Бой после победы - Александр Тамоников

— Не сомневаюсь!

Задал вопрос Ветров:

— Какую роль в поиске и освобождении Доронина отводит нам Шах?

Чакаев ответил:

— Об этом он сам вам скажет. К утру ожидаем его прибытия сюда. А пока пойдемте. Экипируетесь, выберете оружие, отдохнете с дороги. Видок у вас, надо признать, не самый лучший!

Николай вставил:

— Ты бы почти сутки без сна провел, посмотрел бы я на твой видок, капитан!

— Ты прав! Идем!

Группа Горшкова, ведомая капитаном Чакаевым, направилась в лес, в запасной район дислокации отряда спецназа «Удар». Вертолет же отправился обратно в Ростов.

Передав ребят заместителю, Чакаев вызвал Расанова:

— Первый! Я — Тропа! Гостей из России встретил!

Шах ответил:

— Хорошо! Скоро будем и мы с Рябовым!

Чакаев отключил станцию.

Шах в своем кабинете хотел сделать то же самое, но прошел сигнал вызова. Разведчики, посланные в район расположения базы бандитов, в селение Лебеда, благополучно высадились в пятнадцати километрах от объектов. Расанов приказал продолжить выполнение поставленной задачи.

В 12.10 зашел начальник штаба:

— Шах, маяк вот уже пятнадцать минут подает знак, находясь в стационарном режиме.

— Машина прибыла в конечный пункт?

— Да! Сигнал идет из квадрата, где, по информации Рамазана, находится база Шамиля.

— Отлично! Отключай маяк!

— Может, еще понаблюдаем?

— А смысл? Все, что надо, мы узнали. Вырубай систему слежения.

После ужина полковник вызвал к себе командира резервной и в то же время ударной группы, состоящей из российских десантников, майора Рябова. Тот прибыл сразу же и спросил:

— Когда пойдем?

— В 23.00! А до этого проверь коллектор. Вдруг о нем пронюхали бандитские наблюдатели? Не хватает в канализации вести бой!

— Понял, Шах! Вышлю группу в подземелье.

— Только аккуратно, Андрюша, аккуратно!

— Ясно! У меня тоже отстреливаться, лежа в дерьме, особого желания нет!

— Давай, свободен!

Ровно в 23.00 Шах и Рябов спустились в коллектор. Ориентируясь по схеме системы канализации, медленно двинулись вперед. На переход ушел час. В полночь офицеры вышли наружу, оказавшись во дворе разрушенного и нежилого четырехэтажного дома. Скрываясь от постороннего взгляда, вышли к площади у железнодорожного вокзала. На ней стояли три машины, «УАЗ» и «ГАЗ-66» с эмблемой комендатуры, а чуть сзади темная «Нива». Расанов применил прибор ночного видения. Берет на голове водителя «Нивы» увидел сразу, но оптика изменила цвет, что в принципе было неважно. Подав сигнал подчиненному, Шах вышел на площадь. Офицеры не прошли и пятидесяти метров, как их окружил патруль. Начальник патруля, старший лейтенант, приказал спецназовцам поднять руки вверх. И только после этого спросил:

— Кто такие, что делаете ночью у вокзала?

Шах задал встречный вопрос:

— Ты в Грозном недавно, старлей?

Начальник патруля пригрозил:

— Ну ты еще повякай у меня! Быстро в расход пущу!

Рябов произнес:

— Ты, мальчик, перед тем как грозить, документы проверь, или с тобой не проводили инструктаж в комендатуре?

Старший лейтенант зло приказал патрульному:

— Сержант, обыщи этих гуляк. Документы мне.

Вскоре удостоверения спецназовцев были у него в руках. Узнав, кого арестовал, старший лейтенант залепетал:

— Извините, товарищ полковник и товарищ майор! Но кто бы мог подумать, что вы без сопровождения открыто ходите по городу!

Расанов усмехнулся:

— По-твоему, мы ползать по Грозному должны? Документы обратно!

Начальник патруля протянул старшим офицерам особого отряда, о подвигах которого, несмотря на недолгое время, проведенное в Чечне, был уже наслышан, удостоверения, продолжая извиняться.

Рябов хлопнул его по плечу:

— Да что ты заладил одно и то же? Извините, простите. Бог простит! Надеюсь, мы с полковником можем идти?

— Да, да, конечно!

Расанов с майором подошли к «Ниве». Из нее вышел чеченец лет тридцати в красном, теперь это отчетливо было видно, берете. Водитель спросил:

— Пассажиры до Антары?

Шах кивнул:

— Угадал! Едем?

— Без проблем! А чего к вам патруль прицепился?

— А черт их знает! Служба такая! Но если этот старший лейтенант налетит на настоящих боевиков, то и себя погубит, и наряд положит. И почему их в комендатуре как следует не инструктируют? Надо бы коменданту сообщить, а то быть беде!

Водитель неожиданно заверил, заводя отечественный внедорожник:

— Сообщу. Я служу в комендатуре. А эти, — он указал на патруль, проверявший спецназовцев, — неделю как прибыли. Обучать некогда, людей не хватает, но вы правы, надо инструктировать лучше!

Расанов с Рябовым устроились на заднем сиденье «Нивы». Водитель устроился поудобнее и вывел «Ниву» с площади на улицу, выходящую из города.

Под Антарой подразумевалось селение, расположенное в километре от лесного массива — запасного района отряда «Удар».

Только прошли блокпост, как спутниковая станция издала сигнал вызова. Полковник ответил:

— Первый на связи!

— Я — Тропа-4! Наблюдатель за домом в селе Лебеда! Только что из леса в дом прошел мужчина. Дверь открыл сам! В здании светится одно окно! Момент! Свет погас!

Шах произнес:

— Ясно! А теперь, разведчик, слушай меня внимательно. Следишь за домом. Рано утром, до рассвета скорей всего, мужчина, что явился в дом, пойдет обратно. Аккуратно следуешь за ним, предупредив о своих действиях напарника, чтобы тот не оказался случайно на пути у этого мужчины. Он боевик из лагеря Шамиля. Твоя задача — узнать, каким образом бандит проникнет на территорию базы. Это очень важно! Смотри, не упусти его! Как понял?

Разведчик ответил:

— Понял, командир! Не волнуйся, я не упущу бандита!

А через два часа, в 2.30, Шаха вызвал второй наблюдатель. Тот, который отслеживал обстановку внутри лагеря Шамиля:

— Первый! Я — Тропа-5!

Расанов вновь поднес станцию к щеке:

— Слушаю тебя!

— Только что лагерь покинул отряд в 20 человек! Вышли через полевой контрольно-пропускной пункт.

Шах встрепенулся:

— Двадцать человек, говоришь? Куда направились? В сторону Ачхой-Мартана?

— Нет, пошли к перевалу!