Разборки третьего уровня - Василий Головачев

Звонок поверг Котова в радостное изумление.

– Конечно, я все сделаю, – сказал он в трубку громче, чем следовало. – Но ты поймал меня в последний момент: дело в том, что я тоже собрался в Рязань.

– К Ульяне? – тихо рассмеялся Матвей.

– Ты что-то имеешь против?

– Как раз наоборот. За моими надо присмотреть, а я собирался просить об этом Ульяну. Теперь за меня это сделаешь ты.

– Я и сам их поберегу, пока буду там. А что, есть основания? – понизил голос Василий.

– Потенциально возможные состояния Вселенной имеют широкий спектр квантовых переходов, – дипломатично ответил Матвей, заканчивая разговор. Представил себе лицо Василия, усмехнулся. Пусть думает сам, интуиция у него развита неплохо.

В тот же вечер Матвей собрал свою машину к походу.

У него были две «тачки»: трехдверный «порше-959» цвета «маренго» и мини-вэн «форд-транзит» цвета «фиолетовый перламутр». Он остановил выбор на «форде» с дополнительными элементами системы безопасности. Обе машины Матвей держал на платной стоянке в двух километрах от дома, охраняемой по европейскому классу, хотя у него был и свой гараж. Угонов он не боялся, но не потому, что обе машины имели экранированные дверные замки и блокираторы двигателей, а из-за кое-каких встроенных дополнительно устройств, внушающих злоумышленникам идею не трогать частную собственность. Однажды «порше» попытались угнать – прямо от дома, где его оставил Матвей, внаглую, но угонщики испытали недюжинное нервное потрясение, когда машина вдруг сказала:

– Советую покинуть салон, иначе пущу газ!

Никакого баллона с газом, естественно, в кабине не было, но хватило одного предупреждения, тем более что, подождав три секунды, автомат включил сирену.

Матвей собирался выехать в начале девятого, однако задержался – к нему пожаловали гости: Кирилл Данилович Головань, заместитель директора Международного института стратегических исследований, и четверо его телохранителей, бывших спецназовцев из группы ФСБ «Альфа».

Телохранители на территорию дома заходить не стали и предпочли не демонстрировать свой профессионализм, просто умело и неприметно рассредоточились, что говорило об их хорошей подготовке. Впрочем, Головань вряд ли нуждался в особой охране, будучи не просто Посвященным, а одним из Девяти, таким образом он всего лишь продемонстрировал хозяину свою значимость.

Несмотря на теплый вечер, на замдиректоре МИСИ был строгий темно-синий костюм, ослепительно белая рубашка и галстук с изображением старинной часовенки. Глаза Кирилла Даниловича, в которых светился мощный интеллект и угрюмое высокомерие, никогда не улыбались. Правда, вел он себя вполне корректно, не задаваясь целью показать превосходство над собеседником. Последнему соображению Матвей улыбнулся в душе: с ним бы подобный номер не прошел, и Головань понимал это.

Они поднялись на веранду. Матвей принес фрукты, сыр, тосты, чай, и оба принялись за неторопливое чаепитие, будто встретились старые друзья. Головань попытался прощупать мыслесферу хозяина, получил отпор и отступил. В свою очередь Матвей почуял беспокойство, огляделся в пси-диапазоне, без выхода в состояние меоза, определил источник беспокойства и сказал, погрозив собеседнику пальцем, с мягкой улыбкой:

– Ай-ай-ай, Кирилл Данилович, не ожидал, не ожидал. Это ваш снайперок сидит в трехстах метрах отсюда, на водонапорке, и смотрит на нас в прицел «паркер-хейл» модели восемьдесят пять?

Головань ответил беглой улыбкой, тронул карман пиджака на груди и тихо проговорил:

– Первому отбой. – Кивнул сам себе, вернее, голосу из наушника рации, прятавшейся в дужке очков. – Каюсь, переусердствовал, Матвей Фомич. Но уж очень о вас много легенд ходит…

– К делу, – лаконично ответил Матвей. – Я знаю, кто вы, вы знаете, кто я, стандартные обороты речи ни к чему.

– Может быть, перейдем на метаязык? Во избежание, так сказать…

– Не возражаю.

Дальнейшая беседа шла на метаязыке и заняла всего несколько минут.

– Мы знаем… – начал Головань.

– Кто – мы? – перебил его Матвей. – Кого вы представляете? Союз Девяти? Ваш институт? Правительство? Органы правопорядка? Точнее, пожалуйста.

– Я представляю себя лично. – Кирилл Данилович пожевал губами, наливаясь темной силой, но сдерживаясь. – Впрочем, будем говорить о некой фракции Союза Девяти, пожелавшей обновить состав Союза. Так вот, мы знаем о ваших походах в прошлое…

– Это не походы, всего лишь трансовые сны.

– Это именно походы, Матвей Фомич. Если вы еще не знаете, то я сообщу вам истину: время – скольжение сознания вдоль мировой линии индивида в будущее! Для большинства людей это скольжение вперед необратимо, но Закон изменения времени открывает путь и в другую сторону – назад, в прошлое, существующее почти так же абсолютно, как и настоящее. Почти – потому что наряду с другими в «розе реальностей» выполняется Закон вероятностного размыва мировой линии… Об этом можно говорить долго. Суть в другом. Вам удалось преодолеть порог срабатывания закона в обратную сторону?

– Допустим, что из этого следует?

– Вы становитесь опасным для человечества.

– Говорите о себе лично, человечество само побеспокоится о своей безопасности.

– Хорошо, вы опасны и нам, Посвященным II ступени, и даже Хранителям…

– Я же сказал: говорите о себе!

Глаза Голованя вспыхнули свирепо и угрожающе, но тут же погасли.

– Хорошо. У нас предложение: помогите нам, и мы поможем вам. Вы ведь ищете в прошлом место захоронения Знаний Бездн, не так ли? Мы подскажем, где их искать. Но и вы помогите нам отыскать доступ к системе МИРов, заблокированных по вашей же милости.

Над верандой нависло молчание.

Где-то далеко на окраине Петергофа тарахтел трактор, кудахтали куры в соседнем дворе, вскрикивал петух, в саду чирикали воробьи, ветер шевелил ветви деревьев, приносил запахи трав и цветов. И в то же время пространство вокруг ощутимо прогибалось под массой сосредоточенных здесь психофизических энергий. Кто-то, кого Матвей ощущал как далекую галактику, а его опасный гость не чувствовал вовсе, знал о встрече и прислушивался к разговору. Так расшифровал для себя сигналы подсознания Соболев. Наконец он оторвался от созерцания заката.

– Я не смогу вам помочь, Кирилл Данилович. Входы в сохранившиеся МИРы Инсектов не просто закрыты, данное состояние приняло форму физического закона! Понимаете? Для того чтобы разблокировать модули, необходимо взломать глубины Мироздания, сделать новое Изменение.

– Ну так сделайте, – равнодушно бросил Головань.

Матвей глянул на него заинтересованно и засмеялся. Но, судя по тону, один из Девяти не шутил. Правда, он поспешил отступить, сгладить впечатление разверзшейся под ногами пропасти, но Соболев уже схватил мысль, задумался, пряча слабый свет прозрения в глубинах памяти.