Вольные стрелки - Михаил Нестеров

Но что мог написать, пусть даже на прощанье, сам Цыплаков, окажись он на месте Гриневского? Ведь он лишь с недавнего времени стал понимать его, и доказательство того – стиль, который он перенял у Грина.

Своего на ум ничего не пришло, а вот слова самого Грина прозвучали в голове Цыплакова, как наяву. Это были слова об измененных правилах в шахматах, когда фигуры противника переходят не на край доски, а становятся на сторону победителя. Это и слова Сергея Харламова: «До поры до времени нельзя понять, какую цель преследует генерал Разлогов. Она становилась видимой только тогда, когда вмешаться в процесс просто невозможно».

Так и случилось. Пусть даже и помимо воли самого генерала.

Цыплаков оставил шефа один на один с его мыслями и вышел в опустевший офис. Присев за один стол, он написал на листе бумаги: «Все ушли на фронт». За другим – «Закрыто на карантин». А вот и стол Ипатьевой. Он присел на краешек, недолго думая, «отправил» Светку в отпуск: «Временно освобождена от работы».

Вчера Павел защищал Шелковую Моль, но почему он это делал, объяснить смог только сейчас. Ведь все эти долгие дни Цыплаков только и делал, что искал своего контролера, ему был нужен «меченый атом», товарищ по несчастью, чтобы в паре с ним найти выход из этого беспросветного положения. Она пришла бы на выручку, если бы у него что-то пошло наперекосяк. Сама об этом сказала. И как же он забыл об этом?

Не мешкая, Павел снял трубку телефона и набрал знакомый номер. Один гудок, второй, третий; наконец Светлана сняла трубку:

– Да? Алло!

Она снова безупречно скопировала Цыплакова. И снова тихонько рассмеялась в трубку:

– Ты где?

– В магазине, – соврал Цыплаков. – Присматриваю тебе подарок: шторку в душевую.

Он не стал беспокоить человека в инвалидной коляске – пусть пишет – и тихонько вышел из конторы.

* * *

«Наше агентство, у истоков которого стоял экс-министр обороны Сергей Харламов, редко называли Следственным комитетом военной разведки. Сами себя мы называли «люди-Х». Наши потенциальные клиенты – военные преступники. Однажды нам пришлось столкнуться с необычным врагом... Называли себя «вольными стрелками». Чем окончилось это противостояние? Нашим поражением. Потому что они видели цель перед собой, а мы слепо шли по пересеченной местности, навстречу расплывчатому пятну под названием «светлое будущее». По сравнению с ними, «вольными стрелками», мы были «вольными хлебопашцами», освобожденными от крепостной зависимости – по аналогии с выводом нашей организации из-под Минобороны.

Меня искренне удивил тот факт, что общество «вольных стрелков» сохранилось до наших дней. Я говорю именно об обществе, а не о силе духа. И сейчас я готовлю свой последний доклад в должности руководителя «комитета» на имя Сергея Харламова, в котором попробую изложить соображения об организации отряда «российских франтиреров». Но на практический успех надежды мало: подчинить их, к примеру, министру, как пыталось это сделать правительство национальной обороны Франции, невозможно. На то они и «вольные стрелки», робингуды на все времена».