Русский вор - Михаил Серегин

Полунин ответил не сразу, он свернул в небольшой переулок, чтобы срезать путь к дому.

– Неприятности у него только начинаются, – наконец произнес Владимир, – ему еще кое-что предстоит пережить. Не думаю, что после этого он быстро оклемается.

– Слушай, а откуда ты город так хорошо знаешь? – неожиданно спросила Люда. – Ездишь по нашим улицам, как у себя дома.

– Я и есть у себя дома, – ответил Полунин, – жил здесь раньше, недалеко от тебя, на улице Неглинской… Пока несколько козлов не отправили меня отсюда в далекие края.

– Этот адвокат – один из них? – осторожно спросила Людмила.

– Да, но не самый главный.

Оставшуюся часть пути они проехали молча.

Едва приехав на квартиру к Люде, Полунин позвонил по межгороду Шакирычу и сообщил ему, что ждет их со Славкой на днях в Тарасове.

После звонка он прошел на кухню. Людмила, уже приняв душ, готовила ужин. Полунин достал из бумажника несколько сот баксов и отдал их Люде.

– Я с тобой рассчитался, как и договаривались. Не знаю точно, сколько я буду еще здесь, в Тарасове, может, неделю, а может, две. Как только я закруглюсь со своими делами, тут же перестану тебя стеснять и уеду.

– Да ладно тебе, какой стеснительный нашелся. Живи уж, чего там. Работы у меня пока все равно нет, завтра лечиться пойду. А одной дома сидеть – со скуки помрешь.

Она посмотрела на Владимира и, неожиданно отбросив свою грубоватую манеру, сказала:

– Ты знаешь, я сегодня это поняла, несмотря на то что ты хочешь этим своим обидчикам отомстить, мне все же жалко именно тебя. Ты все это делаешь с каким-то непонятным мне упорством обреченного…

Полунин сказал:

– Зря ты так думаешь. Жалеть надо будет моих врагов…

* * *

На следующий день с самого утра Полунин неотступно следовал за Евневичем, следя за ним от самого дома, где жил адвокат. А жил он в девятиэтажном кирпичном доме на улице Королева. Квартира на улице Пастухова снималась адвокатом специально для амурных дел.

Из дома адвокат вышел невыспавшийся и озабоченный. Выведя из своего гаража, расположенного во дворе дома, автомобиль, он направился сначала в свое бюро.

Зайдя туда, он вышел обратно уже через несколько минут и, сев в машину, быстро уехал. Через пятнадцать минут его машина остановилась на стоянке перед Финком-банком.

Полунин не очень удивился этому. Евневич приехал к своему главному работодателю и почти хозяину. Для него наверняка здесь должна была найтись работа. Из досье, которое передал ему Леня Бык, Полунин узнал, что на днях Финком-банку предстоял процесс в арбитражном суде.

В этом процессе Финком-банку, а точнее, одной из его дочерних структур предстояло отстоять право собственности на обанкротившийся завод, который собирались отсудить кредиторы. Речь в этом споре шла о контроле над собственностью на сумму в несколько миллионов долларов.

Проиграв этот иск, Финком-банк оказался бы в очень трудном финансовом положении. Истцы коммерческой фирмы «Бурком» требовали возместить им долги на сумму почти в полмиллиона долларов, в противном случае они вполне могли заполучить контрольный пакет акций завода.

Перспективы выигрыша в суде этого дела у Финком-банка были не очень большие, но оставался шанс решить проблему иным способом. Похоже, именно для этого Слатковскому и понадобился Евневич.

В этом Полунин убедился через сорок минут, когда Евневич вышел из здания Финком-банка, уселся в машину, швырнув портфель на заднее сиденье, и отъехал от банка.

Через несколько минут, когда «Фольксваген» и следующая за ним машина Полунина остановились на перекрестке, в наушниках послышались звуки набора номера по сотовому телефону. Затем Владимир услышал, как заговорил Евневич:

– Але, Мефодьевич, привет. Это я, Андрей… В общем, я звоню по поводу нашего с тобой разговора двухдневной давности… Ты разузнал ситуацию?.. Ну и что?.. Да не боись ты, я по сотке звоню, причем из машины, во время езды. Кто нас тут услышит?.. Да, из банка звонить я не рискнул, там сейчас небезопасно это делать. Ну так что решил твой коллега?.. Хорошо. И сколько он хочет?.. Да вы что, охерели, что ли?! Семьдесят штук. Это что, на весь арбитраж, что ли… Что значит цена вопроса велика?.. Но надо же знать меру!.. Да я понимаю, что ты просто так пукнуть по нашей просьбе не захочешь, но в конце концов… Хорошо, я должен посоветоваться… Названная тобой сумма, мягко говоря, превышает те, с помощью которых решались подобные вопросы раньше… Если я получу согласие, когда мы можем с тобой встретиться?.. Завтра во второй половине дня? А почему не сегодня… Хорошо, я понял. Завтра так завтра…

Евневич отключил связь и снова набрал номер. На сей раз он был краток и не обращался к собеседнику по имени-отчеству.

– Але, это я, Андрей. В общем, я только что говорил с Хапой. Цена вопроса равняется семидесяти… Как мы?.. Соглашаемся?..

Видимо, ответ был таким же кратким.

– Все понял, – произнес Евневич, – тогда вечерком я заеду к вам за витамином D, поскольку «стрелка» у меня забита на завтра.

Евневич отключил связь и направил машину в сторону своей конторы.

Из этого разговора Полунин многое уяснил для себя. И прежде всего то, что Евневич вне всяких сомнений разговаривал с судьей Капновым, которого адвокат и его приближенные звали просто Хапой. Судья Капнов давно слыл в городе взяточником.

Но похоже было на то, что в данном случае судья выступал также в роли посредника, ему предстояло договориться с судьей, который и вел непосредственно процесс. Это ему удалось сделать за семьдесят тысяч долларов.

Размер взятки был не такой уж и большой, учитывая то, что речь шла о сумме в десятки раз большей.

Когда Евневич скрылся в своей конторе, Полунин крепко задумался.

Постепенно в его голове созрел план действий. Уже обдумывая его детали, Полунин направил свой «БМВ» к ближайшему пункту междугородной телефонной связи.

* * *

После звонка Полунина Шакирыч и Славка прилетели в Тарасов этой же ночью. Из аэропорта они позвонили Полунину на квартиру к Людмиле. Он подъехал за ними, и они все втроем, позавтракав, с самого утра отправились к дому адвоката Евневича.

Оставив машину с Шакирычем на улице, Полунин со Славкой спрятались за гаражами, наблюдая в просвет между ними за подъездом, в котором находилась квартира Евневича.

Адвокат появился из подъезда около девяти утра, неся в руках свой неизменный кожаный портфель. К этому времени возле гаражей было не очень многолюдно, так как большинство владельцев автотранспорта уехали на работу.

Адвокат подошел к гаражу и, распахнув дверки, направился внутрь. В этот момент Полунин и скомандовал Славке:

– Пора!

Оба надвинули вязаные шапочки на самые брови и, выбравшись из своего укрытия, вошли в гараж.