаты, но отпечатков пальцев на ней нет.

Бутко положил бумаги на стол и сел на свободный стул.

— Давайте просмотрим видеозапись, — сказал Семенов. Он вставил кассету в магнитофон и включил телевизор. Все уставились на экран. Полминуты камера показывала двери, затем они быстро отворились, вбежали двое мужчин в черной одежде и черных масках, один поднял автомат и выстрелил — изображение моментально пропало.

— Круто, — произнес Вадим.

— Круче некуда, — добавил Семенов, — перемотайте назад и просмотрим по кадрам.

Вадим взял пульт и начал тыкать в кнопки. Изображение на экране замерло, и стало отчетливо видно, как рослый, тренированный мужчина медленно, по кадрам, поднимает укороченный автомат Калашникова. Еще несколько замедленных движений — и из ствола вырывается огонь. Затем экран гаснет.

— Комментарии излишни, — произнес Сергей после нескольких просмотров.

— Да, все ясно, — произнес Сергей, — они профессионалы высокого класса. Очень высокого. И мотив ясен — деньги. Вот только кто их навел на банк. Совершенно очевидно, что это не случайность, не совпадение, а расчет, трезвый, холодный расчет. Они вскрыли только один сейф из четырех, и оказалось, что в нем находятся деньги. В другие почему-то не полезли: времени не хватило, охранники спугнули, или не было запланировано. Они оставили после себя только пули, гильзы и трупы.

— Кстати о трупах, — добавил полковник, — что скажет судмедэксперт?

— А что тут скажешь, работа действительно профессиональная. — Худой, сморщенный, болезненного вида, патологоанатом Николаев поерзал на стуле и глубоко вздохнул. — Смерть охранников наступила мгновенно. Две пули в сердце, одна в голову — точно в переносицу. Охранника на втором этаже убили пулей в глаз и в сердце. Работа ювелирная. Таких стрелков, как эти, очень мало. Результат такой, будто стреляли в упор — очень точно, а ведь расстояние было более десяти метров.

Все молчали.

— Во время войны у меня был случай, — продолжал Николаев, — вскрывал я труп одного….

— Спасибо, Андреич, в другой раз, — перебил его Семенов. — Значит, так, задача ясна — собираем информацию. Прохоров и Михайлов займутся банкирами и Лаптевой, а я наведу справки об авторитете Некроне через агентов в их среде. Идите ищите улики, господа сыщики. Все свободны.

Когда сотрудники встали со своих мест и пошли к дверям, Семенов сказал:

— Сережа, Вадим, задержитесь ненадолго.

Капитан и майор пропустили выходящих, и, когда дверь за теми захлопнулась, полковник произнес:

— Дозвонитесь до управляющего этим злосчастным банком, съездите к нему и поговорите, но очень деликатно, очень. Этот банк липовый, в нем числится двадцать пять человек вместе с уборщицами, а работает и того меньше. Выясните, заинтересованы ли руководители банка в том, чтобы именно мы провели расследование, или нет и хотят ли они, чтобы преступники были найдены, или нет. Но спрашивать об этом напрямую не следует. Прикиньтесь ваньками, эдакими операми-дуболомами, которые могут раскрыть только бытовуху по горячим следам. И тяните из него больше косвенной информации, чем прямой. Главное — их связи. Уцепимся за них — ниточка потянется, клубочек и размотается, а там, глядишь, и дело выгорит.