Разборки третьего уровня - Василий Головачев

В конце третьего века нашей эры первые христианские отшельники удалились в пустыни Египта и Сирии, надеясь найти уединение, отойти от мирской жизни и жить в молитвах и медитациях поближе к Богу. Самыми знаменитыми из них стали Святой Антоний Египетский и Святой Симеон Столпник, проведший сорок лет жизни в горах Сирии на столбе высотой восемнадцать метров.

В массовом порядке отшельники начали селиться в пещерах на обрывистых склонах Пинда в Фессалии в двенадцатом столетии, но лишь в тысяча триста шестидесятом году здесь поселился монах Святой Афанасий с горы Афон, который и основал два главных монастыря – Гегало Метеорон и Магало Метеорон – на отвесных скалах высотой в двести с лишним метров. Достроил монастыри спустя тридцать-сорок лет его ученик Йоасаф, сын сербского короля. А когда в пятнадцатом-шестнадцатом столетиях Фессалия была захвачена турками, в этих местах возникло свыше тридцати монашеских общин. Увеличилось, естественно, и количество монастырей. Этот комплекс монастырей и скитов, которые и в самом деле словно витают в небесах, греки назвали Метеора, что означает – «парящий в воздухе».

Монастыри сложены из камня на вершинах одиноких скал, покрыты красной черепицей, как правило, имеют деревянные галереи, нависающие над бездонными провалами скалистых склонов. Вид, открывающийся с вершин монастырей и с галерей, настолько живописен, так захватывает дух бездна под ногами, что слава Метеоры достигла даже других материков, и с конца девятнадцатого века в этих краях появились первые паломники и путешественники. С тех пор Метеора стала скорее музеем, нежели монашеской общиной, все больше привлекая посетителей.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что в одном из монастырей Метеоры – Николаосе, расположенном на трехсотметровой скале, к которому можно было пройти только по веревочному мосту над пропастью, однажды появились туристы. Их собралось сто сорок семь человек, небывало много для тургруппы, ведомой экскурсоводом, однако, во-первых, прибыли они по одному и из разных стран, во-вторых, монастырь Николаос перед их появлением буквально вымер: все его посетители ушли, как и монахи впрочем. У каждого нашлись дела в соседних монастырях или в соседнем городе Ларисе.

Таким образом собравшиеся оказались предоставленными сами себе – до тех пор, пока не прозвучал гонг сбора.

Монастырь Николаос вмещал множество тесных монашеских келий, церковь, кухню и общую трапезную с лоханями и черпаками. В скалах северной стороны под стеной были вырублены ниши для цистерн с питьевой водой. В церкви сохранились фрески, изображавшие сцены адских пыток и страданий мучеников: отсечение головы, убиение мечом и кинжалом, распятие, бичевание, сожжение на костре. Фрески эти были созданы еще в шестнадцатом веке живописцем Феофаном из Креты. Но прибывшие «паломники» не смотрели на красоты монастыря и близлежащих гор. По сигналу гонга они собрались во дворе монастыря и обратили лица к тому, кто собрал их здесь со всех концов света, – Хуану Франко Креспо, Генеральному секретарю ООН, Посвященному II ступени, куратору Союзов Неизвестных во всех странах мира, контролирующему уровень международных отношений.

Среди собравшихся был и координатор Союза Девяти России Бабуу-Сэнгэ.

По сути, в Метеоре собралось тайное, но отнюдь не мифическое, а самое реальное правительство Земли, способное в течение очень короткого срока сменить любое формальное правительство любой страны, которое мнило себя единственно претендующим на власть, убрать любого политика, переместить любого чиновника в самых мощных эшелонах власти.

– Начнем, господа, – звучным голосом произнес Хуан Франко Креспо на метаязыке. – Но сначала, как обычно, послушаем нашего Покровителя.

Во дворе монастыря раздались странно звучащие фразы странного языка, содержащие Силу и Энергию Вселенной, не имеющие аналогов ни в одной языковой, семантической, звуковой или музыкальной шкале. Эти особые звуки были по легенде фрагментами речи первого Вселенского Будды – Махавайрочаны, завещавшего следовать его Путем всем остальным буддам. На самом же деле это был коан гипервнушения, кодирующий сознание Посвященных, превращавших их в своеобразных зомби, подчинявшихся единой программе, которую разрабатывал и претворял в жизнь Верховный координатор контроля. Этот коан был создан еще во времена Перволюдей, уже тогда замышлявших построить пирамиду Абсолютной Власти. Он передавался из поколения в поколение «серыми кардиналами» структуры, контролирующей реальность Земли. Хуан Франко Креспо принял его около ста лет назад. Только он один знал, что такое «речь Первобудды» и для чего ее слушают кардиналы рангом пониже, правящие государствами на всех материках Земли. Впрочем, некоторые из них догадывались о смысле «речи», слышимой человеческим ухом, но не воспроизводимой человеческим языком. Среди этих догадливых был и Бабуу-Сэнгэ, один из самых опытных и знающих Посвященных, готовый стать соискателем трона, главным преемником Верховного координатора.