Колумбийская балалайка - Александр Логачев

— Умыться бы, — почти простонала Татьяна, глядя на ровную гладь воды. Вода была мутная, пахучая и какой-то разновидностью ряски поросшая.

— После, дорогой товарищ, мыться будем, — без тени улыбки ответил Леша. — Не время сейчас, родина в опасности… Ну, что скажешь, Борисыч? Реально?

— Может, тут рыба есть? Пожарили бы, жрать охота, — сказал Вова.

Борисыч посмотрел сначала на озеро, потом на деревеньку, скрытую туманом и редколесьем, покрывавшим склон, потом на рукотворную, метра два высотой плотину, на гребне которой они расположились.

— Как думаешь, сколько здесь воды?

Леша задумался.

— Зависит, конечно, от глубины… но тонн на пятнадцать — двадцать тысяч потянет.

— Шиза, — кратко прокомментировал идею Лешки Михаил.

— Предложи что другое.

— Или лучше дальше пойдем? — несмело попросила Люба. — Вдруг не получится, тогда нам точно конец…

— Куда дальше? — огрызнулся Алексей. — В джунгли эти? Под ливнем? Не-ет, Борисыч прав: нам лодка нужна, Любаша.

— Солнце светит, россияне, да не греет! — сообщил Вовик, сидя на борту лодки и обхватив себя за плечи. — Это ж не Южная Америка, это ж Северный полюс какой-то…

В самом деле, было зябко. Ночь беглецы провели под лодкой, под непрестанный грохот дождя, забылись неспокойным сном, тесно прижавшись друг к другу. А едва рассвело, Алексей приказал передислоцироваться вместе с лагерем и чуть ли не пинками погнал команду на осмотр места предполагаемого проведения акции — к озеру. И вот теперь, невыспавшиеся, грязные, злые, трясущиеся от сырости, россияне мрачно разглядывали фронт предстоящих работ.

— А по-моему, может выгореть. — Борисыч ухватился обеими руками за сваю в верхнем ряду, покачал туда-сюда. — Уклон здесь градусов двадцать, потечет за милую душу… Главное ведь что для нас? Для нас главное — неожиданность.

Озеро поместилось в некоем подобии кратера, то есть его уровень находился значительно выше уровня земли, и со стороны деревни берег на протяжении метров двадцати был дополнительно укреплен двойным заграждением: через каждый метр в землю были вкопаны сваи, выструганные из цельных стволов деревьев толщиной в руку и связанные между собой веревками и лианами, — по типу плетня, в несколько рядов, расположенных в шахматном порядке друг над другом. Между этими «заборчиками» селяне щедро набросали земли и камней, где надо положили бревна, так что плотина получилась добротной и на вид солидной.

— Шиза не шиза, но часа три проколупаемся, верняк, — хмуро отметил Михаил. Помолчал и добавил: — А начинать надо вон там, пониже, где атмосфер больше, чтобы уж хлынуло так хлынуло. — И он сплюнул к основанию плотины.

— Ты что, раньше таким занимался? — осведомилась Люба.

— В кино видел, — ответил Михаил.

На первый взгляд от задуманного Лешей и в самом деле попахивало бредом — разрушить плотину, заботливо возведенную рыбаками, чтобы вода хлынула на деревню. Под шумок, пока паника, пробраться на лодку… ну и дальше действовать по обстоятельствам. Если опять ливанет с неба, то совсем хорошо будет, но, как назло, небеса, похоже, решили взять тайм-аут.

Увидев несущийся на них селевой поток, жители наверняка подумают, что плотину просто размыло, бросятся спасать скарб и самое ценное, солдаты, буде таковые в деревне все-таки окажутся, тоже засуетятся — и в суматохе будет, ох, будет шанс в обход пробраться на борт, нейтрализовать часовых и… и…

О том, что делать дальше, пока предпочитали не задумываться.

— Повторим еще раз, — напряженно сказал Леша. — Как только пойдет вода… Борисыч, что делаешь, когда пойдет вода?

— Вместе с вами, товарищ полковник, — старик вытянулся во фрунт, — огибаем поток по левому флангу, выходим на оперативный простор у берега и занимаем позицию вон за той высоткой, в десяти метрах от пирса. При появлении солдат на борту лодок открываем огонь на поражение.

Алексей поморщился:

— Борисыч, ну серьезное же дело, что ты как маленький…

— Виноват, товарищ генерал. — В глазах ветерана плясал веселый огонь: мандраж перед боем выливался у него в безудержное веселье.

Пропустив шпильку мимо ушей, Алексей повернулся к Мише:

— Ты?

Оптовый торговец фруктами поскреб живот и спокойно ответил:

— Ну, я типа спускаюсь справа и, когда вода до хибар доберется, начинаю шмалять во все стороны. Типа внимание отвлекаю. Если ты все точняком рассчитал, то между мной и теми отморозками в камуфляжах скоро будет течь речка Нева после прорыва дамбы и они меня не достанут…

— Патроны экономь.

— …но если ты, братишка, — тем же ровным тоном продолжал Михаил, — где-нибудь напортачил и я влипну в конкретное попадалово с этими уродами, я тебя…

— Понял, понял. Замочишь, завалишь, загасишь. Только умоляю, экономь патроны. Люба, Таня?

— Двигаемся за тобой с Борисычем на расстоянии.

Любовь добавила:

— И за Вовкой смотрим.

— А я? — сонно спросил «ботаник».

Алексей сказал серьезно:

— А ты прикрываешь наших барышень. Ответственное дело, понимаешь ли… В общем, если солдат в деревне нет, то мы преспокойно выходим к рыбакам и покупаем у них лодку.

— Ага, у них тут потоп реальный, а ты им баксы суешь. Будут они с тобой разговаривать.

— За баксы — будут, — уверенно ответил Алексей. Помолчал. — И ничего не забудьте и не перепутайте, Христом Богом прошу. Ну, чего приуныли? Других вариантов все равно нет. Спускаемся и приступаем. — Алексей поплевал на руки. — Короче, предлагаю: Люба и Татьяна подкапывают основания кольев, вот отсюда досюда, Миша раскачивает их и вынимает, только осторожно, не то либо в деревне услышат, либо смоет нас к свиньям собачьим. Я, Борисыч и Мишка пока начнем завал между сваями разбирать — водичке родимой легче на свободу будет вырваться. Вовик… Вовка, так твою перетак!!!

— Не надо! Это не я!.. — Прикорнувший было на мягком лодочном борту «ботаник» резко сел. Помотал головой. — А? Что, уже приехали?

— Приехали, приехали. Ты вот что… — Леша на мгновенье задумался, какой бы фронт отвести лохматому недорослю, достал нож и с сомнением на него посмотрел. Решился: — На ножик, живенько давай веревки между кольями перепиливай. И аккуратнее, пальцы себе не отчекрыжь. Главное, всем тихо, не шуметь особо, мало ли что… Возражения есть? Ну, тогда с Богом.