Последний выстрел Странника - Сергей Соболев

Вернее – та, поскольку речь идет о женщине.

В наушнике послышался голос моего помощника:

– Серый, внимание!..

Следом зазвучали длинные гудки – человек, который меня интересует, звонит с резервной трубки кому-то из своих знакомых.

– Алло!.. – послышался мужской голос.

– Игорек, солнце, где ты застрял?! – Женский голос был мне знаком. – Ни тебя самого, ни звонка от тебя!

– Так сама же сказала, чтоб не звонил!

– Ну, так ты едешь?

– Еду, Лара! Скоро буду… уже подъезжаю.

– Договаривались же на десять вечера! Я уже не знала, что думать… Хотела уже такси вызвать.

– Не получалось вырваться раньше… Много дел… пятница, чтоб ее!..

– Меня кто-нибудь спрашивал?

– Звонил какой-то хмырь в наш офис…

– В офис «Гражданской инициативы»?

– Да. Сказал, что он твой знакомый, что звонил тебе на сотовый, но почему-то не дозвонился.

– Что хотел?

– Ну… хотел типа с тобой поговорить…

– А как назвался?

– Так не я с ним разговаривал, а Марина… новенькая секретарша.

– Игореша, а ты никому не говорил, что я тебе звонила?

– Нет… ты же просила не распространяться. Напомни, какой подъезд?

– Четырнадцатый! Первый слева по фасаду… и последний от проезда во двор! Игорек?!

– Да, Лара?

– Поднимешься ко мне? У меня две сумки… тяжелые! Поможешь мне снести в машину, ладно? Теперь даже посидеть на дорожку не получится, ты приедешь впритык!..

– Ладно… Я уже сворачиваю в микрорайон… Через несколько минут буду у тебя.

– Хорошо, солнце… жду тебя.

В наушнике послышались частые гудки; затем, когда линия разъединилась, прозвучал голос Ботана:

– Серый, она сидит на чемоданах. Такое впечатление, что собирается валить.

– Я поднимусь к ней, – негромко произнес я. – Когда подъедет этот «Игореша», дашь мне знать!

– Какая-то тачка едет… «Мазда»! Похоже, это он!

Посуда, собранная мною за время наблюдения по местным мусоркам, вместе с рюкзаком исчезла в чреве одного из баков. Еще через несколько секунд я избавился от мешковатой засаленной куртки, под которой у меня надета недешевая кожаная куртка. Туда же я забросил палку, которой рылся в залежах отходов, и пару тонких перчаток телесного цвета.

А вот от парика избавляться не стал.

Оставил и надетую поверх него шапочку: мало ли парней ходит по улицам с длинной прической и в вязаных шапочках…

Теперь, в таком виде, я вполне могу сойти за одного из жильцов этого микрорайона.

Ботан оказался точен и внимателен (как, впрочем, и всегда, когда я прибегаю к его услугам). Без него, без его помощи, я был бы существенно ограничен в своих возможностях.

Вдоль длинного дома, вдоль припаркованных здесь машин едет с включенными «ближними» легковушка. Я тут же – но неспешно, соизмеряя скорость ходьбы с тем, что я вижу, что наблюдаю, – двинулся по дуге, огибая припаркованный у крайнего слева и ближнего ко мне подъезда транспорт.

Водитель вишневой «Мазды», не найдя свободного места у парадного четырнадцатого подъезда, сдал кормой… Запарковался у соседнего – тринадцатого.

Когда он вышел, я быстренько срисовал то, что можно срисовать в данных условиях и в столь короткое время.

Он приехал один; а это важный момент.

Этот субъект чуть выше среднего роста; телосложения скорее худощавого; ему лет тридцать, одет в короткое темное пальто – оно расстегнуто, на шее намотан шарф.

И он (а вот здесь я уже вынужден полагаться на шестое чувство) не выглядит сколь-нибудь опасным. Особенно для такого типа, как я.

Мы подошли к подъезду практически одновременно: я – со стороны торца здания, он – от соседнего парадного, неподалеку от которого вынужден был припарковать свой транспорт.

Я уверенно набрал код дверного замка; он не изменился с того дня, когда я был здесь в последний раз. Парень чуть притормозил; и это была естественная реакция на возникшую ситуацию. Я вошел в подъезд; вошел, не дожидаясь, пройдет ли он за мной; я не придерживал дверь из ложной вежливости, как это делают некоторые беспечные жильцы. Как я и предположил, «Игореша» остался снаружи; он набрал на панели домофона трехзначный номер квартиры…

– Это Игорь, – сказал он, когда в динамике домофона послышался женский голос. – Так мне подняться?

– Поднимайся, солнце!.. – прозвучал в домофоне ответно женский голос. – Открываю…

Когда парень вошел снаружи в подъезд, я уже успел надеть запасную пару перчаток. Открылись дверки лифта; я первым вошел в кабину. Если бы «Игореша» не вошел следом, если бы он решил, что ему лучше дождаться, пока лифт отвезет незнакомого мужчину на его этаж, а потом вернется за ним, или, паче чаяния, надумал совершить пеший подъем на восьмой этаж, то я бы все равно настоял на том, чтобы он составил мне компанию.

Но мне не пришлось его уговаривать – парень, одетый в короткое темное пальто «Burberry», с повязанным на шее шарфом, концы которого свободно свисали на грудь, шагнул в кабину лифта вслед за мной.

– Вам на какой? – чисто из вежливости спросил я (заодно пусть Ботан удостоверится, что он слышит меня).

– Мне на восьмой… – сухо произнес водитель вишневой «Мазды».

Я нажал кнопку с цифрой 8.

Лифт плавно пошел вверх; ну а «молния» на моей куртке – вниз.

– Тихо, Игореха! – процедил сквозь зубы я, левой рукой прихватив его за стянутый узлом на горле шарф, а правой доставая из подмышечной кобуры «ЧЗ-75». – Если хочешь жить, делай, что скажу!

Мы вышли из лифта на девятом, затем спустились этажом ниже. Я слышу, как у парня, которого я прихватил, стучат зубы; сквозь аромат мужских духов «Хьюго Босс» явственно, резко запахло мочой – мой попутчик обмочился в лифте.

Игорь, передвигаясь, как сомнамбула, подошел к двери нужной квартиры и утопил пальцем кнопку звонка.

Я держу его на мушке; лопатками прижался к стене, стою боком к парню – чтобы меня не увидела в глазок та, что подошла к двери. У парня капитально клинит голову; он держит палец на кнопке, перст его как будто приклеился к звонку. Он жмет на кнопку, может, еще и потому, что здесь, на лестничной площадке, не слышно звука самого звонка. Несведущему человеку может даже показаться, что звонок не работает, но это не так. Прежний владелец этой квартиры, человек, с которым Странник в одно время имел общий бизнес, человек, которого уже нет в живых, поставил двойные металлические двери с звукоизоляцией; а сам звонок, насколько помнится, выведен в гостиную.

– Открываю, солнце!..