Я - телохранитель - Владимир Гриньков

– Виктор! – громко сказал Анатолий, и звуки его голоса метнулись по пустому коридору. – Я уполномочен вести переговоры! Ты слышишь меня?

«Молчание в ответ. Но он не мог не слышать, конечно…»

– Дом окружен, и тебе самому не уйти! – продолжал Китайгородцев. – Можно только договариваться! Только договариваться! Отдай мне людей, и я тебя выпущу!

– Иди, забирай их! – раздался голос из-за двери.

«Голос – злой. Просто так он не выйдет…»

– Я выпущу тебя с заложником! – пообещал Анатолий. – Но только с одним! Тебе ведь нужен только один заложник? Если их будет больше, ты с ними просто не управишься! Ты же – грамотный парень, и сам это прекрасно понимаешь! Виктор! Рассуди здраво! Отдай мне женщину!

– Которую из двух? – засмеялся за дверью Пастухов.

Китайгородцев опешил.

– У тебя их две? – спросил он после паузы.

– Две!

– Одна – это сестра Тапаева, да?

– Да.

– А вторая?

– Мать того полоумного придурка.

«Скворцова!»

– А ее сын? – спросил Анатолий и замер.

И тут же увидел Илью. Тот выглянул из комнаты в коридор. Он не был в заложниках. Наверное, его мать случайно оказалась в коридоре в тот момент, когда появился Виктор.

– Он – тоже у меня, – соврал из-за двери Пастухов.

– Виктор, так не пойдет! – произнес Китайгородцев строго. – Я вижу Илью! И он – не у тебя! Не надо меня обманывать, потому что без доверия друг к другу мы не договоримся! Еще раз спрашиваю, сколько у тебя людей?

– Трое.

– Отдай мне женщин.

– Я оставлю у себя мать этого ненормального!

– Мама! – вдруг громко и внятно сказал Илья. – Ма-а-ама!

В его голосе прорезались интонации ребенка, внезапно обнаружившего, что его оставили одного в темной комнате.

– Виктор! – быстро сказал Анатолий. – Ты сам себе создаешь проблемы! Сейчас этот парень будет метаться по всему дому и искать свою мать!

– Ма-а-ма-аа! – взвыл Илья, на клич которого до сих пор никто не откликнулся, отчего он чувствовал себя крайне плохо.

– Отдай мне женщин, Виктор!

– Я оставлю эту бабу у себя! А стариков забирай! За них ты дашь мне пистолет и машину! И побыстрее, пока они тут не кончились!

– Плохо себя чувствуют?

– Ну а ты сам, мужик, как думаешь?

«Он не хочет их тащить за собой… Слишком много возни… Наверное, они сейчас закатывают глаза и все время хватаются за сердце. Их можно было бы держать в заложниках, только если оставаться на месте. А при перемещениях они – не столько защита, сколько обуза…»

– Мама! – крикнул Илья.

– Уйди! – заорал на него Китайгородцев. – Виктор! Ну, быстрее что-нибудь решай!

– Я тебе уже все сказал!

– Машина будет! Я сейчас же распоряжусь! Что еще?

– Пистолет! – зло напомнил Пастухов. – Не делай вид, что у тебя проблемы с памятью!

– Да, пистолет, это я помню. – Эй! – крикнул Анатолий, перегнувшись через перила. – Подгоните машину из гаража!

Он кричал, чтобы его слышал Пастухов, а сам тем временем делал знаки своему напарнику, приглашая его подняться наверх.

– Виктор! Сейчас машина будет! Пистолет я тебе отдам свой!

– Обойма должна быть полной!

– Ну, разумеется!

Снизу бесшумно поднялся охранник. Китайгородцев, ни слова не говоря, взял у него из рук «сайгу» и обратился к двери:

– Давай договоримся об условиях! Сейчас я тебе передам пистолет, но прежде ты…

– Ты просто положишь его под дверь!

– Хорошо, Виктор! Но прежде ты выпустишь двоих заложников!

– Я отпущу их возле машины!

– Как я могу быть уверен, что ты меня не обманешь?

– А тебе некуда деваться! Ты можешь только верить на слово!

– Мама! – возвысил голос Илья.

– Хорошо! – сдался Анатолий. – Только я должен убрать этого парня! Если он увидит свою мать у тебя в руках…

– Мама! – запаниковал Илья.

– Виктор! Сейчас я его уберу из коридора! Ты слышишь меня?

– Я не собираюсь ждать!

– Но он же закатит истерику!

– Это – его проблемы!

– Виктор!

– Заткнись! – заорал Пастухов. – Пистолет и машину! Живо! Иначе я начну убивать этих козлов!

– Мама! – Илья шел по коридору, тычась во все двери, как слепой щенок.

– Он идет по коридору! – крикнул Китайгородцев.

– Пистолет! Иначе я их поубиваю!

– Мама!

– Виктор! Я кладу пистолет! Только не стреляй в этого дурака! Я тебя умоляю!

– Мама!

– Виктор! Ты меня слышишь?

– Да!

– Мама! – рыдал Илья.

– Ты где?! – орал из-за двери Пастухов. – Я должен слышать, где ты!

– Я здесь!

– Дальше! Дальше от двери отойди!

– Хорошо! Только не стреляй, я тебя умоляю!

– Мама!

– Ты где?! Отзовись!

– Я здесь, Виктор! Я далеко! Там – Илья! Забирай пистолет, но только его не трогай!

Дверь приоткрылась.

– Мама! – обрадовался Илья.

– Пошел вон! – раздался голос Виктора.

– Папа! – вдруг еще больше обрадовался Илья, услышав мужской голос. – Летчик!

Он пошел к приоткрытой двери, но дверь его нисколько не интересовала, потому что он уже обнаружил кое-что поинтереснее – прямо перед дверью лежал оставленный Китайгородцевым пистолет, и мимо этой вещицы Илья никак не мог пройти. Он улыбался счастливой улыбкой ребенка, только что нашедшего на улице забытую кем-то игрушку.

– Пошел вон! – крикнул Виктор.

А в следующий миг Илья вдруг бросился в дверь стокилограммовым снарядом, вышиб ее, опрокинув на пол Пастухова, и парой беспощадно жестоких ударов своего пудового кулака лишил того способности сопротивляться.

– Не трогать! – орал ворвавшийся следом неудержимым смерчем Анатолий. – Чтоб он не шепелявил!

Еще двое охранников вбежали в комнату, споро перевернули беспомощного Пастухова лицом вниз и защелкнули у него за спиной наручники.

* * *

– Там милиция приехала, – доложил охранник.