Афганский полигон - Сергей Кулаков

– Но он оказался жив?

– Как видите.

– Оживший покойник? – недоверчиво усмехнулся второй агент.

Роман лишь развел руками.

– Почему вы считаете, что это он? – истомившись молчанием, вмешалась Эдвардс.

– Да, – поддержал ее высокий. – Изображение очень плохое, к тому же на Смите парик и очки. Вы могли ошибиться.

– Мог, – согласился Роман. – Но не в этом случае.

– Поясните.

– Во-первых, я просмотрел видеозапись встречи Смита с генералом Фахимом и опознал его по характерным жестам и особенностям телосложения. Вы понимаете, о чем я говорю, господа.

Оба агента милостиво наклонили головы. Но Роман видел, что они далеко не убеждены.

– Во-вторых, – продолжал он, – у меня есть второй снимок мистера Смита. Тот, который я забыл показать капитану Эдвардс.

У Линды губы сами собой стянулись в две узенькие полоски. Но Роман смотрел не на нее, а на агентов. И то, что она буквально вбуравилась в него глазами, его сейчас нисколько не волновало.

– Где же он? Одну минуту…

Роман, повозившись для пущего эффекта, небрежно достал из карману сложенный вчетверо листок бумаги, развернул и протянул высокому.

– Как видите, здесь изображение получше.

По лицам агентов было видно, что Роману удалось их заинтриговать. Они внимательно изучили снимок, по очереди покосившись на Линду.

Она стояла в сторонке, молча дожидаясь, когда ей дадут снимок, и напоминала завалившую экзамен студентку. Роман тоже покосился на нее, и в этом свете она ему очень понравилась. Но, понятное дело, сейчас он должен был думать о другом.

Завладев листком, Линда посмотрела на снимок и скептически улыбнулась.

– Что вас насмешило, капитан Эдвардс? – строго спросил высокий агент.

– Изображение здесь в самом деле более четкое, – пожала плечами Линда, передавая листок полковнику Дэвису, который давно исполнял роль статиста при этом разговоре. – Но Смит все в том же парике и темных очках. Его лицо скрыто почти на треть. Где гарантия того, что это именно ваш Крохин, капитан Морозов? К тому же если бы Крохин остался жив, он наверняка изменил бы внешность посредством пластической хирургии. В таком случае, его вообще невозможно было бы узнать. Не так ли?

В голосе Линды слышалось торжество победителя.

– Так, дорогая Линда, – согласился Роман.

Глаза Линды опасно блеснули, но она сдержалась. Не хотела устраивать семейную сцену при посторонних. К тому же она явно положила Романа на обе лопатки и могла не обращать внимания на его жалкие потуги вывести ее из себя.

– Не доверившись своей зрительной памяти, – между тем продолжал Роман, – я по мобильной связи отослал этот снимок в свое Управление. Пока вы тут совещались, господа, наши специалисты провели идентификацию снимка. И со стопроцентной гарантией подтвердили, что это – Виктор Крохин. Так что ошибка исключена.

Touchi. Или, по-русски, туши свет. На Линду лучше было не смотреть. Студентка не только завалила экзамен, но и вылетела из института. В принципе Роман не хотел, чтобы она так катастрофически воспринимала свой проигрыш в этой схватке. Но тут были какие-то тайны женского сердца, которые разгадывать ему пока было недосуг.

Но спецагенты были крепкими орешками. Если они имели эмоции, то умели прекрасно их скрывать.

– Хорошо, допустим, это Крохин, – сказал высокий. – Но что из этого, собственно, следует?

– Я уже обрисовал вам вкратце, кто такой Крохин. Позвольте добавить еще несколько слов. Он весьма амбициозен. Я уверен, что одними поставками оружия он не довольствуется. В Багдаде он поставлял боевикам похищенное с российских складов тактическое оружие и одновременно готовил широкомасштабную диверсию, направленную на свержение существующей власти. Тогда я сумел помешать ему. И был уверен, что он погиб. Но, как видите, он остался жив. И действует в прежнем русле. Я думаю, он приобрел эти ракеты для очередной диверсии. Или теракта, что не меняет сути. Его надо остановить как можно быстрее. Пока он думает, что не узнан, есть шанс приблизиться к нему. В том случае, если ему удастся ускользнуть, последствия могут быть самыми ужасными.

Когда Роман закончил говорить, в помещении на целую минуту установилась полная тишина. Заявление было сильным. Даже агенты, и те заметно стушевались. Поиск исчезнувших ракет автоматически превращался в поиск мистера Смита – опасного террориста. Жизнь это отнюдь не облегчало, и здесь было над чем задуматься.

– Насколько я понимаю, – медленно сказал высокий, – вы хотите найти вашего Крохина?

– Я хочу помочь вам найти Смита, – уточнил Роман.

– Пускай так. Но для этого вы должны войти в состав нашей группы.

– Всего лишь вернуться, – снова сделал уточнение Роман.

– Это невозможно, – покачал головой высокий.

– Почему?

– Вы сами знаете.

– Послушайте. Я понимаю, что вы не желаете привлекать постороннего к дальнейшему поиску ракет…

Высокий наклонил голову.

– Но ведь я уже продемонстрировал, что могу быть полезен. Кое-что мне удалось для вас сделать, не так ли? Думаю, что в поисках Смита я также смогу вам пригодиться.

– Вряд ли, – отозвался высокий. – Его портрет у нас есть, а как обращаться с террористами, мы знаем.

– Его портрет мало что дает, – возразил Роман. – Стоит ему снять парик и очки и, скажем, приклеить бороду, как опознать его вы не сможете. Это могу сделать только я, поскольку уверен, что узнаю его в любом обличье. В том числе и по голосу. Поэтому, отказываясь от моих услуг, вы рискуете навсегда потерять Смита. Чем это может обернуться, я уже говорил.

Высокий задумался. Он был старшим группы, и ему предстояло принять решение.

Очень непростое решение.

– Что скажешь, Линк? – обратился он за советом к своему напарнику.

– Скажу, что капитан Морозов прав, – сказал Линк. – Если мы выпустим этого Смита, да еще с нашими ракетами, нас могут ждать большие неприятности…

– И дальше?

– Не знаю, Рэйв, – замялся Линк. – Но если он так хорошо знаком со Смитом, его помощь нам точно не помешает.

– Ясно, – кивнул Стив. – Капитан Эдвардс?

Роман, чьи ставки потихоньку росли, напрягся. Сейчас ему все припомнят.

– Без капитана Морозова нам придется нелегко, – заявила Линда. – Его личное знакомство со Смитом могло бы существенно помочь нам.

Вынося свой вердикт, она смотрела строго на Рэйва. До благодарности, вспыхнувшей в глазах Романа, ей не было никакого дела. Как и положено настоящему профессионалу, для нее результат был превыше всего. По крайней мере, такое мнение должно было сложиться у окружающих.