Под личиной - Виталий Гладкий

Потоптавшись возле норки, мышь, как показалось Андрею, посмотрела на него с укоризной и скрылась в своем подземном жилище.

Юноша встал и почувствовал, что нога болит уже не так сильно, как вечером. Это открытие обрадовало Андрея. Он оделся и снова, как ночью, подошел к двери. И невольно удивился – мужчина ее не замкнул!

Андрей приоткрыл дверь и выглянул наружу. Наверное, было шесть или начало седьмого утра. Во дворе он увидел согбенную – даже горбатую – фигуру дворника, который работал метлой. Чуть поодаль, возле здания, стояли две медсестры, судя по светло-зеленым халатам, выглядывающим из-под теплых курток, накинутых на плечи. Они курили.

Осмотревшись, юноша понял, что он находится в сторожке. Значит, его спаситель сторож?

А где же он? Недоуменно пожав плечами, Андрей подошел к столу и увидел, что там лежит пакетик с заваркой и черствая булочка.

Быстро приготовив себе чай (благо чайник на "буржуйке" кипел), юноша позавтракал, съев полбулки.

Когда он мыл чашку, дверь отворилась. Мужчина приблизился к Андрею и жестом приказал сесть на кушетку. Юноша безропотно подчинился.

Мужчина начал снимать повязку, и Андрей почувствовал боль. Однако он, стиснув зубы, даже не шевельнулся, затаив стон внутри.

Юноша вздохнул с облегчением – пуля не зацепила кость и прошла навылет. Но самое удивительное: рана начала затягиваться! Это было похоже на чудо.

Он перевел взгляд на своего спасителя и, как оказалось, врачевателя в одном лице. Мужчина с сосредоточенным видом перемешивал в небольшой стеклянной банке деревянной палочкой какие-то порошки и мази.

Закончив свои манипуляции, он легкими движениями стал накладывать мазь на рану. А потом вынул из кармана свежий бинт и сноровисто перевязал ногу.

Андрей сразу почувствовал облегчение. Мазь практически моментально сняла боль и приятно холодила кожу.

Мужчина закрыл банку крышкой и положил ее в карман плаща, висевшего на гвозде у порога. Затем, сняв его, он, как обычно, жестом, предложил юноше одеться. Андрей послушался.

Плащ был великоват и совсем не грел, но другой одежды у мужчины просто не было. Он по-прежнему щеголял в своей робе, под которую поддел ветхий, заношенный до дыр, пуловер.

Одевшись, юноша обрадовался. Он решил, что мужчина ссудил его плащом по единственной причине – Андрею пришла пора покинуть гостеприимную сторожку и возвращаться домой. И не ошибся.

Мужчина и юноша вышли во двор и направились к гаражу. Там уже слышались звуки моторов и пахло выхлопными газами.

У Андрея глаза на лоб полезли, когда он увидел, какая метаморфоза произошла с его спасителем. Едва они оказались во дворе, мужчина, до этого ступавший легко и даже грациозно, вдруг сгорбился и начал приволакивать ногу.

Так он работает дворником, понял Андрей, вспомнив нескладную фигуру с метлой. Но зачем ему весь этот цирк?

Наверное, мужчина от кого-то скрывается, в конце концов решил Андрей. Это его дело. Каждый человек имеет право на личную жизнь и нечего соваться в нее постороннему.

Тем более, что только благодаря этому странному и таинственному немому (к слову, юноша уже вовсе не был так уверен в том, что мужчина не может разговаривать) он остался жив.

Они подошли к водителю "Скорой помощи", добродушному лысому здоровяку с крупным носом в красных прожилках и солидным брюшком. Похоже, ему было наплевать на автоинспекцию, и он позволял себе сто грамм даже с утра. И сейчас от него несло спиртным.

– Здорово, старина! – весело воскликнул он, увидев дворника. – Это что, твой родственник?

Дворник ответил сумрачным взглядом.

– А похож… – Водитель бесцеремонно разглядывал Андрея. – Здорово похож… Тебе так не кажется, Филя?

– Нет, – ответил Филя, водитель второго микроавтобуса. – Не похож.

Он мельком глянул на Андрея и отвернулся.

Филя, коротконогий и грустный на вид мужчина лет пятидесяти, появился из глубины гаража с банкой маринованных огурцов.

– На, – протянул он банку лысому. – Загрызи. Иначе дежурный врач опять накапает главному. Вот сволочь!

– Молодой, – сказал лысый, с хрустом разгрызая огурец. – А потому ретивый. Со временем станет шелковым. Не таких укатывали. Помнишь этого… как его… во, вспомнил! – Банана.

– Не Банана, а Илью Абрамовича, – поправил его Филя.

Они переглянулись и расхохотались. Лысый даже прослезился от гомерического смеха. Наверное, он был из тех людей, которые никогда не унывают и готовы веселиться по любому подходящему поводу.

– Он поначалу был еще тот фрукт… – Лысый вытирал слезы. – Всех забодал. Как Троцкий. А потом стал милягой. Мы с ним не одну рюмашку опрокинули.

– Ну…

– Так что и с этим справимся, – уверенно сказал лысый.

Дворник, невозмутимый как скала, прикоснулся к его рукаву и показал на Андрея.

– Понял, старина, понял. Доставим по назначению. Будь спок.

Дворник коротко кивнул, резко повернулся и вышел из гаража. Он и не подумал попрощаться.

– Мне бы такую жену, как он, – хохотнул лысый. – Я бы ей при жизни памятник поставил.

– Ага, – хмуро кивнул Филя. – Моей тоже не помешает медицинская повязка на рот. Может, еще по сто?..

– Все, абзац, я пас. Еду в город. Спецзадание. Нужно перевезти тещу главврача в новую квартиру.

– Ну и что? Подумаешь – город… Нас не проверяют.

– Это было раньше. А сейчас устроят операцию "Перехват", и шмонают всех подряд. Ладно, будь здрав.

– Пока. После работы в пивбар пойдем?

– Как чего-нибудь заработаю на леваке, так я всегда готов. Как пионер. Ты же меня знаешь. Увидимся…

Садись, парень, рядом со мной. Отправляемся.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Андрей и забрался на переднее сидение.

– Между прочим, меня зовут Иван Петрович, – сказал водитель, выруливая с гаража.

– Андрей…

– Вот и познакомились.

"Скорая" выехала за ворота, которые уже были открыты. Пока микроавтобус не покинул "Территорию", ему почему-то было неуютно. Юношу что-то тревожило, и он никак не мог понять, что именно.

Андрей не видел, что за ним пристально наблюдает дворник. Он спрятался за ржавым кузовом списанной на металлолом "Скорой" и буквально впился взглядом в юношу. В его глазах полыхал огонь какой-то непонятной страсти, похожей на безумие.

Когда микроавтобус выехал за ворота, дворник поднял голову к небу и сдавленно по-звериному зарычал.

Затем он упал на колени, обхватил голову руками, и надолго застыл в такой позе…

– Так ты точно не родственник нашего дворника? – спросил водитель.