Второй выстрел - Зоэ Шарп

Я пожала плечами.

— Часть моей работы, — мягко заметила я, — состоит в том, чтобы ограждать клиентов от возможных сюрпризов.

Симона скривилась, обдумывая мои слова.

— Вы не похожи на телохранителя.

Мне неоднократно доводилось выслушивать подобные комментарии. Я в последний раз посмотрела в зеркало и увидела обычное лицо — по мне, так ничего особенного, — обрамленное коротким каре рыжеватых волос. Аккуратный деловой вид. Если учесть еще и костюм, то внешне я производила впечатление спокойного, компетентного человека, может быть, слегка настороженного, но последнее, к чему я стремилась, — это выделиться в толпе.

Я выбросила использованное полотенце в корзину и ответила на холодную похвалу Симоны в том же духе — правда, я была все еще взволнована, поэтому получилось не совсем дипломатично:

— А вы не выглядите как миллионерша.

Симона замерла, ее глаза расширились. Но только я приготовилась к очередной вспышке, как она улыбнулась, искренне и весело.

— Извините, Чарли, просто в последнее время все ходят вокруг меня на цыпочках, — пояснила она, едва сдерживая смех. — Каждый норовит поучить меня жизни, а вы просто струя свежего воздуха после всех этих накрахмаленных рубашек.

Если именно так ты думаешь о Шоне, дамочка, то ни черта ты не разбираешься в людях…

— Уверена, они заботятся о ваших интересах, — нейтрально ответила я.

Симона насмешливо фыркнула.

— Ну да, конечно, — бросила она, и на миг ее лицо сделалось жестким и циничным. — О моих интересах или о моем банковском счете — одно из двух. Каждому не терпится урвать свой кусок.

— Включая Мэтта.

Симона бросила на меня короткий предупреждающий взгляд и пожала плечами.

— Проблема Мэтта в том, что он мужчина, — отрывисто сказала она. — Он не всегда думал головой — если вы понимаете, что я имею в виду. — Симона взглянула на закрытую дверь кабинки, и ее свободная рука выразительно показала на брюки.

— Даже после того, как вы выиграли деньги?

Улыбка Симоны искривилась.

— Нет, тут ему повезло, — ответила она с налетом горькой грусти. — Я знала, что он развлекается с девчонками с работы. Ну, он всегда это отрицал, но иногда это просто чувствуешь, не так ли? Однажды вечером он пришел домой поздно под каким-то нелепым предлогом, и я… я просто совершенно потеряла контроль над собой. Будто взбесилась, — признала Симона, покраснев. — Он ничего мне не отвечал, а это откровенный знак согласия, так ведь? Он просто поднялся наверх, собрал свою сумку и ушел. Я думала, он вернется на следующий день, но он не вернулся — верный признак нечистой совести, правда? А еще через неделю мои доходы выросли, и теперь все стало гораздо сложнее.

Что-то было написано на ее лице. Я склонила голову набок — так, как это делает Шон.

— Вы все еще его любите. — Это был не вопрос, а утверждение. — Тогда почему бы не принять его обратно — простить и забыть?

Симона тревожно дернулась.

— Теперь не все так просто, разве нет? Почему он решил вернуться именно после того, как я выиграла деньги? Как я могу теперь быть уверена?..

— Что он вернулся из-за вас, а не ради денег, — закончила я за нее.

Симона грустно кивнула.

— А что касается того, как он себя ведет, пытаясь отговорить меня от поисков отца, — так это просто безумие, — сказала она тихо и покачала головой, а затем медленно и устало улыбнулась. — Иногда я жалею, что купила этот чертов билет.

— Плохое слово, мамочка, — раздался голос Эллы из-за двери кабинки, заставив нас обеих вздрогнуть. Симона снова покраснела, как будто только что вспомнила о присутствии дочери.

— Яйца курицу учат, — пробормотала Симона и уже громче произнесла: — Извини, детка.

— Все в порядке, мамочка, — ответила Элла терпеливым тоном человека, точно знающего, что взрослых все равно нельзя наказать за их действия. — Я уже закончила, — добавила она.

Симона отпустила дверь и открыла ее, чтобы Элла могла выйти. Юбку сзади она умудрилась засунуть в колготки, но за исключением этой детали справилась неплохо. Я подождала, пока Симона поможет ребенку вымыть и высушить руки, затем придержала им дверь.

По этой причине я оказалась позади них, когда Симона с дочкой направились обратно к столу. Харрингтон и Шон были все еще увлечены разговором, но я заметила, как Шон приподнял голову, когда мы появились в его поле зрения. На секунду наши глаза встретились, затем взгляд Шона скользнул через мое левое плечо, и он прищурился.

Я заметила, что Шон вдруг напрягся и начал вставать из-за стола. Плавно развернулась, готовясь к броску, хотя понятия не имела, что мне предстоит увидеть.

Молодой бородатый мужчина с мрачным, напряженным выражением лица, одетый в джинсы и поношенный пиджак в стиле милитари, вошел в ресторан и находился в паре метров от нас. С неожиданным проворством он оттолкнул руку метрдотеля, который пытался его задержать, и все его существо теперь было сосредоточено на Симоне и ребенке. Правой рукой он прижимал что-то к боку под расстегнутым пиджаком.

Я почувствовала, что позади меня Шон уже направляется к клиентам. Нам не было необходимости что-либо друг другу объяснять. Я инстинктивно понимала, что Шон выбрал свою роль, исходя из холодных доводов рассудка, предоставив мне справляться с угрозой, потому что я стояла ближе, — в этом было больше смысла.

Рука мужчины согнулась, когда он стал вытаскивать ее из-под пиджака, и я быстро шагнула в сторону, чтобы отрезать ему путь. Затем перехватила его руку под локтем и сильно надавила левым большим пальцем на одну из расположенных там болевых точек.

Правой рукой я схватила его за горло и с силой толкнула, чтобы лишить равновесия и повалить на пол. В последний момент я слегка подняла руку, достаточно, чтобы защитить его голову, но не до такой степени, чтобы удержать от падения.

Незнакомец приземлился с резким оглушительным звуком, выпустив воздух из легких. Изо рта у него пахло мятой. Правая рука мужчины благодаря моему приему бессильно разжалась, и предмет, который он держал, упал на пол.

Я потратила долю секунды на то, чтобы осмотреть этот предмет, — на всякий случай. Это оказалась мягкая розовая игрушка, кролик с длинными шелковыми ушами. Я слегка придавила коленом игрушку, когда ее обладатель попытался от меня вырваться.

Розовый кролик?

Вдруг Элла пронзительно завопила мне на ухо и принялась молотить меня по плечу своими крохотными кулачками. Черт, а у нее неплохой удар для четырехлетней.

— Не трогай моего папу!

Папу?

На долю секунды я расслабила руку, которой держала мужчину за горло, и повторного приглашения ему не потребовалось. В один миг он оторвался от пола, отталкивая меня назад. В попытке сохранить равновесие я снова бросилась на него, хватаясь за рукав его пиджака. Мужчина дернулся, как будто пытаясь сбросить пиджак. Я рванула вниз его воротник и закрутила пиджак, так что образовались самодельные наручники, сковавшие его предплечья. Затем я навалилась ему на спину, опрокинув незнакомца лицом на ковер.