Афганский кегельбан - Леонид Влодавец

— А если, к примеру, понадобится вещь какую-то купить? — спросила Надька. — Например, обувку для мальчика? А то у нас только сапожки резиновые, зимой-то в них не походишь, а из теплых ботинок он вырос уже…

— Объясняю еще раз, девушка, — нахмурился Иван Ильич. — Несмотря на то что вы тут больше полумесяца не жили, деньги вам положены на весь октябрь с рабочими и нерабочими днями. То есть девять тысяч триста рублей ноль-ноль копеек. Правда, пока безналом. Наличные у нас получают только на втором режиме. Так что если что при себе имеете, то лучше их перевести на счет. Иначе так и будут лежать без пользы. А так их приплюсуют к окладу и сможете чего-нибудь купить.

— Но у нас, между прочим, — взволновалась Надька, — на сберкнижках кое-что было. Там, где мы раньше жили!

— Ничего страшного. Придет тетя из нашей финчасти, примет у вас всю наличность, напишете требования о переводе денег в наш банк. Если положите на расходуемый счет — тоже будете иметь плюс к своим 9300. Если положите на счет НЗ, то есть типа срочного вклада, то будете копить из расчета 5 % годовых. Допустим, до совершеннолетия сыночка или там до свадьбы. Потом, ежели на второй режим выберетесь, то сможете обналичить, завести кредитку и так далее. Ну, детали вам Мелисса Васильевна объяснит. То есть та самая тетя из финчасти. А покамест все по безналу. Будете получать только натуру в пределах указанной суммы. Ну и согласно общеустановленному прейскуранту. Чего там не будет — не заказывайте. Заказываете вечером — в восемь утра привозят и доставляют. И наоборот.

— А спиртное там есть, в этом прейскуранте? — спросил Таран. — Пиво, например?

— Есть, — кивнул Усольцев. — И пиво, и водка, и вино, и все иное, чего наливают. Но если переберешь и бузить начнешь, то можешь неприятности нажить. Например, если спьяну на забор полезешь, током ударит, и крепко. А потом еще охрана добавит и собаки. Во дворе можно прогуливаться только до маленькой чугунной загородки. А к бетонному забору даже подходить — ни-ни! И за малышом следите, чтоб не перелазил через маленькую загородку. Мальца, конечно, стрелять не будут, но по вас, большим, в принципе, на поражение бить разрешается. Все у нас тут серьезно и четко. Будете вести себя нормально, через какое-то время перейдете на второй режим, плохо — значит, на четвертый перейдете или даже на пятый.

— Вы нас насчет этих режимов просветите, — посоветовал Юрка, — чтоб знать на всякий случай.

— Просвещу, хотя и не в деталях, — согласился Усольцев. — Первый режим, говоря по-русски, это свобода. То есть живешь-работаешь как нормальный человек и можешь выходить за пределы внешнего забора. Второй режим — это похуже. По самому поселку ходишь свободно, а за внешний забор дорога закрыта. Вот я лично живу на втором, хотя здесь работаю пятый год. Третий — вот это то, что у вас. То есть ходите по двору, а за забор участка — ни-ни! Четвертый — уже не так. Там вам придется жить в палате типа гостиничного номера и за ее пределы не хаживать. И кормежка уже не по выбору, а по принципу «лопай, что дают». Но, в принципе, неплохая. Как в хорошей больнице или столовке. Ну а пятый режим — это уже настоящая тюрьма, камера-одиночка. Я один раз попал в такую на трое суток — не чаял выбраться.

— И за что вас? — полюбопытствовал Юрка.

— За нее, родимую! — вздохнул Иван Ильич, щелкнув себя указательным пальцем по кадыку. — Принял лишнего, вот и попал. С тех пор — зарекся. Больше ста грамм за один раз не употребляю.

— То-то небось вашей жене в радость! — заметила Надька.

— Да, — еще печальнее вздохнул Усольцев, — только вот она сама у меня на четвертый режим попала. Так что видеться разрешают только раз в неделю. В субботу в два прихожу, а в воскресенье в пять ухожу. Не больно весело! Так что, молодые люди, ведите себя прилично.

И, достав из кейса какую-то толстую книгу, типа гроссбуха, вытянул из кармана шариковую ручку:

— Вот здесь распишитесь, рядом со штампом: «Инструктаж проведен», и в скобочках напишите: «Ю. Н. Таран». Ну и «Н. М. Таран» тоже… А малому подпись не нужна.

Успокоив Тарана с Таранихой тем, что от Лешки подписи не потребовали, Иван Ильич величаво удалился.

Через некоторое время — даже не через час, а поменьше! — около входа в дом остановилась «Газель», и из нее выгрузилось несколько мужиков в одинаковых синих комбезах, которые вытащили из кузова картонные коробки. Кроме собственно компьютера и его прибамбасов, они привезли в разобранном виде специальный стол для компьютера и периферии, а также вертящееся кресло на колесиках. Все это бригада затащила в ту комнату, которую Надежда отвела под кабинет, и принялась за работу.

Специалисты некоторое время практически не обращали внимания на Таранов и ровным счетом ничего у них не спрашивали. Просто собирали стол и кресло, сверлили дырки в стенах, привинчивали розетки, соединяли все кабелями и настраивали всю эту технику, изредка перебрасываясь словами, которые для малограмотных провинциалов, типа Юрки и Надьки, были немногим понятнее китайской грамоты, а некоторые — например, «сидюк» и «писюк» — вообще казались неприличными.

Вскоре на столе утвердились монитор со встроенными звуковыми колонками и телекамерой, «миди-тауэр», клавиатура со встроенной «мышью», обычная «мышь» (про запас, должно быть), цветной лазерный принтер и сканер. В «миди-тауэр», окромя процессора «Pentium IV», быстродействием в 800 мегагерц, оперативной памяти на 128 мегабайт и 20-гигабайтного жесткого диска, были вмонтированы дисководы для простых дискет-трехдюймовок, для пишущего CD и даже для DVD. Таран сразу вспомнил компьютерную девушку Аню Петерсон, которая пару лет назад мечтала о приобретении DVD как о чем-то несбыточном. А тут вот он — и забесплатно.

Напоследок компьютерщики установили на столе подставку для дисков и даже частично загрузили ее компактами. А под «мышь» подложили красивый зеленый коврик с изображением тигриной морды.

— Ну вот, — объявил бригадир. — Все в ажуре. Сразу предупреждаю: в Интернет у нас выхода нет. А если кто шибко умный и захочет его поискать, то сядет на пятый режим, а то и на шестой!

— Насчет пятого, — заметил Таран, — мы уже в курсе, а про то, что еще и шестой есть, — не слыхали.

— Я тоже о нем толком не знаю, — хмыкнул бригадир. — И дай бог и мне, и вам о нем не узнать! Если про пятый слыхали, то можете сами прикинуть, какой может быть шестой.

— Вы нам хоть объясните, как по нему продукты заказывать! — не вытерпела Надька. — А то мы, извиняюсь, глядим на всю эту технику, как баран на новые ворота. А вы про Интернет!

— Насчет заказов, девушка, могу и я объяснить, — сказал бригадир. — Садитесь в кресло!

Надька уселась, и бригадир показал ей кнопку на «миди-тауэре»:

— Жмите!

Тараниха не без робости нажала кнопку, в компьютере что-то загудело и зажужжало. На мониторе появились всякие надписи, потом исчезли, ненадолго мелькнула надпись «Windows Millenium», и наконец возникло изображение красивого, голубовато-сиреневого айсберга, плавающего в океане.