За нами Россия - Сергей Зверев

Товарный поезд продвигался вперед. В кабине товарняка находились двое — машинист и сменщик.

— Слушай, Анджей, а что мы все же везем? — продолжал начатый ранее разговор сменщик. — Уж больно много американцев в поезде. Такое ощущение создается, что Штаты всех своих военных к нам переселяют, — улыбаясь, добавил он.

— А бог его знает, но, судя по охране, это что-то очень важное, — ответил машинист. — Да нам-то что! Что бы это ни было, нам за доставку неплохую доплату обещали.

Изменения действительно произошли, и немалые, поскольку ночью к их составу подцепили еще несколько вагонов, включая и вагон с оборудованием для ПРО.

— А все же, что это может быть? — не унимался любопытный коллега, строя догадки.

— Может, золото, — задумчиво проговорил машинист. — Во всяком случае, с такой охраной я еще за свои тридцать лет работы ни разу не ездил.

— Ну, это вряд ли, чтобы Америка так расщедрилась — выделить нам несколько тонн, — хихикнул сменщик.

— Да не нашего это с тобой ума дело! — посмотрев на напарника, сказал машинист. — Главное, чтобы премию выдали.

— Так до этого еще дожить нужно! На дворе-то еще только начало месяца, — заметил сменщик. — Нет, наверное, все-таки оружие везем, — не закрывая темы, продолжал он. — Теперь об американских ракетах все только и говорят.

— Дался тебе этот вагон. Иди вон, у военных поинтересуйся, — ухмыляясь, посоветовал машинист. — Они тебе все объяснят, расскажут.

— Еще чего придумал! Что я, враг своему здоровью? У них разговор короткий. А потом сиди, объяснительные пиши на тему: «с какой целью интересуетесь государственной тайной»?

— Точно! — У машиниста аж слезы на глазах навернулись, так его рассмешила шутка напарника, которого он представил себе именно в таком качестве.

— Главное, чтобы не радиоактивную какую-нибудь штуку, мне еще мой детородный орган пригодится! — поддерживая его, хохотнул сменщик.

— Куда уж тебе, остановиться давно пора, и так наплодил четырех! — толкнул его в бок машинист. — Внуки скоро пойдут, а ты все от других баб взгляда не отводишь. Седина в бороду — бес в ребро, как говорится! Смотри, узнает твоя Анеля, в какие ты рейсы ночные ходишь… Я тебя вечно прикрывать не буду! — продолжал он подкалывать товарища.

— Не узнает, — махнул тот рукой. — Ты же не выдашь.

— Ага, небось уже рельсы ко всем ее подругам проложил? — не унимался машинист.

— Сам не лучше! Кто на прошлой неделе нашу бухгалтершу в подсобке щупал, не ты ли?

— Было дело! — вспомнив пышные формы женщины, развеселился Анджей. — Она баба вроде сдержанная, но когда разойдется, то только держись. Мне даже страшно становится. Она мне…

Внезапно он заметил впереди красный сигнал семафора.

— Это еще что такое? — возмущаясь, машинист начал потихоньку притормаживать товарняк, поскольку по инструкции он был обязан остановиться.

— Может, случилось чего? — также недоумевал его напарник. — Странно…

Однако рация поезда молчала.

Буквально через десяток секунд над составом завис польский военный вертолет, в кабине которого находились помимо пилотов еще трое бойцов «Грома» в полной боевой готовности, присланные на случай возникновения непредвиденных обстоятельств. Вертолет кружил в воздухе, с него рассматривали, что творится внизу.

Из вагона выпрыгнули военные, сопровождающие груз. Четверо, сразу переходя на бег, направились к кабине машиниста — выяснить причину остановки. Оставшиеся восемь бойцов подошли к дощатому неприметному вагону и заняли круговую оборону.

Подбежавшие к голове состава, явно не были расположены шутить.

— Почему остановились? Кто разрешил? — спросил старший охраны, здоровяк с загорелым лицом.

— Не имею права ехать, инструкцией запрещено, — произнес машинист, указывая рукой на красный сигнал.

В кабине управления вдруг ожила рация. Оказывается, диспетчер и сам не знал, в чем дело. Если верить системе, получалось, что по ветке проследовал непонятно откуда взявшийся поезд. Проследовал и внезапно исчез. Машинист объяснил причину остановки, после чего повернулся к военным.

— Пока не разберутся, в чем дело, — дальше не поедем. Нужна команда диспетчера. Если же причина в элементарном сбое работы оборудования, тогда я имею право двигаться дальше. Пусть даже и на красный сигнал, но с минимальной скоростью, — зачитал он наизусть вызубренный отрывок из правил.

— Черт знает что! — возмущенно проговорил офицер и, махнув рукой, приказал солдатам следовать за ним. Сам же направился назад в вагон, для связи с командованием.

Тем временем польский военный вертолет переместился к деревянному вагону, который охраняли солдаты. Здесь винтокрылая машина зависла прямо над ним, прикрывая таким способом с воздуха.

За происходящим из леса, сидя на мотоцикле, наблюдал Батяня. Он спрятался за одним из разросшихся, пышных кустов, и его совершенно не было видно. Раздвинув ветки, майор внимательно осматривал интересующую его часть поезда.

«Значит, вот этот вагончик нам и нужен!» — отметил Лавров про себя, видя концентрацию военнослужащих. Висящий вертолет не менее красноречиво подтверждал то же самое.

— Ну что, господа хорошие, сюрприз вам сейчас будет… — хмыкнул Батяня, достав из куртки мобильный телефон, набрал номер.

Военные тем временем уже несколько сбавили бдительность. Первые опасения, что вслед за остановкой последует нападение, рассеялись. Придавало уверенности и наличие вертолета. Будущее виделось примерно таким. Вот-вот недоразумение выяснится. Красный сигнал семафора сменится зеленым, и состав продолжит движение.