Сирийский гамбит. Операция "Мертвая рука" - Александр Полюхов

«Целью атаки на Сирию является её ликвидация как суверенного государства и существенное изменение расстановки сил в регионе.

A. Сирийская армия должна быть сокращена до 50 тысяч человек. Под руководством США на территории Иордании утилизируются сирийское химическое и биологическое оружие, ракеты и средства ПВО. Дамаск должен порвать с „Хезболлой“ и с палестинским сопротивлением. Сирийский режим должен быть исламским, а не гражданским.

Б. „Новая Сирия“ должна отказаться от претензий на возврат оккупированных Турцией земель (район Лива Искендерун) и передать Турции несколько пограничных селений в провинциях Идлеб и Алеппо, выдворить из Сирии членов Рабочей партии Курдистана и выдать Анкаре тех из них, кого преследуют турецкие власти.

B. Закрывается вопрос о Голанских высотах: Сирия и Израиль должны подписать соглашение о мире под эгидой США. Дамаск обязан дать разрешение на прокладку через свою территорию водопровода, связывающего плотину Ататюрка в Турции и Израиль.

Г. Катар и Объединенные Арабские Эмираты займутся восстановлением Сирии после завершения конфликта в обмен на привилегии в добыче нефти и газа на территории страны и на шельфе Средиземного моря у её берегов. Сирии предписано разрешить Катару провести газопровод через свою территорию в Турцию и оттуда в Европу.

Д. Предусмотрено аннулирование соглашений Сирии с Россией и Китаем в сферах вооружения и разведки нефти и других природных ресурсов, а также общее замораживание отношений с Ираном, Россией и Китаем».

Планы «друзей Сирии», и без того очевидные, окончательно прояснены, задачи поставлены, дивиденды распределены между Турцией, Израилем и монархиями Персидского залива. Оставалось покончить с независимостью Сирии и «уговорить» Россию, КНР и Иран заткнуться. Поскольку круг «друзей» включал США и союзников по НАТО, то понятно, почему Президент колебался относительно операции «Шиа». Григ же не претендовал на место в большой политике, он решал свою задачу: «Делай, что должен, и пусть будет, что будет».

Артур крепко спал, уткнувшись в подушку, когда сильная рука сжала горло. Попытался вскочить или, на худой конец, повернуться – не вышло. Запах от напавшего шел тошнотворный: проще говоря, воняло как от борова из соседней деревни. Непонятно, как человек проник в закрытую дачу, понятно – не с добрыми намерениями.

– Ладно, живи, – прозвучал знакомый говор – «Борец» так и не смог освоить московский диалект. Хватка ослабла. – Одевайся, а то голый лежишь, как педик.

– Доброе утро, – невпопад отреагировал парень, лихорадочно натягивая джинсы.

– Пожрать есть? Приготовь и перетрем.

– В чем дело?

– Поедем в город, замнем скандал с бойфрендом Литвиновой.

– Отлично! Спасибо!

– После благодарить будешь, – «Борец» стер улыбку с лица Артура.

В стильных и чистых стенах Лаборатории Степан и Вяземский-младший никак не могли втянуться в работу: сюжеты о взрыве в московском аэропорту и десятках жертв непрерывно мелькали на экране ТВ и в сети.

– Вот сволочи! – Никита с трудом удерживался в рамках нормативного русского. – Задушил бы! Наверное, те же гады, что меня похищали. Зря им тогда заплатили выкуп – они на эти деньги теракты устраивают.

– За твою свободу пришлось платить?

– Спецы отцу посоветовали. Меня отпустили, похитителей арестовали, а среди них опер одной из спецслужб. Потому не верю ни МВД, ни ФСБ. Нет там порядочных людей.

– Не скажи. Мой батя их крепко щучит, – проговорился и тут же замолк Степан.

– Он – чекист? – обомлел Никита. – Не знал.

– Папа действует, так сказать, в мировом масштабе, если ты понимаешь, о чем я.

– Разведчик?

– Ага. Хотя на пенсии.

– Ладно, проехали. Что делать-то в такой день?

– Жить. Работать. Любить. Много и интенсивно. Это – наш ответ террору. Враги хотят вселить в нас страх и апатию. Если поддадимся, они одержат победу. Давай, затачивай свой фрагмент программы. Хватит трепаться.

Старпом с радостью читал шифровку: Центр информировал, что новая плавучая мастерская готовится к выходу из Севастополя и что намечаются маневры кораблей Балтийского и Черного флотов для «отработки совместных действий» в Восточном Средиземноморье. А главное – прибывает группа морпехов, восемь штыков – маловато, конечно. Однако, в итоге в Тартусе будут два офицера ГРУ и боевое отделение: реальная сила, хотя и скромная. Можно крепко дать по зубам, опираясь на информацию от агентов-алавитов о раскрытой явке исламистов – штабной вилле. Если поступит приказ, в чем флотский разведчик весьма сомневался.

«Как там жена? Как носит сынулю под сердцем?» Попов решительно отогнал воспоминания о доме, куда предстояло попасть не скоро. Иначе слезы навернутся, а раскисать нельзя – рядом враг. Подлый и сильный. И мужчина начал чистить пистолет Макарова: больше на пыльном пятачке ПМТО развлечений нет. Экипаж, правда, тайком играет в карты и смотрит порнуху. Раньше еще выпивали втихую, однако, нынче в город за спиртным не выйдешь – опасно. Только сам разведчик изредка рисковал появляться за забором. Одетый по местной моде, загоревший до черноты, изрядно похудевший, и всё же отличавшийся от арабов, он вынужденно проводил оперативные мероприятия на территории порта, среди контейнеров и складов. Там разведчик знал каждый закоулок, каждое удобное место для встречи, закладки тайника или моментального обмена информации на деньги. Помогал и мобильник, хотя сеть работала с перебоями и могла прослушиваться противником. Поэтому предпочитал пользоваться Bluetooth – действует на коротком расстоянии, но посторонним трудно перехватить передачи.