Тройная зачистка - Сергей Самаров

– Хорошо. Кто будет звонить, спрашивать меня, пусть звонят на «сотовик». Если спросят номер, не говори. Кому надо, те знают.

После того как Руслан увел Мусу с Галиахметом, Али начал нервничать. Слишком сильно показывает свое положение главенствующего этот Руслан. Это Али унижает. Но приходится терпеть.

Он спустился в малый зал, где стояли игровые автоматы. Официально это называется детским залом. Потому что большинство играющих на автоматах – увлекающиеся подростки. Но есть много и взрослых людей, которые готовы часами просиживать перед «одноруким бандитом»[17]. Сам Али, если под настроение, может несколько часов убить на игру. Характер такой – заводной. Он и сейчас сел, чтобы успокоить нервную систему. Игра всегда успокаивала и одновременно взбадривала, создавала настроение, даже когда проигрывал.

А сейчас он вдруг начал выигрывать, не сознавая, что выигрывает у самого себя. Дергал раз за разом ручку автомата и выигрывал. Вокруг него, привлеченные удачей, собрались группой подростки и несколько взрослых. Смотрели с восхищением и завистью. И так длилось полтора часа, до того как позвонил на «сотовик» Султан.

– Слушаю, – сказал Али.

– Ты освободился?

– Не совсем еще. Но можешь выезжать. Через пять минут я буду свободен.

– Я еду. Сумму сказать не можешь?

– По девяносто за килограмм.

– Сколько там?

– Тридцать три.

– Опять мне в долг лезть!

– Я рискну дать под реализацию.

– Я еду. Поговорим.

Али убрал «сотовик» и подозвал заведующего нижним залом.

– Этот автомат, – стукнул он по автомату, за которым играл, – не работает... Закрой его...

Сказалась хозяйственная натура. Не хотелось, чтобы кто-то сел на его место и по инерции начал выигрывать. Как игрок, Али хорошо знал приметы. Выигрышное место долго еще может оказываться выигрышным и после его ухода.

– А я хочу именно на этом сыграть! – вдруг выступил здоровенный, метра под два ростом, волосатый и бородатый мужик лет пятидесяти. – Почему тебе можно выигрывать, а другим нельзя!

– Завтра приходи, – примирительно сказал Али. Он не хотел скандалов в своем заведении, хотя вполне мог бы попросить охрану выбросить этого здоровяка. Какой ты ни будь здоровый, когда пистолетом в пузо ткнут, когда парой дубинок по башке треснут, про свое здоровье забудешь сразу.

– А я сегодня хочу что-нибудь проиграть.

– Завтра все, что есть, проиграешь, поверь мне... Такие упрямые всегда проигрывают.

– А наверху во сколько открывают?

– Вечером... Приходи ближе к ночи. Я сам с тобой сыграю.

– А ты кто? – наивно спросил волосатый, и борода его воинственно задралась.

– Я хозяин этого заведения.

– Тогда я это заведение у тебя сегодня ночью выиграю.

– Даже так? – усмехнулся Али. – Сильно крутой, что ли?

– Не обижаюсь.

– Залетный? Откуда?

Если крутой, то наверняка залетный. Ни один местный самый крутой не стал бы себя так вести.

– С Урала.

– Как тебя зовут?

– Виктор. Виктор Гагарин. Виктор Юрьевич...

– Не сын, случайно, Юрия Алексеевича?

– Совершенно случайно – однофамилец...

– Ну, приходи... Только без гранатомета... Мне игроки нравятся...

Он поднялся к себе, посмеиваясь. Если этот парень из Екатеринбурга, то там крутых много. Они сначала стреляют, потом разбираться начинают. Беспредельщики. Но этот вроде по возрасту уже вышел из таких стрелков. Должен с умом дружить. И глаза умные, как у собаки. Ладно, пусть приходит. Все равно внизу охрана стоит. С оружием в игровой зал не пускают. С оружием здесь только Али ходит и его люди.

Али сел в мягкое кресло и закрыл глаза. Выигрыш поднял настроение и придал уверенность в собственных силах. И даже разговор с этим здоровяком настроение не испортил. Даже наоборот, чем-то позабавил, развеял подавленность, вызванную встречей с Русланом.

Скоро приехал Султан. Али встал при его приближении. В глазах настороженность. Азер не очень верит в доброту Али и понимает, что чечену можно без проблем найти другого покупателя. Зачем тогда предлагает товар на реализацию? Да еще по такой цене? Здесь может быть какая-то хитрость.

Хитрость разрешилась быстро.

– Раствор героина, зараженный СПИДом. Расфасовка в бутылки из-под водки. Надо будет переливать во что-то. Потому и цена такая.

Султан почесал многократно сломанный нос.

– Ох и возни...

– Зато эффект хороший. Если у человека находят СПИД, он по тройной дозе принимает. Забыться хочет. Пока не откинется...

– Это я знаю. Но был бы в ампулах...

– Нет в ампулах. В ампулах знаешь, почем идет?

– Сто десять... Так в последний раз было.

– Не видишь разницы? Или ты сам собираешься его расфасовывать?

– У меня сейчас с той большой партией заботы хватает. На целый месяц... Сбрось пятерку. Тогда я цыганам сбагрю. Пусть они разливают.

Али подумал, якобы считая. Он готов был сбросить десять тысяч еще раньше. Но если разговор пошел только о пятерке, то следует поломаться.

– Четыре я сбросить могу. Тогда только штуку себе оставляю. Остальное уедет домой. Я услугу одному человеку делаю. И только поэтому...

– Понял. Договорились.

У Али зазвонил «сотовик».

– Я слушаю.

– Это Руслан. Ты сейчас один?

– Нет. Через пару минут освобожусь.

– Через пару минут мы будем.

– Значит, так... если я сбрасываю, ты отдаешь цыганам, тогда разговора о реализации быть не может. Они в состоянии заплатить сразу.

– Их сильно прижали. Но, я думаю, заплатят. Говоришь, тридцать три?

– Тридцать бутылок водки. Это ровно тридцать три килограмма. Очень дешево.

– Хорошо. Когда можешь доставить?

– Сегодня машина приходит в Рязань. Я вышлю свою машину загодя. К середине ночи будет здесь. Зови своих цыган, пусть у меня отсюда забирают. И пусть с деньгами будут. Сам будешь тоже?

– Конечно.

– У меня тут сегодня игра наметилась. Не желаешь ночью присоединиться?

– С кем?

– Какой-то мужик крутой с Урала приехал.

– Сыграем. И цыган позову. Роман игру любит.

– Он в розыске.

– Его никто в лицо не знает.