Халхин-Гол. Граница на крови - Александр Тамоников

— Хорошо, что хоть так. У БА-10 тоже есть пушки.

— Бронеавтомобили надо будет быстро укрыть. Капониры, понятное дело, вы вырыть не успеете, но хотя бы навалите земляные брустверы.

— Это сделаем.

— Броневики пришлю после сообщения о перегруппировке роты. Для доклада явиться старшему лейтенанту Шагаеву.

Гандориг тяжело вздохнул.

— Ты обиделся, капитан? — спросил Новиков. — Считаешь, что я не уверен в тебе? Это не так. Советника я запросил лишь потому, что с ним нам легче будет оценить обстановку.

Монгольский капитан улыбнулся и сказал:

— Да я ничего не имею против. Какие между нами могут быть обиды?

— Вот это правильно. Вы, товарищи офицеры, шум за рекой слышали?

Гандориг кивнул.

— И слышали, и с постов охранения о нем докладывали. Только непонятный шум. Это не танки, не бронеавтомобили, похоже на какие-то табуны лошадей. Я хотел у тебя, командир, спросить, что за движения такие?

— Не знаю. И связи с батальоном нет. Ладно, пойду к себе, отдыхать надо, чувствую, завтрашний день будет куда тяжелее прошедшего. Но посыльного отправляйте в любое время, — сказал Новиков и ушел на КНП тактической группы.

В 01.10 командирский автомобиль «Курогани» остановился на широкой равнине между сопок. Вскоре лейтенант Сасаки услышал звук двигателей, а еще через десять минут к машине вышел передовой взвод танков «Оцу». За ним появились «Чи-Ха», грузовики с орудиями на прицепах, расчетами и снарядными ящиками в кузовах. Люди покинули технику, вышли размяться.

К «Курогани» подошел танкист и представился:

— Командир танковой роты, старший всей группы капитан Джун Нода. — Он повернулся, окликнул двух офицеров и назвал их, когда они подошли: — Командир гаубичной батареи капитан Акио Хусино и командир отдельного взвода второй лейтенант Керо Огава.

Заместитель майора Куроки козырнул и ответил:

— Лейтенант Моку Сасаки. Вы, господин капитан, должны передать мне пакет с планом.

— Да, держите, лейтенант.

Сасаки принял пакет, проверил целостность печати и спросил:

— Вам полковник Танака задачу не ставил?

— Только по выходу в этот квадрат. Остальное в плане и по решению майора Куроки.

— Понятно. Я сейчас же доставлю пакет командиру роты, здесь оставлю связистов. Они подготовят аппаратуру и провода, дабы впоследствии протянуть их.

Нода кивнул и поинтересовался:

— Сколько времени займет доклад и принятие решения о размещении наших подразделений с определением боевой задачи?

— Недолго. До КНП роты всего километр. Майор Куроки ознакомится с планом действий, примет решение, и я тут же вернусь. Мы понимаем, что вам нужен отдых.

— Хорошо, ждем.

Майор Куроки вскрыл конверт в два часа. О конкретной расстановке подразделений в плане ничего не говорилось. Этот вопрос решался по усмотрению майора, что его вполне устраивало.

— Возвращайся, лейтенант. Батарее встать там, где я и говорил, танковой роте и взводу — на удалении в двести метров за сопками, — приказал он Сасаки.

— Шум двигателей услышат русские.

— Да и черт с ними. Его вполне возможно принять за перегруппировку техники роты. А вообще мне плевать, что подумают русские. Им осталось жить до утра. Ты продумай по ходу, куда мы их трупы девать будем.

— Да в реку и сбросим.

— Это не так просто, как кажется. Не два-три трупа и даже не десятки, а сотни придется сбрасывать. Но определимся. Давай к усилению. Как только все встанут на рубежах, связистам протянуть провода. После чего командирам танковой роты и гаубичной батареи связаться со мной. Вперед!

Сасаки уехал.

К трем часам ночи роты и батарея встали на позициях. Танкисты на промежуточных, артиллеристы — на основной. Связисты протянули провода.

Как только старший рядовой Керо Есида подключил их к телефонному аппарату, прошли сигналы вызова.

— Майор Куроки на связи, — ответил командир ударной роты.

— Здесь Нода! Машины на рубеже.

— Прекрасно, отдыхайте. Я свяжусь с вами ориентировочно в восемь тридцать и определю задачу. Отбой.

— Отбой.

После доклада танкиста на связь вышел командир гаубичной батареи:

— Здесь Хусино! Приветствую вас, господин майор.

— И я приветствую вас, капитан.

— Докладываю! Орудия на позициях, с четырех отбой, хотел бы знать, когда объявить подъем.

— Для вас в восемь.

— Хорошо. Четырех часов вполне хватит на восстановление сил. Задачу вы определите в то же время?

— Да.

— До связи!

— До связи, капитан.

Переговорив с командирами подразделений усиления, Куроки решил изучить план с утра и опустился на лежак. На своем месте устроился его заместитель.

В 06.00 они были уже на ногах. Заместитель объявил подъем. Старшина занялся завтраком.

В 06.40 экипажи танков и бронеавтомобилей, уцелевших вчера, были в машинах. Командиры подразделений доложили о готовности к бою.

Как и говорил командир отдельного батальона, в 07.00 он вышел на связь с командиром роты и приказал ему доложить обстановку.

— Все идет по плану, господин полковник, — сказал майор Куроки.

— Усиление получил?

— Так точно! В восемь поставлю задачу всем подразделениям. Вы уверены, что не следует подчинить мне роту капитана Одзавы?

— Уверен. Капитан будет действовать по задаче, определенной мной. Он уже вывел роту на новое направление и сможет оттянуть на себя значительные силы русских. Если от них что-то останется после авианалета.

— Понял вас.

— А сейчас, майор, с тобой будет говорить командир бригады.

— Да, я готов.

Послышались щелчки, помехи в эфире, затем раздался голос генерал-майора Мэзэто Кимуры:

— Майор Куроки?

— Я, господин генерал-майор!

— Задача вам определена, я выделил все, что требуется для уничтожения советских и монгольских подразделений. Мне удалось привлечь авиацию. Со своей стороны все возможное сделал и полковник Танака. Теперь дело только за вами. Уничтожьте противника, и я добьюсь присвоения вам звания подполковника с назначением на должность заместителя командира бригады. Ну а если потерпите поражение, то… вы знаете, что делать, дабы не попасть под трибунал. Это касается вас лично и всех офицеров, подчиненных вам.

— Так точно, господин генерал! Но мы разобьем противника. Теперь я уверен в этом.

— Вы займете берег от Номана до Хамтая, останетесь на плацдарме с подразделением усиления, дождетесь подхода основных сил. После этого батальон будет отведен в место временной дислокации у селения Сумэ-Дин. Вы поняли меня?