На линии огня - Александр Тамоников

Время ожидания длилось медленно. Бойцы словно растворились в лесу, и пройди через место размещения группы человек, не имеющий специальной подготовки, он ничего подозрительного не заметил бы. Только ужин вызвал оживление. Наконец, стрелки часов подошли к отметке 22.00. Черников приказал связисту вызвать командиров отделений. Те прибыли незаметно и бесшумно.

— Внимание, товарищи офицеры! Мы работаем, как известно, по данным, полученным от агента, внедренного в банду. Но так ли они достоверны, как считает вышестоящее командование? В этом стопроцентной гарантии нет и быть не может. Посему мы просто обязаны провести собственную разведку, в том числе и по направлениям нанесения по банде главного удара, который должен решить исход операции. По утвержденному Катаевым плану задача первой группы — выйти через балку в основной, центральный лесной массив, и далее на рубеж штурма с юга. Второе отделение обходит лагерь боевиков слева и выходит к нему с запада, третье отделение блокирует объект с востока и перекрывает отход отдельных бандитов на север. Отсюда определяются и задачи разведчикам. На каждом из указанных направлений, по данным агента выставлены одиночные дозорные посты «духов». В первую очередь разведка должна зафиксировать точное их местонахождение и определить вариант снятия вражеских дозоров. Далее разведчики должны выйти непосредственно к лагерю и посмотреть, соответствует ли реальности схема размещения на объекте «духов». После доклада бойцы разведки должны отойти к постам. Они должны снять перед штурмом часовых. Ближайшая задача понятна?

Офицеры ответили, что им все понятно.

— Нет никакой надобности напоминать, что к лагерю должны пойти наиболее опытные офицеры, — отметил Черников. — Кто конкретно, на ваше усмотрение. Разведка должна приступить к выполнению задачи в 22.30. Связь поддерживать со мной постоянно, используя импульсные средства связи малого радиуса действия, что исключит пеленгацию радиостанций и перехват переговоров. Разведка должна быть проведена до 2.30. Как только получим ее результаты, начнем подвод отделений на рубеж штурма, порядок проведения которого я определю непосредственно перед началом третьего этапа операции. Вопросы?

За всех ответил командир первого отделения майор Волин:

— Какие могут быть вопросы? Все предельно ясно. Работаем по стандартной схеме.

— Пока по стандартной, дальше видно будет. Если нет вопросов, все свободны!

Офицеры так же быстро и бесшумно, как появились, исчезли в лесу.

В 22.30 доложили, что разведка пошла к объекту. Черников потребовал связь с Москвой. Вызвал полковника Катаева.

— Первый, я — Шторм!

— Что у тебя?

— Начали второй этап операции.

— Командование решило присвоить акции по уничтожению банды Гасана кодовое название «Лесной пожар».

— Ясно. Пусть будет «Лесной пожар», лишь бы он на бумаге таковым остался. Если в действительности вспыхнет лес, уходить из него будет непросто.

— Вернемся к теме.

— Разведка в 22.30, как и было запланировано, начала работу.

— Что ж, пока все идет по плану. По докладу агента, в лагере Гасана все спокойно.

— Что-то разговорился агент после почти полугодового молчания, вам не кажется?

— Это не наше дело.

— У меня на этот счет другое мнение. И вопрос: почему по лагерю агент информацию сбросил, а по обстановке в Хубачах, — нет? А там полно мужчин, и все они наверняка вооружены. В то, что их земляк, известный полевой командир Доку Курбанов, не имеет на них никакого влияния, верится с большим трудом.

— Я понял тебя. Попрошу узнать обстановку в ауле.

— Стоит ли напрягать агента? Так его и до провала довести можно.

— Но тебя же беспокоит ситуация в Хубачи?

— А также во всех близлежащих населенных пунктах и за перевалом. Но все учесть невозможно, так что план планом, а решать задачу все одно придется по обстановке.

— Ты прав. По результатам разведки и о начале третьего этапа операции докладывать будешь мне!

— Есть!

Черников вернул трубку связисту. Занял позицию на окраине южного лесного массива, через бинокль начал осматривать близлежащую местность. Как ни пытался Черников найти разведчиков, это ему не удалось. К объекту действительно пошли лучшие из лучших, настоящие профессионалы своего дела. И вновь время потянулось тягуче медленно. В 23.10 на связь вышел разведчик первого отделения, капитан Овчин:

— Первый, я — двенадцатый!

— Слышу, двенадцатый.

— Обнаружен пост южного направления!

— Где он находится?

— На вершине балки, прямо на выходе из нее. Хорошо замаскирован. У часового автомат, прибор ночного видения, радиостанция. Портативная импортная, размером с сотовый телефон.

— Значит, посты имеют постоянную связь с лагерем?

— На моем направлении — да!

— Снять тихо этого абрека на посту сможешь?

— Да, но с расстояния из «Винтореза». Близко к нему не подойти. И позиция выбрана грамотно, и вокруг поста разбросаны сухие ветки. Треснет одна — и кранты, «дух» тут же откроет огонь.

— Понятно. Значит, бьешь его из «Винтореза».

Спустя сорок минут с небольшим, в 0.03, станция Черникова вновь издала приглушенный сигнал вызова.

— Первый» на связи!

— Это двадцать второй!

Командира группы вызвал разведчик второго отделения, старший лейтенант Валерий Щедрин. Он также доложил об обнаружении западного поста рядом с тропой, ведущей из глубины леса в сторону аула Хубачи. И этот пост был хорошо замаскирован и обложен сухостоем. Однако Щедрин заявил, что сможет снять часового без применения огнестрельного оружия. Черников спросил:

— А как же сухие ветки?

— Пройду и нанесу удар с тропы.

— С тропы?

— Да, как ни странно, «дух» на посту больше пасет фланги, на тропу почти не смотрит.

— Этого «духа» в 4.00 должны сменить. Другой может вести себя иначе.

— Я сниму часового. Как говорится, без шума и пыли.

— Хорошо, действуй, как считаешь нужным.

Доклад разведчика третьего отделения, капитана Владимира Камского прошел в 1.20. Это объяснялось просто: Камскому для выхода в центральную «зеленку» предстояло сделать обход почти всего восточного массива. Он доложил, что обнаружил пост у ручья; часового можно снять без шума только с расстояния.

В 2.00 все три разведчика, подошедшие непосредственно к лагерю, доложили о том, что расположение землянок, блиндажа, палатки и бункера соответствует схеме агента. Боевики отдыхают, только в блиндаже слышен какой-то шум. Он объяснился через десять минут, когда часовой внутри лагеря вывел из блиндажа трех женщин и провел их к бункеру. Главари банды закончили оргию с рабынями. А то, что их было трое, говорило о том, что Курбан этой ночью не пошел в аул. Следовательно, ожидать его возвращения не приходилось, что значительно облегчало спецназу выполнение основной задачи операции «Лесной пожар». С другой стороны, возникал вопрос, почему Доку Курбанов остался в лагере. Но очевидно если бы боевики ожидали нападения и подготовили засаду, то они до двух часов с рабынями не развлекались бы.