Надейся только на себя - Сергей Кулаков

Они вошли в дверь черного хода, миновали коридоры, поднялись на второй этаж – и тут только Роман вспомнил, что у него нет ключа от квартиры.

– А ты говорил, что сам дойдешь, – торжествующе сказал Крохин, доставая из кармана ключ. – А дверь чем откроешь?

Роман только развел руками. Сделал, сделал его товарищ майор, ничего не скажешь. Отомстил за проявленную на глазах у подчиненного растерянность. Ну, ничего, один-один – счет вполне достойный, можно на нем и остановиться.

Но Крохин-то, Крохин как доволен! Так и светится. Пацан еще, хоть и старается казаться солидным бобром.

«Может, не такие мы и разные?» – подумал Роман, входя в квартиру.

Крохин прошел в кухню и взялся варить кофе. Роман как бы невзначай заглянул в турку. На двоих воды налил. Молодец Антон, вот это по-дружески.

– Сейчас кофейку попьем, и я поеду, – сказал Крохин, засыпая молотый кофе в нагревающуюся воду.

– Да не спеши, – выглядывая из-за занавески в окно, сказал Роман.

«Форд» стоял на месте. Поди, раскалился внутри, как печка. Даже мысль о том, чтобы в него садиться, вызывала у Романа болезненную реакцию. Слава богу, что Крохин не берет его с собой. Куда лучше до вечера перекантоваться здесь.

– Я не спешу, – отозвался Крохин, вооружившись ложечкой с длинным черенком. – Но надо все успеть сделать, чтобы потом не хвататься в последнюю минуту. Чистый пистолет, кстати, с глушителем, придется поискать, у меня такого нет.

– Может, это проблема? Тогда обойдемся…

– Здесь? – улыбнулся Крохин. – Нет, это не проблема. Надо подъехать по одному адресу – вот и все. Но ехать нужно на окраину. Потом еще надо завернуть домой, переодеться. Эта обувь мало подходит для лазания по крышам, – он указал на свои кожаные «американские» ботинки на толстой подошве.

– Да, лучше что-нибудь полегче и помягче, – согласился Роман. – Кстати, нейлоновый шнур тоже не помешает. Причем достаточно длинный, чтобы можно было хорошенько связать охранников. И нож надежный на всякий случай. И баллончик с нервно-паралитическим газом, причем с настоящим, а не поддельным.

– Видишь, сколько всего, – сказал Крохин, снимая турку с огня и помешивая в ней ложечкой поднявшуюся пенку. – И электронную почту надо проверить, может, указание из конторы пришло. Отчет краткий составить на всякий случай.

– Завещание написать, – в тон ему вставил Роман.

– Не помешало бы, в принципе, – заметил серьезно Крохин, разливая дымящийся кофе по кружкам. – Но мешает одна загвоздка… Бери кружку.

– Это какая же? – поинтересовался Роман, придвигая кружку к себе.

– Завещать нечего, – ответил Крохин, озаряясь победной улыбкой.

– Сдаюсь! – поднял руки Роман. – Положил меня на обе лопатки. Прошу пощады.

– Живи, – сделал великодушный жест Крохин.

«Да он вообще отличный парень, – подумал Роман. – Ему поработать со мной годик – совсем человеком стал бы. С большой буквы…»

Крохин снова нахмурился. Видимо, вернулся мыслями к предстоящему заданию. Да и Роман не отходил от него далеко, просто пытался своими шутками уменьшить напряжение. Оба они прекрасно понимали, что от успеха ночной вылазки зависит весь ход операции. Если что-то сорвется, исправить будет невозможно. То есть права на ошибку у них нет. Учитывая цену потери, на них лежала громадная ответственность. А в первую очередь на нем, Антоне Крохине, ибо он был здесь старшим и равно отвечал как за успех, так и за провал. Поэтому-то он хмурил переносицу ранними морщинами, стараясь все охватить вниманием и не пропустить ни одной мелочи.

– В Москву пока не сообщал? – спросил Роман.

– Нет, – покачал головой Крохин.

– И правильно, – кивнул Роман. – Пока нет результата, лучше информацию попридержать. Так вернее.

– Да, столько предателей вокруг! – сорвалось вдруг у Крохина с болью. – Не знаешь, кому верить, кому не верить. Все куплены и проданы по сто раз. Я даже самые невинные сведения порой боюсь сообщать, потому что вскоре о них узнают враги.

– Ты несколько преувеличиваешь, Антон, – мягко сказал Роман. – Предатели есть, но их не так много, как тебе кажется. Просто ты замотался и немного устал. И готов подозревать всех подряд. Это пройдет, как только закончится операция. Вот увидишь.

– Может быть, – послушно согласился Крохин.

Он допил кофе, загасил окурок и поднялся.

– Ладно, Роман, поеду я.

– Угу, – поднялся со стула и Роман. – Когда тебя примерно ждать?

– Думаю, часа через три управлюсь.

– Отлично. Я вздремну и к твоему приезду приготовлю что-нибудь пожевать. Готовлю я, конечно, не так, как в «Синдбаде», но кое-что умею. В холодильнике лежит мороженая курица, а по курицам я большой спец. Так что на цыпленка табака и гарнир из тушеного риса с овощами можешь рассчитывать. Нам ведь не помешает перед операцией хорошенько заправиться?

– Не помешает, – улыбнулся Крохин. – Тем более что ночь может оказаться длинной.

– Вот это верно, – поднял указательный палец Роман.

– Ты посмотри в окошко за моим отъездом, – попросил Крохин. – Я перезвоню тебе через десять минут. Если кто-нибудь увяжется следом, скажешь.

– Заметано.

Они посмотрели друг другу в глаза, и Роман ободряюще кивнул:

– Все будет нормально, Антон.

– Конечно, Роман, – улыбнулся Крохин.

Он надел очки, бейсболку и открыл входную дверь.

– Будь осторожен, – вырвалось у Романа.

Тот лишь кивнул и закрыл за собой дверь. Роман услыхал его торопливые шаги на лестнице и пошел в кухню, к наблюдательному пункту.