Обратный отсчет - Роман Канушкин

— В этом нет необходимости. Совершенно не важно, сейчас или позже кто-нибудь из нас передаст средствам массовой информации свои козыри…

— Козыри? О чем вы говорите?!

— Пока только прошу ответить на мой вопрос: согласны ли вы обменять жизнь Зелимхана на жизнь трехсот заложников?

— Именно этим мы и занимаемся.

— Тогда вам придется все остановить. Причем немедленно.

— Вы что, нам угрожаете? Террор на государственном уровне? Если вы что-нибудь сделаете с Зелимханом…

— Нет, не я. Если б вы меня дослушали, то поняли, что не я. А вы…

— «Вы»? Слушай, слушайте… Дед, мы тратим время впустую!

— Вы. Вашими собственными руками. Если немедленно не остановите бомбу.

— Что имеется в виду?

— Зелимхан Бажаев в данную минуту находится на заминированном вами самолете.

— … — Вы меня поняли?!

— Что… это за дерьмо?

— Поэтому вы должны остановить бомбу, если вам действительно дорога его жизнь…

— Бред… Что это за чушь вы несете?

— …и вы не хотите, чтобы весь мир, в том числе и Чечня, узнали, что национальный герой погиб от рук какого-то Фронта освобождения Ичкерии.

— Бред… До чего вы дошли — дешевый блеф…

— Повторяю: Зелимхан Бажаев находится в заминированном вами аэробусе.

— Я вам не верю. Вы блефуете…

— Верю не верю — это ваше дело. Но я, пользуясь предоставленной вами публичностью, совершенно официально заявляю: Зелимхан Бажаев с его личного согласия и капитан Воронов, думаю, вам это имя о чем-то говорит, десантированы на борт заминированного вами аэробуса и уже больше десяти минут находятся там. Мы не спешили с обнародованием этой информации до вашего звонка. А теперь слушай меня внимательно, сынок: давай мне быстро код отключения бомбы. Продолжение вашей акции бессмысленно.

— Я вам не верю. Нам нужны доказательства…

— Они у меня есть. И я готов их предоставить в любую минуту. Видеозапись десантирования из военного вертолета с указанием всех бортовых номеров, времени и прочее плюс заявление самого Зелимхана Бажаева, сделанное на борту аэробуса «Ил-86», выполняющего рейс СУ-703 Москва — Мадрид. Думаю, этого достаточно?! Почему вы замолчали?

— Этого не может быть…

— Но это так. Поэтому прошу вас принимать решения быстро! Почему вы замолчали?

— Это какая-то чушь… Этого не может быть.

— Копия пленки уже ушла к военным, и, возможно, в этот момент она находится в руках генерала армии Панкратова… Плюс мы созвали пресс-конференцию, как вы того и желали, и готовы продемонстрировать пленку там всем желающим.

— Зачем вы мне все это говорите?

— Только для того, чтобы показать, сколь широко мы готовы представить наши доказательства.

— Мне нужно время для консультаций.

— Его у нас нет.

— Есть. Пока еще есть… Я вам не верю.

— И запомните: какой бы ни была истинная цель вашей акции, в новых условиях она теряет смысл.

— Зачем вы мне это говорите?

— Время. Его осталось очень мало. Пленку я готов показать где угодно и кому угодно. Мне нужны коды!

— Мы вам сейчас перезвоним.

— Я в этом не сомневаюсь. Время. У нас его почти не осталось.

* * *

— Товарищ генерал, снова вас…

— Опять они?

— Никак нет. Генерал армии Панкратов.

— Давай.

Дед взял трубку и, закуривая очередную Соболевскую сигарету «ЛМ», тихо проговорил:

— Уши, уши, «заячьи уши»…

Потом его голос зазвучал спокойно и приветливо — по другую сторону телефонной линии находился старый боевой товарищ:

— Анатолий Иванович? Толя? Привет тебе, дорогой…

— Паша, срочно приезжай ко мне.

— Я не могу, у меня сейчас этот самолет.

— Я только что просмотрел твою пленку, Паша.

— Да? Ну и как тебе?

— Давай срочно приезжай. Случилось еще кое-что…

— Не могу. Жду звонка — мне должны сообщить коды отключения бомбы… Надеюсь, что сообщат.

— Если ты хочешь посадить этот самолет, срочно приезжай. Не телефонный разговор, Паша.

— Ладно, прикажу перекоммутировать все звонки на мобильную связь.

— Дело твое. Только давай срочно.

* * *

КОДА ОТКЛЮЧЕНИЯ БОМБЫ ВСЕ ЕЩЕ НЕТ.

Бомба находилась на первом этаже аэробуса, в грузовом отсеке рядом с кухней. Небольшая коробочка с электронным табло, где светились часы, минуты и секунды… Впрочем, часов уже не было, оставалось 59 минут и бешено убывающие секунды — время, их ускользающее время, отсчет в обратном порядке. Под электронными часами — квадратик, десять кнопочек от "1" до "0", ключи управления бомбой. В правом углу — тускло горящая красная лампочка — бомба включена. Если лампочка погаснет, электронные цифры перестанут убывать, часовой механизм остановится. Вокруг корпуса — обмотка антенны, видимо, там еще встроен слабый передатчик. Если, конечно, то, что они видят перед собой, — действительно бомба… Ворон помнил предупреждение: к бомбе не прикасаться плюс пользоваться ключами можно лишь один раз — в случае набора не правильной комбинации бомба может сработать.

— По-моему, это не бомба. — Зелимхан смотрел на тускло светящийся убывающими цифрами блок.

— Да, — улыбнулся Ворон, — это пожиратель времени. Но я все же назвал бы это бомбой.

— Этот блочок скорее всего пульт управления, но сама бомба где-то в другом месте. Слишком он маленький: приемник-передатчик, часовой механизм, взрыватель, взрывчатка, даже если пластиковая, еще что-то… Все это здесь не уместится.

— Я согласен, — невесело кивнул командир экипажа, — но мы проверили весь самолет, как вы понимаете, у нас на это было почти четыре часа, — нигде нет.

— Снаружи?.. А? — Стилет снова присел над блоком — цифры продолжали бежать. — Снаружи самолета? А это — радиосвязь…

— Думаю, что так оно и есть.

— Бомба срабатывает на изменение высоты, следовательно, на «давление». Возможно, мембранное устройство, замыкающее взрыватель, альтиметр или что-то в этом духе, но находиться это должно только снаружи.

— Совершенно верно, — вздохнул командир экипажа, — только хочу вас расстроить — мы проверили все, к чему в принципе возможен доступ.

— А к чему невозможен?

— Послушайте, капитан, то, что вы здесь, — это уже на грани возможного. Я понимаю вас — мы все когда-то смотрели фильм «Экипаж», но, увы, — это только кино. Чудес не бывает. К чему доступ невозможен — к тому невозможен. И скорее всего бомба находится именно там.