Коллега - Александр Шувалов

Извлек из сумки большой пластиковый пакет, забросил туда Гошину тушку и уложил в платяной шкаф на коробки с обувью. Извлек жесткие диски из трех компьютеров и забросил в сумку за компанию с двумя ноутбуками. Уходя, аккуратно запер за собой дверь.

* * *

— Здесь, — я выложил на стол пакет. — Ровно двести тысяч долларов, причем США, а не Суринама. Извольте пересчитать.

— Если честно, — Игорь даже не двинулся с места. — Я несколько иначе представлял церемонию завершения нашей работы.

— Это как?

— Да так, — усмехнулся он и отпил немного чаю. — Что вы меня просто грохнете и все дела.

И угадал. В смысле, почти угадал. До разговора с милейшим человеком, Ильей Константиновичем, именно так я и собирался поступить. А теперь не буду, потому что спинным мозгом чувствую, работа еще предстоит. И делать ее я, скорее всего, буду. А то совсем одурею от скуки где-то там, у теплого моря, без флага и отечества, среди симпатичных и доступных аборигенок. Птица, в конце концов, должна летать, рыба плавать, а человек моей профессии — хотя бы время от времени возвращаться к ней. И, потом, много денег не бывает. Это сейчас пятнадцать миллионов кажутся запредельно большой суммой, а когда начну жить другой жизнью, глядишь — и не очень.

— Прикажете воспринимать сказанное вами как претензию? — полюбопытствовал я.

— Ни в коем случае, — возразил он. — Не поверите, даже приятно.

— Поверю, — долил себе еще чаю и потянулся за конфетами. — Видите ли, Игорь, вы, если не ошибаюсь, начали заниматься этой работой в двадцать девять лет.

— Совершенно верно.

— Сейчас вам сорок пять, — отпил чаю и удовлетворенно кивнул. На сей раз не «Беседа».

— Опять верно.

— Вот, — потянулся за сигаретой, — Все это время вы работали достаточно аккуратно.

— Кроме одного случая, — напомнил он.

— Один раз, как говорят в местах не столь отдаленных, ну, сами понимаете…

— Скажите, а тот заказчик не попытается снова меня разыскать?

— Пусть вас это не волнует, — успокоил я. — Он уже с месяц как в лучшем из миров. Или худшем.

— Вот как?

— Совершенно верно, — и опять полез в сумку. — Я собираюсь на некоторое время исчезнуть…

— Проблемы?

— Кажется, еще в нашу первую встречу я настоятельно не советовал перебивать меня на полуслове.

— Извините.

— Прощается, но в последний раз, — стряхнул пепел в специально для меня приобретенную хозяином квартиры пепельницу. — Итак, я на некоторое время отъеду, а вы переходите в режим консервации. Сидите тихо, по-крупному не работаете. А вот это, — выложил еще один пакет, — чтобы вам было на что жить скромно.

Он взял его и заглянул внутрь.

— Однако.

— В смысле, спасибо?

— Именно так.

— В таком случае, до встречи. Не провожайте, — встал и пошел к выходу.

Вышел на улицу, вдохнул полной грудью относительно свежий морозный воздух и вдруг ощутил сильный, просто волчий голод. А потому решил пойти в ресторан. В конце-то концов, имею я право на небольшой банкет или как? Работа проведена успешно, клиент от выплат не отвертится (не тот человек), зачистка проведена. Осталось сущая ерунда: разобраться с Витенькой и провести кое-какие хозяйственные работы. Но это все чуть потом, а сейчас да здравствует поздний обед или ранний ужин за чистой скатертью.

Я чинно выкушал рюмку ледяной водки, закусил эту прелесть кусочком малосоленой семги и потянулся к салатику. В это время и зазвонил лежащий на столе телефон. Глянул в окошечко: Семеныч, надо же.

— Что тебе надобно, старче? — ласково спросил я.

— Сейчас узнаешь, — и у меня сразу пропал аппетит, и напрочь испортилось настроение. Фанфары в душе смолкли, праздник закончился.