Продолжение следует, или Воронежские страдания - Фридрих Незнанский

Итак, с одним мошенником было уже ясно, но куда девался второй? Неужели тот, пожилой, что-то почувствовал и решил дать деру, пока не поздно? Впрочем, его миссия хоть и отчасти, но была выполнена: пятьдесят тысяч долларов не земле не валяются. Может, он и решил этим ограничиться? Жаль, что никто, кроме Корженецкого, его не видел, но перепуганный бизнесмен никакой реальной помощи в составлении субъективного портрета преступника, к сожалению, оказать не мог. Пожилой, щеки втянутые, прическа короткая, седоватая. Цвет глаз не запомнился. Форма губ и подбородка — тоже. О чем говорить?..

И Турецкий решил не морочить себе больше голову. У следствия — так он называл себя с Филей и Алей — был один реальный кончик. Вот за него и надо дергать, может, и второй вытянется случайно. Да и куда он денется? Но, в любом случае, завершать операцию следовало уже в Москве. О чем он и позвонил Филиппу, предложив тому разыграть небольшой спектакль. Любил Филипп Кузьмич подобные штучки, и это было хорошо известно всем сотрудникам «Глории»: хлебом не корми, дай дурака повалять…

Филя выслушал, задал парочку уточняющих вопросов и согласился, что вариант фактически беспроигрышный, попробовать в любом случае стоит.

Выяснить, в каком управлении ГУИНа служит майор внутренней службы Охрамков Г.А., Максиму, компьютерному богу «Глории», труда не составило. И уже на следующий день, позвонив по телефону и выяснив, что Геннадий Александрович на месте, Филя подъехал на Большую Бронную и снизу, из проходной, набрал номер Охрамкова.

Тот сперва не мог понять, чего от него хочет неизвестный проситель, настойчиво предлагающий спуститься к нему для недолгого разговора, представляющего взаимный интерес. Решил, что, наверное, это кто-то из бывших зеков, с которыми он решительно не желал иметь никаких дел. Но Филя уклончиво объяснил, что тема касается одной гениальной «разводки», которой, без всякого сомнения, может заинтересоваться Управление собственной безопасности Главка, в котором имеет честь нести службу Геннадий Александрович.

Охрамков задумался. Ему бы посоветоваться с тестем, но звонить из служебного кабинета, где сидели несколько человек, было просто невозможно, а на улице ожидал этот… Вот и приходилось срочно решать самому.

— А как я вас узнаю? — бросил пробный камень майор.

— Запросто, — пошутил Филя, — точно так же, как и я вас. И потом я сегодня без парика и усики не наклеил. Вы легко меня узнаете.

— А как вы меня нашли? — задал совсем уже глупый вопрос несколько ошарашенный майор, и Филя хмыкнул.

— А вот это вообще не тема, майор. Ну так я жду? В настоящий момент опасности я для вас не представляю, можете мне поверить. Но оттягивать удовольствие от встречи, полагаю, не стоит.

— Хорошо, я спускаюсь. Но — десять минут, не больше.

— Это уж как вы сами решите…

Филя вышел из проходной наружу и устроился чуть в стороне, на лавочке, которая не просматривалась из вестибюля учреждения.

Охрамков выскочил стремительно и начал оглядываться. Он, конечно же, нервничал, это было видно по его порывистым движениям. Там, на ВВЦ, он был медлительно-спокойным, уверенным в себе, не торопился, но, правда, и исчез ловко, ничего не скажешь.

— Геннадий Александрович! — Филя поднялся со скамейки и помахал ему рукой.

Увидел. Долго смотрел, будто оценивая силы, а потом решительно пошел навстречу. Вероятно, и он поддался общему первому впечатлению при виде Филиппа Агеева, тщедушная внешность которого не вызывала почтения у людей, уважающих в первую очередь солидность и грубую физическую силу. Что поделаешь, внешность обманчива. Сколько анекдотов сложил народ на эту тему! А самонадеянные дураки покупаются по-прежнему…

— Здрасьте, майор, — чуть врастяжку сказал Филя, благодушно протягивая руку навстречу.

Тот чуть усмехнулся с таким выражением, будто увидел, как глупая рыба сама зашла в его сеть, и схватил ладонь своего противника. Но крепко сжать ее, чтобы показать свою власть и удаль, не удалось. Напротив, Геннадий Александрович вдруг почувствовал, что именно его пальцы застряли между зубьями какой-то чудовищной шестеренки, которая в следующий миг просто расплющит их и выплюнет ошметки.

Но заорать благим матом он не успел, Филипп ослабил давление. Даже чуть встряхнул ладонь майора, словно возвращая ей жизнь, и показал глазами на скамейку. Сел сам, на другом конце плюхнулся майор, испуганно прижимая ладонь другой рукой к своей груди.

— Не будем терять времени, да, Геннадий Александрович? — участливо спросил Филя, и тот кивнул. — Вы, естественно, желаете знать, кто я и откуда такой взялся. Излагаю. В наше охранно-розыскное агентство обратился гражданин Щербатенко. Не в агентство вообще, а к конкретному лицу, с которым был хорошо знаком до своей посадки. Именно это лицо и посадило его в свое время. Представляете, каким надо пользоваться доверием у людей, если тобою же отправленный в колонию человек обратился к тебе первому за помощью?

Филя уставился на Охрамкова в упор и дождался-таки, что тот кивнул в ответ.

— Александр Борисович Турецкий, так зовут бывшего следователя, внимательно выслушал Щербатенко и позволил себе усомниться в тех тезисах, которыми вы оперировали в беседе с «клиентом». Все это было, сказал он, очень хорошо придумано, даже с претензией на гениальность, но… К сожалению, вам не повезло: вы не на того, как говорится, нарвались. Проводив Щербатенко, Александр Борисович достал из архива Генеральной прокуратуры бывшее дело об убийстве воронежского водочного магната, без труда вспомнил отдельные детали, ибо сам же и проводил повторное расследование, и, собрав своих сотрудников, то есть нас, предложил рассмотреть примерный план ваших дальнейших действий. Подчеркиваю: ваших, Геннадий Александрович, а не наших — это важно. И, кстати, высказал предположение, что в ближайшие часы к нам в агентство должен будет позвонить и Корженецкий. Что и произошло буквально полчаса спустя. После этого, сами понимаете, картина полностью прояснилась. И дальнейшие ваши действия уже проходили отчасти под нашим контролем. Турецкий выехал по своим делам в Воронеж, где попутно занялся и проблемами Корженецкого, с которым уже начал работу ваш партнер.