Кремлевский спецназ - Александр Тамоников

– Значит, мне на сиденье третьего ряда?

– Да, там окна затонированы.

– А как садиться?

– Через заднюю дверь. Через нее и выход на остановке.

Офицеры заняли место в «Тойоте», и внедорожник выехал с территории российского посольства. Александр не видел дороги. Автомобиль проехал не более километра, пару раз свернув налево и направо, и остановился.

– Ваш выход, Александр Александрович, – обратился к Тимохину Краснов с переднего пассажирского сиденья. – Отсюда пойдете по улочке назад, как раз на площадь у базара и выйдете. Удачи!

Тимохин покинул внедорожник. «Тойота» тут же рванула дальше, скрывшись за ближайшим поворотом. Александр осмотрелся. Он узнал эту улицу. Через квартал дом Ревунова, можно было бы пройти прямо к его усадьбе, но следовало идти на площадь. Конспирация. У базара никто не обратил внимания на афганца, остановившегося посреди площади. Александр посмотрел на часы. Без двух минут полдень. И тут же почувствовал, как кто-то дернул его за рукав рубахи. Тимохин повернулся. Перед ним стоял мальчишка в грязной одежде, с испачканным лицом, лет этак двенадцати. Он протянул руку.

– Тебе чего, бача? – спросил на фарси Тимохин.

Мальчишка только промычал что-то в ответ. Он был действительно глухонемой.

Александр достал из кармана мелочь и всыпал ее в маленькую грязную ладонь. Парнишка поклонился и пошел в сторону улицы, где жила семья Ревунова. Это означало, что у Реви все в порядке и встреча состоится по плану. Тимохин медленно двинулся следом за мальчишкой. Тот вскоре шмыгнул в переулок. Александр подошел к забору усадьбы агента российской внешней разведки. Калитка в заборе оказалась открытой. Тимохин вошел во двор и увидел женщину, закутанную в темную одежду. Она склонила покрытую платком голову:

– Добрый день, господин, муж ждет вас в своей комнате. Я провожу к нему.

– Добрый день, спасибо.

Разувшись, как положено, при входе в дом, Александр прошел в небольшую комнату, где на топчане лежал Ревунов.

При виде Тимохина Ревунов приподнялся:

– Извини, полковник, что не смог встретить сам, – одышка не дает совершать длительные переходы. Для меня сейчас обойти двор все равно что раньше пройти от Кайзабада до Тари-Пули. Присаживайся, будь как дома.

Несмотря на полученное ранение и долгое лечение, Ревунов улыбался.

Тимохин присел на край топчана.

– Кстати, о Кайзабаде. Наши люди видели там вчера каких-то типов.

– Глазастые у вас ребята.

– Кто-то решил восстановить фабрику?

– Почему нет? Все равно вы разнесете селение в клочья… А если серьезно, то в Пешаваре действительно рассматривается вопрос и о восстановлении фабрик, и о рабочей силе, и о проработке новых маршрутов наркотрафика в Россию. Либо через Таджикистан, либо через Узбекистан, либо через Туркмению. Слишком много сырца скопилось на складах. Его надо превратить в деньги, так необходимые талибам и для собственного обогащения, и для священной войны с неверными. Кто конкретно работает по наркоте, мне неизвестно.

– Если что, ты шепнешь нам, когда решение будет принято?

– Не вам, полковник. Ты забываешь, что мое начальство сидит в другом ведомстве…

– Разберемся. А теперь я хотел бы получить информацию по Куршеду.

– Конечно. Но для начала, может быть, чаю с дороги? Обед будет подан через час.

– Спасибо, от твоего чая не откажусь. И, знаешь, я бы с удовольствием покурил, если у тебя есть сигареты.

– У меня есть сигареты.

Агент внешней разведки позвал супругу. Вскоре та внесла в комнату поднос с чайником, пиалами, сигаретами, зажигалкой и пепельницей. Поставила на невысокий столик, подвинув к топчану, и тут же вышла.

Александр прикурил сигарету, Реви разлил по пиалам ароматный зеленый кандагарский чай.

– Значит, по Куршеду?.. Слушай же. Куршед Али, он же бывший командир полка N-ской дивизии сороковой общевойсковой армии полковник Куршин Денис Владимирович. Данные на него хранятся в архиве Министерства обороны, так что не буду останавливаться на том, где и когда он родился, учился, служил и так далее. За месяц до вывода советских войск из Афганистана, установив к тому времени связь с полевыми командирами душманов, перешел на сторону мятежников. При этом подставил охранение под пули моджахедов, а водителя застрелил лично. В общем, Куршин оказался у душманов по собственной воле. Полковника ждали, приготовив ему сюрприз. А точнее, выполнив одно из условий его перехода к «духам».

– Привезли из Союза жену Куршина?

– Бывшую жену. Куршин не простил ей ухода к другому мужчине, хотя сам согласился на развод и, будучи женатым, особой верности супруге не хранил. Погуливал полковник… что не погасило в нем ревности. Он зверски расправился с бывшей женой, а ее мужа убили на курорте люди Куршени. Дальше точной информации по перебежчику, принявшему ислам и ставшему Али Куршедом, нет. По одним данным, он служил простым инструктором в лагере для военнопленных, по другим – руководил сетью таких лагерей, по третьим – командовал спецподразделением во время противостояния «Талибана» и Северного альянса. Спецподразделением, сформированным из бывших пленных, предателей и иностранных наемников. А после ввода в Афганистан международных сил по поддержанию мира его след вообще затерялся в Пакистане. Я не разрабатывал его специально, поэтому информация довольно скудная. Но это не означает, что им не занимались другие люди.

– Из вашего ведомства? – спросил Тимохин, – или по линии Минобороны?

– Нет. Наши, как вывели войска, Куршина попросту списали.

– Тогда кто же им занимался?

– Какая разница, полковник? – усмехнулся Ревунов. – Здесь с момента ввода войск западной коалиции все смотрят друг за другом. Впрочем, еще более внимательно смотрели до ввода коллективных сил. Конкуренция – она не только в бизнесе и политике.

– У Куршина были враги?

– Были, и наверняка есть, но это неважно. У меня тоже немало врагов. Главное то, что, по моим проверенным данным, сейчас Куршед находится в усадьбе своего подчиненного, полевого командира Муатабара Акрани в селении Душбар. Если хочешь, взгляни на карту. Квадрат…, там помечено селение. Оттуда он поддерживает связь с Пакистаном – с одним из главных помощников и советников муллы Омара, Адилом Куршени. И что более интересно, с неизвестными лицами в России, а точнее, в ближайшем Подмосковье. Куршед командовал отрядом боевиков, обстрелявших американскую базу в четырех километрах от селения Адраси, нанеся американцам существенный урон. Тебе известно, с кем он вел переговоры по спутнику в Подмосковье?

– Да…

Тимохин рассказал Ревунову о захвате бандой Охотника по указанию Куршеда заложников в подмосковном пансионате и обо всем, что за этим последовало.

Ревунов, выслушав Тимохина, кивнул: