Зеркальные войны. Отражение I - Вадим Бой

— Позже! Я занят!

Потом посмотрел и, увидев полковника переменил тон.

— Заходи. Я думал, что это адъютант мой ломится.

Свирский вошел.

— Адъютант ваш по коридору взад-вперед ходит, на глаза показаться боится.

Рожков нахмурился.

— Ну, видно дело совсем плохо. Что принес?

Полковник протянул ему папку. Рожков прочитал донесение и грохнул папку на стол. Офицеры совсем сникли. Генерал обвел их уничтожающим взглядом.

— Дождались. В Сибирске двое убитых. Хотел вас отпустить, да вижу, что рано. Продолжим совещание. А ты, заместитель куда? Присаживайся, не стесняйся!

Суматоха в Сибирске, вызванная убийством Кэтрин Фоули поднялась нешуточная. Весь личный состав части подняли по тревоге и солдаты срочники с автоматами наперевес выстроились по периметру аэродрома. Из местного управления ФСБ прилетел УАЗ-ик с зашторенными стеклами и несколько крепких ребят, придерживая оттопыренные полы пиджаков начали следственные мероприятия. Соболь и Гром взяли с собой несколько человек и отправились на поиски места, откуда был произведен выстрел. Проходя мимо дыры в изгороди, которая уже была затянута колючкой Гром заворчал.

— Сюда, блин, мамонт пролезет! Устроили проходной двор. Я их научу службу любить! Под суд за такое дерьмо!

Соболь прервал напарника.

— Ты под ноги смотри, мамонт. Может он хоть что то оставил после себя. Времени смыться было мало.

— Что в такой траве найдешь? Тут танк спрятать можно. Я их всех заставлю объяснительные писать. Они думают это шуточки, когда в секретной части снайпер орудует? Сегодня девку застрелили, завтра командира части грохнут, а потом и до нас с тобой доберутся!

— Да кому ты нужен! Разве что майору, который у тебя повариху увел.

— Это почему? Не я ведь у него, а он у меня.

— А так, на всякий случай. Чтобы обратно не сбежала. Стой!!

Гром выхватил из кобуры пистолет и грохнулся в траву. Особисты, которые следовали чуть в стороне от них тоже как перезрелые груши попадали на землю.

— Где!? Где он?

Соболь сделал два шага вперед, притоптал каблучищами кусты крапивы и поднял желтую длинную гильзу.

— Вот он, вещдок! Здесь была его позиция.

Изгородь, где они находились, изгибалась под прямым углом и ржавой паутиной колючей проволоки шла параллельно городку. Соболь оглянулся назад, взмахом руки прочертил прямую линию от того места, где находилась во время выстрела Кэтрин через спину Грома и дальше в тайгу.

Гром уже поднялся и с интересом следил за его манипуляциями.

— Кончай зарядкой заниматься. Дело говори.

Соболь объяснил.

— Это же элементарно. Кто был заинтересован в смерти свидетеля?

— Да хоть кто!

— Непрофессионально рассуждаешь, товарищ! Хоть кто со снайперкой на аэродром не ходит. Даю наводящий вопрос. Кого мы пасли с тобой все это время?

Гром посчитал на пальцах.

— Трое. Американка, Кедров и киоскер. Кедров отпадает. Американка? Сама на пулю нарвалась. Думаешь киоскер?

Соболь оттопырил нижнюю губу.

— Брось. Он сейчас как мышь в своей фанерной норке сидит не выглянет. А ты забыл, для кого он географический журнальчик с донесениями продавал?

Гром напрягся и вспомнил.

— Помощник руководитель миссии! Манфред Дарбан! А ему что за интерес на «черное» идти?

— Про интерес мы потом узнаем. Ты оцени место, где снайпер устроил лежку.

— Хорошее место. Трава высокая. Только крапивы много.

— И находится как раз на прямой линии между вертолетом, к которому вели американку и лагерем. Соображаешь? Какой ему резон обходить аэродром вкруговую? Пришел, сделал дело и обратно в лагерь.

Гром согласился с товарищем.

— Я недосек как то. Правильно говоришь. Вся зараза там прячется. Ну, доберусь я до них! Я их научу свободу любить! Я им…

Соболь посмотрел на часы и задумался о чем то. Гром, потирая обожженные крапивой руки обернулся к особистам, которые продолжали лежать с оружием наизготовку.

— Подъем, мужики! Уже можно. Учебная тревога. Бояться нечего, мы с вами. Ну, ты чего тихий как пень на лесоповале? Что дальше делать будем?

Соболь прихлопнул на шее комара и растер пальцами пятнышко крови.

— Неспокойно мне что то. Если свидетелей начинают убирать, значит дело в чему то серьезному идет. Свидетеля убрать на глазах у всех это щпионажу абздец. Это не мелкий инцидент, это происшествие! После этого все подчищать надо и уходить.

Гром нетерпеливо забил копытами.

— Ну так чего проще. Давай скоренько в лагерь, там шмон наведем и все вещдоки наши.

— Погоди, не гони. На это санкция из Москвы нужна.

— Но ведь надо что то делать!

— Сам знаю. Слушай, а ведь у Дарбана еще интерес в Сибирске есть!

— Ты про киоскера говоришь?

— Конечно! Мать твою, как же мы его из виду упустили! Он звонил?

— Нет.

— Ну, ясно! Пока Дарбан к нему не пришел и звонить не о чем, а когда придет, то звонить некому будет! Быстро в машину!

Соболь рванулся было к далеким аэродромным постройкам, около которых сиротливо куковал УАЗ-ик, но оценил расстояние и остановился.

— Мужики, кто из вас быстро бегать умеет?

Один из особистов шагнул вперед.

— Я могу. Кандидат в мастера.

— Вот, что, кандидат. Давай руки в ноги жопу в горсть и во весь опор чеши в Сибирск на пристань. Там газетный киоск знаешь?

— А то!

— Возьми его под охрану. Киоскеру прикажи запереть дверь и окошко на замки, лечь на пол и носа не высовывать. А сам стой около и никого не подпускай. Кобуру расстегни и будь готов применить оружие. Особенно если рядом появится высокий мужик с длинными волосами. Если сможешь задержать его, в Москву о твоей отваге доложу. Понял? Мастера дадут. Дуй!

Парень пробуксовал подошвами по траве и исчез из виду. Остальные побежали к машине.

Как известно все водители делятся на три категории. Первая — Летчики. Такой водитель слабо представляет, где у машины находится мотор и свято верит в то, что масло в картер заливать не надо, оно само каким то образом появляется там из бензина. По трассе он не ездит, а летает, с удовольствием выполняя все возможные фигуры высшего пилотажа. Вторая категория — Хозяева. Эти, придя в гараж, ставят рукоятку переключения скоростей на нейтраль и вручную выталкивают авто через ворота. Потом они несколько часов протирают стекла, промывают свечи, подтягивают ремень генератора и качают колеса — 1,8 атм. задние и 1,7 атм. передние. Закончив все процедуры, Хозяин так же вручную заталкивает машину в гараж. Ну, и третья категория, непосредственно Шоферы. Вобрав в себя все лучшие качества первой и второй категорий они становятся в последние годы, увы, вымирающим племенем.