Воздушные пираты - Альберт Байкалов

Они немного помолчали.

— Здесь есть хоть один уцелевший дом? — сменил тему Парсек.

— Разве ты сегодня ночевал в руинах? — Ибрагим вскинул брови.

— Там повсюду следы недавнего ремонта, — напомнил Гаер.

— Это народ, который жил в Ливии, так хотел смены власти, — проговорил Ибрагим.

Парсеку вдруг показалось, что чеченец сам обескуражен тем, что принесла на эти земли война. Он посмотрел вдоль улицы. Нечто подобное можно было увидеть разве в фильмах про вселенские катастрофы. Когда-то дома здесь были в три-четыре этажа. Сейчас они стали меньше как минимум на один этаж, а снизу до половины завалены обломками кирпича и кусками цемента. Отовсюду торчали прутья арматуры, трубы, куски шифера, а под ногами хрустело стекло.

Вчера рано утром их танкер пришвартовался к остаткам пирса, часть которого была погребена под какими-то бочками, источавшими запах нефти, а другая попросту обрушена в воду. Только на берегу Парсек узнал, что они прибыли в ливийский город Сирт, вернее, в то, что от него осталось. За годы войны он был полностью разрушен.

— Скажи, Ибрагим, — осторожно заговорил Парсек. — Почему именно ты занимаешься с нами?

— Зачем тебе знать? — Ибрагим не спешил отвечать.

— Среди вас очень многие знают русский язык.

— Дело не в языке, — Ибрагим вытер пальцами уголки губ. — Я окончил Ульяновский институт гражданской авиации и успел поработать инженером в сфере пассажирских перевозок.

— Ты воевал в Чечне?

— Мне тогда было мало лет.

В начале улицы появился микроавтобус с пулевыми пробоинами на лобовом стекле. Точно на таком же вчера их встречал на пирсе Искендер Кучук. Турок по национальности выдавал себя за приверженца великого халифата. На самом деле Парсек с самого начала заподозрил в нем куратора проекта со стороны турецких спецслужб. Немногословный, бритый наголо и почти почерневший от солнца, он был одет в рубашку с короткими рукавами и джинсы и совсем не походил на боевика. Автомат Калашникова, который Кучук носил в руке, делал его похожим, скорее, на мексиканского гангстера.

— Кучук приехал, — констатировал Ибрагим и развернулся к лестнице. — Нам пора.

Подпрыгивая на ухабах, микроавтобус выехал на центральную улицу и понесся в сторону от центра.

— За что казнили этих людей? — спросил Гаер, показывая на трупы, распятые на крестах.

— Они поплатились за кражу, — поспешил ответить Ибрагим.

— Это не воришки, а египтяне, исповедующие христианство, — неожиданно вмешался Кучук. — Отказались платить налог за то, чтобы исповедовать свою веру.

— Может, у них просто не было денег? — предположил Парсек.

— Какая разница? — Кучук сбавил скорость и свернул. — Это неверные!

Парсек отвернулся к окну.

Разрушения впечатляли. Оно и понятно: родной город Каддафи. Сюда вкладывались огромные суммы в обустройство, инфраструктуру, развитие добычи на нефтяных полях, переработку и порт. Убитый лидер республики даже планировал сделать Сирт столицей соединенных штатов Африки. Преданные ему войска обороняли город до последнего. Парсек знал, что руководство НАТО, которое поддерживало созданные США оппозиционные силы, столкнувшись с жестоким сопротивлением правительственных войск, всерьез рассматривало использование здесь ядерного оружия. Но посчитав, что потом дезактивация обойдется в миллиарды долларов, отказалось от этой мысли и продолжило использовать дешевое пушечное мясо в лице повстанцев.

Микроавтобус остановился. Парсек посмотрел вперед. Как оказалось, дорогу им преграждал грузовик с обломком бетонной плиты в кузове. За рулем сидел боевик в темных очках и в клетчатом тюрбане на голове.

Странно, но Кучук не высунулся в окно и не стал, размахивая руками, требовать, чтобы освободили проезд, а смирно сидел, глядя перед собой. Неожиданно сбоку возникли двое автоматчиков. Один обошел микроавтобус, бесцеремонно открыл дверцу и забрался в салон. В нос ударил запах давно не мытого тела и чеснока. Он что-то спросил Парсека. Не зная, что ответить, Парсек развел руками и показал взглядом на затылок Кучука. Но турок уже о чем-то говорил с боевиком, который стоял снаружи. Неожиданно на помощь пришел Ибрагим. Он развернулся на сиденье и заговорил на арабском. Боевик еще раз окинул Парсека изучающим взглядом и неожиданно стал ощупывать его карманы.

— Ибрагим, здесь так принято? — спросил Парсек.

— Сиди, — бросил Ибрагим, продолжая смотреть перед собой.

Закончив осматривать его, боевик заглянул под сиденье и прошел к Гаеру.

После того как бандит вышел, его напарник сделал знак водителю, который сидел в грузовичке. Тот завел двигатель и отъехал в сторону.

— Это вроде пропускного пункта? — спросил Парсек, когда они тронулись.

— Впереди еще один. Весь район оцеплен, мышь не проскочит, — стал хвастать Ибрагим. — В то же время непосвященный даже не подумает, что здесь следят за каждым камнем.

— Так мы приехали в центр? — попытался угадать Парсек.

— Да, — ответил за Ибрагима турок.

— Я думал, что вы устроили его в аэропорту или на бывшей базе правительственных войск, — вмешался в разговор Гаер. — Тем более Ибрагим так говорил.

— Зачем вам сразу знать правду? — возмутился Ибрагим. — У меня все равно были сомнения на ваш счет. В русской разведке и в ФСБ работают очень хитрые люди.

— Ты поверил после того, как нас встретил в Измире Кузиков?

— Кузик-музик ни при чем, — проговорил Ибрагим. — Он тоже мог быть из ФСБ.

— Так в чем же причина? — не унимался Гаер.

— Почему тебя это так волнует? — насторожился Ибрагим. — Может, ты действительно не тот, за кого себя выдаешь?

— В каком смысле?

— Вопросов много задаешь, — объяснил свои подозрения чеченец.

Неожиданно стало темно. Парсек перевел взгляд в окно. Как оказалось, они въехали в гигантский цех какого-то завода. Повсюду стояло оборудование непонятного назначения, соединенное между собой трубами, а с потолка свисали тросы.

Кучук надавил на тормоз.

— Приехали! — Ибрагим толкнул дверцу.

Они пошли по цеху размером с половину футбольного поля. Гигантское пространство было поделено кирпичными перегородками на десятки помещений разного размера и назначения.

— Здесь кушают будущие шахиды, — рассказывал Ибрагим, следя за реакцией инструкторов. — Для вас и администрации будут накрывать в отдельном зале, — он показал на следующую дверь. Она была тоже сделана из толстого железа и оборудована двумя мощными запорами, причем закрыть ее можно было как изнутри, так и снаружи.

— Зачем здесь такие двери? — не удержался Парсек.

— На случай нападения или бунта. В зависимости от того, как развивается ситуация, в столовой можно укрыться или наоборот, изолировать там нападающих, — бойко ответил Кучук. — Вы же должны понимать, с каким контингентом мы здесь работаем. Не все оказываются в этих стенах по своей воле.