Кабульский трафик - Сергей Соболев

– Двести пятьдесят тысяч. Страховой полис переоформлен на второй день после прибытия с пополнением в Баакубу. Я пытался отказаться, но...

– Можешь не продолжать. Ну, ты и сам многое уже просек, так что не буду кашку разжевывать. Война – это бизнес.

– Да, сэр, я это уже понял.

– Ричард. Называй меня по имени. Ты пошел на повышение, Ivan. Я больше не твой босс, не начальник. Мы партнеры, мы будем делать общий бизнес.

– Понятно, Ричард. Хотя, признаться, пока мало что понимаю.

– Даже если считается, что «частники» не воюют, что это меняет? С такими страховыми «смертными» у нас вообще долго не живут...

В дверь постучались. Доккинз подождал, пока Юсуф поставит на низкий столик поднос с кофейным сервизом, поблагодарил кивком. Когда тот удалился, продолжил.

– Я уже говорил про семьдесят тысяч? А то и все восемьдесят, потому что на треть твоей страховки я мог бы спокойно предъявить права.

– Да, сэр... Ричард. Но... Что значит – предъявить права? В каком смысле?

– Не придуривайся, – поморщившись то ли от попавшего в глаз дыма, то ли от услышанных только что слов, сказал американец. – Ты умный парень, я это давно понял. Еще в Баакубе. Ты ведь там неплохо себя показал.

Он сделал глоток крепчайшего кофе. Самое то, чтобы взбодриться накануне длинного дня.

– С остальными деньгами все просто. Ты сколько времени здесь пробыл?

– Восемнадцать суток.

– Умножь на десять...

– Десять тысяч?

– Ну да. – Доккинз выпустил изо рта струю сигарного дыма. – А как ты хотел? Тут расценки даже покруче, чем в апартаментах того отеля, где засветились твои знакомые. Догадываешься, почему?

– Просветите невежу.

– Потому что надо еще и «откидывать»! Приходится делиться наваром. И тем, и этим, и пятому, и десятому! С нами делятся, но и мы даем, кому надо. И за безопасность тоже приходится платить. Иначе талибы нам быстро здесь задницы поджарят! И стекла перебьют. Ни бассейна не будет, ни гурий, ни кино!.. Так что за проживание на вилле, Ivan, придется заплатить. И столько, сколько я сказал.

«Вот тебе и «уважаемый гость», – усмехнулся про себя Козак. – «Чувствуйте себя как дома, Иванджон»... Хотя вряд ли это инициатива местных. Просто такой деловой человек, как Доккинз, не может пройти мимо любой возможности пополнить счет, подзаработать деньжат на свою мечту с палисандровым шпоном...»

– Куда переводить, Ричард? На какой счет?

Доккинз передал ему карточку с реквизитами...

Иван заполнил форму в электронном виде. Кликнул. Все, улетела денежка... Как пришла, так и ушла.

– Ты не расстраивайся особо, – Доккинз хлопнул его по плечу. – Через несколько дней, когда провернем дело, тебе эта цифра покажется пустяком.

– Что за дело? И каков будет мой гонорар? Я не собираюсь рисковать свой шкурой за так.

– Ну наконец-то! – Докинз громко расхохотался. – А то я было подумал, что ты, будучи русским, согласен вкалывать именно за так.

– Это вряд ли. Бесплатный в России только снег. Потому что много. И потому что никто пока не догадался, кому и как его можно втюхать... Что за дело, Ричард?

– Бизнес такой: заплатить за товар в одном месте, и получить деньги за тот же или проавансированный ранее товар – в другом.

– Наркотики?

– У нас говорят – товар. И ты так впредь говори.

– Большая партия, как я понимаю?

– Немаленькая, это верно... О деталях мы еще поговорим. Ты, Ivan, на торге, на этой бирже предстанешь как co-partner... Мой и Фархода.

Иван криво усмехнулся.

– Ричард, ты только что отобрал у меня последние деньги. Я босяк. У меня нет ни цента, ни копейки. Какой из меня, на хрен, «ко-партнер»?!

Доккинз вдавил недокуренную сигару в край мраморной пепельницы.

– Человек стоит ровно столько, на сколько он сам себя ценит. Это первое, Kozak. И второе: как говорил кто-то из долбаных англичан... а они хоть и факеры, но хитрые и толк в подлостях знают... так вот, кто-то из британцев сказал: «короля играет свита».

* * *

В начале шестого утра, когда с Асмайи потянуло предрассветным холодом, послышался шум вертолетных лопастей. С северо-запада, от аэропорта, как показалось, снижаясь, шла пара «Ирокезов».

Из особняка вышли пятеро мужчин; все они были экипированы для ожидающей их поездки. Сумки несли лишь двое. Остальные без носильных вещей, но при оружии.

Они проследовали гуськом через открытые ворота на площадку, погрузились в салоны опустившихся поочередно с неба на площадку близ особняка вертолетов. На борту одного из них находились еще трое каких-то мужчин. На вертолетах, как показалось Козаку, отсутствуют какие-либо опознавательные знаки.

UH-1 «Ирокез», приняв группу пассажиров, среди который был и шурави, стал косо подниматься, лопатя винтами холодный воздух предгорий.

«На вертолете сюда привезли, на вертолете и увозят, – подумал Иван, устраиваясь удобнее в кресле и защелкивая ремень безопасности. – Ну что ж, за проживание на вилле уплачено. Как они отдыхают, как релаксируют, более или менее понятно. Остается выяснить главное: как и на чем они делают деньги».