Специалист технической поддержки – 5 - Александр Якубович

— Я знаю, — односложно ответила Пак Сумин.

— Знаешь, что получишь? — уточнил Пак Бо Гом. — Тогда я совершенно не представляю, зачем ты тратишь мое время.

— Я знаю, — повторила Пак Сумин, едва ли не по слогам. — Знаю, что случилось два года назад, дядюшка. Знаю, сколько и как компания потеряла денег.

Пак Бо Гом, который до этого откровенно веселился, резко поменялся в лице.

— Что ты сказала⁈ — прошипел мужчина.

— Я сказала, что знаю о событиях двухлетней давности, — повторила Пак Сумин, внимательно наблюдая за реакцией Пак Бо Гома.

Ее ситуация значительно упростилась. По реакции дяди было видно, что он тоже в курсе кибератаки, которая обчистила счета многих южнокорейских фирм. И он тоже в курсе, что это тайна за семью печатями, которую знает только самый узкий круг доверенных лиц. Десятка три человек на всю страну, не больше. И в этом крайне узком кругу была и она, Пак Сумин.

— Откуда ты узнала про Инчхон⁈ — взвился Пак Бо Гом.

— Неужели это важно? — с легкостью бросила Пак Сумин, откидываясь на неудобную узкую спинку стула. — Важно то, что есть в итоге. Я знаю, что наш конгломерат потерял около ста пятидесяти миллионов долларов США, а в целом ущерб по всем южнокорейским компаниям составил… Если прикинуть, то сколько получится? Около миллиарда, так ведь, дядя?

Пак Бо Гом не выдержал и вскочил на ноги, сбрасывая со стола документы и письменные принадлежности. Стоял бы там ноутбук — он бы тоже полетел на пол. Руки мужчины сами собой сжались в кулаки, ноздри раздулись, а сам первый наследник чеболя стал похож на разъяренного быка.

— Только попробуй ко мне прикоснуться, и вечером уже будешь в наручниках, а эта история — во всех заголовках, — не моргнув глазом, стала блефовать Пак Сумин.

— И с каких пор ты такая умная стала? — прошипел Пак Бо Гом, едва сдерживаясь.

Пак Сумин только усмехнулась, покачав головой.

— Человек не собака, хотя откуда псу об этом знать, — выплюнула чеболька. — Если человека без конца бить и пытаться сломать, он только ожесточается, но не всегда ломается.

— Ты безвольная тупая девка, которая без конца позорит нашу семью! — воскликнул мужчина. — Еще и смеешь угрожать мне⁈

— Позорю семью⁈ — вспыхнула Пак Сумин, тоже вскакивая на ноги и ставя клатч на стол, чтобы освободить руки. — Ты семьей называешь эту стаю шакалов⁈ Напомнить, что сделали твои щенки, дядюшка⁈ Или ты не знаешь, через что я прошла, когда меня похитили китайцы⁈ Рассказать⁈

С каждым словом девушка делала маленький шажок по направлению к мужчине, медленно огибая стол, пока не подошла в упор к родственнику. Пак Бо Гом был выше ее почти на голову, что не мешало Пак Сумин дерзко смотреть в глаза мужчине.

— Вы сослали меня на другой конец мира, без родных, друзей и поддержки! Держали там почти восемь лет, а теперь думаете, что я буду благодарна⁈ И с каких это пор я тупая, дядюшка? Или ты забыл, где я училась, где успела побывать? Это только ты видел этот сраный Сеул и пару городов в округе. Я успела повидать мир, и поверь, из нас двоих именно ты сидишь в выгребной яме! И всегда сидел!

— Не пытайся набить себе цену! — ответил мужчина, делая шаг назад.

— А я и не набиваю. Я открываю тебе глаза, — прищурившись, оскалилась Пак Сумин. — Ты сделаешь, как я тебе говорю. Если надо — бросайся в ноги к Пак Ки Хуну, своему папаше, умоляй, заступайся за меня, иначе…

— Иначе что? — с вызовом спросил Пак Бо Гом. — Что ты можешь? Бесполезная, грязная, распутная девка!

— Эта грязная девка сделает тебя нищим, — ответила девушка. — Все твое хваленое наследство, весь твой чеболь, твое будущее, твоя свобода и жизнь твоих сыновей у меня вот здесь!

Девушка вскинула перед собой сжатый до белых костяшек кулак, потрясая им перед носом у родственника.

— Вот где вся твоя жизнь! В руках распутной девки! — добавила Пак Сумин. — Тронешь меня — и тут будет контрразведка, полиция, пресса! Все тут будут! Каждому ты рот не заткнешь, даже если вывернешь свои карманы. Тебя заклеймят мусором, который обвалил экономику страны! Я устрою хаос, который ты себе представить даже не можешь, я тебе это обещаю, дядюшка!

Пак Бо Гом не выдержал и, сделав шаг вперед, схватил племянницу за горло, с силой смыкая пальцы на ее шее.

— Давай, ублюдок, — прохрипела Пак Сумин, рефлекторно цепляясь пальцами за руки мужчины. — Лиши себя своего драгоценного наследства собственными руками. Придуши меня прямо здесь, и проверим, чего стоят мои слова.

Ее глаза блестели чистым безумием, а улыбка была настолько широкой и искренней, что Пак Бо Гом дрогнул. Разжал пальцы и сделал несколько шагов назад. Пак Сумин же едва не рухнула на пол, хватилась за горло, закашлялась. Но продолжала смотреть на Пак Бо Гома с плохо скрываемым превосходством и презрением.

— И чего ты хочешь⁈ — воскликнул Пак Бо Гом. — Совет никогда не примет женщину на высшем посту, тебе не унаследовать компанию, даже не думай об этом!

— Ты такой ограниченный, дядя… — тихо сказала Пак Сумин, выпрямляясь и гордо расправляя плечи. — Или ты считаешь, что твоя мечта единственно возможная и правильная? Что каждый член этой семьи хочет занять место Пак Ки Хуна так же, как хочешь этого ты?

Пак Бо Гом ничего не ответил, только с презрением и отвращением смотрел на племянницу. Она на самом деле прижала его к стенке. Когда он выяснил масштабы катастрофы, когда узнал, что именно обсуждалось в Инчхоне, то на мгновение даже пожалел, что в итоге докопался до правды. Исправить было ничего нельзя, а до обладания этим знанием жилось ему намного легче, да и спалось — крепче. И он прекрасно понимал, почему Пак Ки Хун не говорил об этой истории даже ему. Знали только старик, Чхве Кан-Ми и еще несколько доверенных бухгалтеров и сотрудников, которые обнаружили атаку. Всё. На весь огромный конгломерат наберется меньше десяти человек, учитывая Пак Бо Гома. И, как оказалось, знала и его